Жена из дома утех для генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

— кто и чем собирается удивить, кто из родственников пришел, а кто по каким причинам не смог. Я, затаив дыхание, прислушивалась к их разговорам, пытаясь понять, что скрывается за словами. «Говорят, что он ее сначала бросил, а она попала в бордель!» — раздался голос одной дамы, которая стояла ко мне спиной, её тон был полон осуждения. «Разве такому можно верить? Я уверена, что господин генерал никогда бы не позволил своему сыну жениться на падшей женщине!» — возразила другая, в её голосе звучало чопорное возмущение. «Так что я уверена, что это просто сплетни! Конечно, жаль, что свадьба с Анной-Шарлоттой так и не состоялась. Кто виноват, что ее родители поверили газетному бреду? А бедняжка после неудачной помолвки с Вальтерном не в себе! Говорят, что она сошла с ума! С того момента она не была ни на одном балу, ни на одном званом ужине! А это уже подозрительно!»

Анна — Шарлотта?

Я на секунду нахмурилась.

А кто это?

Почему я о ней ничего не знала?

Почему именно сейчас, накануне своей собственной свадьбы, я узнаю о разорванной помолвке и о некой другой девушке?

Внутри зажглась искра любопытства и тревоги.

Я прислушивалась, словно надеясь, что эти сплетницы скажут еще что-то важное, приоткрыв завесу чужих тайн. Но как только они заметили меня, они тут же прекратили разговор, повернули головы и начали рассматривать мое платье, посылая мне доброжелательные улыбки и хвалебные комплименты. Они словно пытались скрыть что-то, что не хотели говорить вслух.

«Почему я на своей свадьбе узнаю про какую-то Анну-Шарлотту?» — думала я, ощущая, как тревога сжимает сердце. — «Если помолвка разорвана, значит, Вальтерн отказался? Тогда зачем я должна волноваться? Может, все не так страшно?»

Я пыталась убедить себя, ощущая, как пристальные взгляды все еще исследуют меня, словно я — чужая, непонятная фигура в этом большом, шумном мире.

Дорога к белоснежному алтарю была усыпана лепестками роз — мягкими, ароматными, словно символ чистоты и новой жизни. Я высматривала среди гостей своего отца, его лицо — уставшее, доброе, с теплым взглядом. Он просто обязан быть рядом, чтобы благословить меня, но его не было. Внутри зашевелилась тревога: почему его нет? Мои пальцы нервно сжались, сердце забилось быстрее.

— Вашу руку. Я поведу вас к алтарю вместо вашего отца, — произнес Аллендар, а я увидела, как он встал рядом. От его близости меня чуть не бросило в дрожь.

Я так боялась этого чувства, боялась встречи, что на секунду сердце забилось в смятении. Несколько мгновений, я пыталась успокоить себя, а потом осторожно протянула руку ему.

— Неужели не удалось найти папу? — шепотом спросила я, ощущая, будто меня кто-то обманул, будто что-то важное осталось за кадром.

— Пока нет. Но я делаю все возможное. Я же вам пообещал, — послышался голос рядом.

Он повернул голову, а я встретилась взглядом с холодными глазами. Они, словно пробили меня насквозь, заставив замедлить шаг. Его взгляд был строг и непроницаем, но в нем я почувствовала силу и власть, с которыми трудно было бороться.

Я увидела Вальтерна, стоящего возле алтаря, с красивым букетом цветов. Лицо жениха было спокойным, уверенным, он ждал нас, словно знал, что все будет хорошо, и его глаза светились внутренней радостью. Я безумно хотела сжать его руку, как бы умоляя о помощи, о понимании, о надежде — чтобы он стал моим убежищем в этот момент.

— А кто такая Анна- Шарлотта, о которой все говорят? — шепотом спросила я, когда мы медленно двигались по живому коридору гостей.

Глава 41

— Неудавшаяся невеста. Мой сын был против, но я настоял, — холодно произнес Аллендар, кивая кому — то из гостей.

Моя рука покоилась на его твердой руке, я почувствовала, как все эти странные взгляды словно рассеялись, исчезли рядом с ним. Он легонько сжал мою руку, и я заметила, с каким восхищением смотрят на него окружающие дамы. Его широкая грудь, украшенная медалями и орденами, сверкала в светлом убранстве. И вдруг меня словно обожгла ревность к этим женщинам, которые смотрели на него влюбленными глазами.

— Спасибо вам, — наконец-то произнесла я, набравшись мужества. Слова казались горьким прощанием, а я не знала, что еще сказать. — За все.

— Было бы за что, — произнес Аллендар, и его глаза снова стали ледяными, словно он снова отстранил меня

Теперь я понимала: еще один шаг — и я стану женой его сына. Я улыбнулась, глядя на Вальтерна, который протянул руку, и сердце мое наполнилось смешанным чувством — надеждой и тревогой одновременно.

— Вручаю тебе, сын, твою невесту, — с легкой улыбкой произнес Аллендар, беря мою руку и вкладывая ее в руку сыну.

Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась гордость и торжественность момента. Взгляд его был твердым, как у человека, который знает, что делает важное и ответственное дело.

Я посмотрела на то, как он не выказал никаких чувств, и поняла, что все, что я себе придумала, надо закопать еще глубже. И снова взялась за моральную лопату.

— Я так счастлив, — произнес Вальтерн, поглаживая мою руку.

Его голос был мягким. Он прижал мою ладонь к своим губам, словно пытаясь запечатлеть этот момент, сохранить его навсегда. В его взгляде читалась искренняя забота и нежность, но я не могла избавиться от ощущения, что за этим скрывается что-то еще — что-то, что я пока не понимаю.

— Да, — кивнула я.

И почти не слукавила. Я стояла и думала, сколько еще счастливых моментов готовит судьба? Сколько приятных подарков? И старалась думать только об этом.

— Сегодня конец нашей сказки, — улыбнулся Вальтерн. — Как там в сказке?

— И жили они долго и счастливо, пока не умерли в один день, — ответила я, пытаясь побороть волнение.

В этот момент все вокруг словно вдруг стало ярче, насыщеннее, словно невидимый художник взял яркую палитру и разбросал краски по всему пространству. В моем сердце вдруг проснулась надежда — и она пахла весной и сиренью, свежестью и легким ароматом цветущих садов. Это был тот самый запах, что всегда ассоциировался у меня с началом чего-то нового, светлого и чистого.

— А теперь подарок для невесты, — произнес распорядитель свадьбы.

Из-за широкой занавески или, скорее, из-за скрытой за ней двери слуги со счастливыми лицами вкатили огромную коробку, что напоминала огромный торт — высокий, украшенный яркими лентами и узорами.

Толпа гостей замерла в ожидании. Глаза многих были широко раскрыты, на лицах читалось волнение: «Что там? Что же там?». Все вокруг запереживали,