Сквозь костры иллюзий - Дарья Федотова

раза. Затем поднес его к моему уху и осторожно разместил в ушной раковине. Как только он отпустил пластину, наушники мягко зафиксировался, напоминая беруши. Как я потом поняла, они полностью скрывались в ухе и были почти незаметны.

— Не давит? Удобно? — Он заглянул мне прямо в глаза и, все еще касаясь рукой моей щеки, расплылся в улыбке.

«Ты ему нравишься!» — кричал внутренний голос, а подслушанный ранее разговор только подтверждал мои мысли. Все органы подпрыгнули и сделали сальто. Я запуталась. Постоянный стресс, страх погони и неизвестности давили на меня. А его прикосновения и забота словно сдували налет напряжения и позволяли хотя бы ненадолго забыться.

— Все прекрасно, спасибо. — Я слабо улыбнулась в ответ и отступила, пока мысли не завели меня слишком далеко. Стоило почаще напоминать себе о досье. Приманка. Я была для него приманкой. Мне нельзя ему доверять.

Ворота тихо отъехали, а за ними в свете луны сверкнул капот серебристого джипа. Все как две недели назад: Марина за рулем, Рома рядом, а мы с Сережей на заднем сиденье. Вот только на смену тактическим костюмам пришли маскарадные, а вместо побега — погоня.

— Проверка связи, — раздался голос хакера из динамиков.

— Да-да, мы прекрасно тебя слышим, — скучающе ответила Марина и выжала педаль газа в пол.

— Если что-то пойдет не так, придерживайтесь запасного плана, — прожужжало по громкой связи.

— Что за план? — Я нахмурилась. Ведь мы договорились, чтобы Никита все мне рассказывал.

Сережа сжал челюсти и раздраженно уставился на приемник. Слова Никиты ему не понравились, но я не поняла почему. Командир буравил взглядом пустоту несколько секунд, а затем стал проверять пистолет. Убедившись, что он заряжен, Сережа убрал глок за пояс, накрыв пиджаком, и только потом перевел на меня взгляд.

— Вернуть тебя любой ценой.

Даже под тяжелой меховой накидкой я чувствовала кожей напряжение, которое повисло в салоне автомобиля. Я не хотела знать, что могло стать той самой ценой, поэтому ниже натянула маску и уставилась в окно.

Марина ловко управляла внедорожником, словно ее рука и руль стали одним организмом. Машина лавировала между деревьями изящнее пантеры. Я бы и пешком так не смогла уворачиваться от препятствий, как это делала гонщица за рулем.

Узкая извилистая дорожка тянулась вдоль леса несколько километров, а затем перед нами раскинулись бескрайние поля. Постепенно напряжение спало, количество шуток от Ромы увеличилось, и спустя десять минут снайпер успел всем поднадоесть. Дороги становились шире, и вскоре поля сменились автобаном, на котором Марина не щадила ни нас, ни двигатель. Мы лихо мчались по автостраде, обгоняя машины, будто за нами уже гнались. От этой мысли по спине пробежал холод.

Не знаю, сколько прошло времени, когда колеса автомобиля остановились, двери захлопнулись, а тишина салона сменилась гулом уличного шума. Мы очутились в сердце одного из самых красивых городов мира. Морозный воздух касался щек, но я не чувствовала холода. Тяжелый плащ надежно скрывал меня от февральских ветров, а маска — от посторонних глаз.

Я повернулась вокруг своей оси и раскинула руки в стороны, погружаясь в водоворот праздника. Десятки фонарей освещали старинные фасады и пробегающих мимо людей, отражаясь в мокрой брусчатке яркими пляшущими пятнами. Улицы сотрясались от музыки, визгов, громкого смеха, звона колокольчиков и ритмичных ударов барабанов. Повсюду — маски: золотые, кружевные, со сверкающими стразами и длинными изогнутыми носами, украшенные перьями, мехом, бусинами, нарисованными улыбками и страшными оскалами. Люди заполонили улицы. Одни бегали с флажками, другие кружились в карнавальных костюмах, а третьи просто танцевали посреди площади. Жизнь текла по улицам города, как кровь по венам, и мне хотелось нырнуть в толпу и слиться с ней, стерев из памяти все беды.

— Разделимся, — командный голос Сережи вернул меня из забытья.

— Уверен, что это хорошая идея? — скривился Рома, оглядываясь. — С этого обычно начинаются неприятности.

— Толпой мы слишком заметны. Вы с Мариной пойдете чуть впереди, проверите дорогу. Мы за вами, — сказал командир тоном, не терпящим возражений.

Блондинка покосилась на напарника, закатила глаза и зашагала вдоль по узкой улочке. Рома в костюме шута поспешил следом за ней. Я успела заметить, как он показал ей язык, за что отхватил локтем в бок, а в следующую секунду они уже слились с толпой.

Мы простояли на парковке пару минут и только потом пошли по той же живописной улочке. Не успели пройти и десяти метров, как на меня наткнулся один из жонглеров, бегло извинился на чешском и умчался дальше за остальными. Пока я смотрела ему вслед, моей руки коснулись теплые пальцы, и по телу тут же разлилось тепло.

— Боишься, что украдут? — нервно пошутила я, разглядывая наши с Сережей сцепленные руки.

— Так безопаснее, — подмигнул мне командир. Кажется, ему тоже нравилась эта вылазка.

— Что безопаснее? — раздался голос Ромы в наушнике. — Ты там лапаешь ее, что ли?

— Оу, братец! — следом вскрикнула Марина.

— Вас это не касается, — разозлился Сережа. Мы совсем забыли, что связаны с командой гарнитурой.

— Да ты все перепутал! — продолжил снайпер. — Это она должна была облапать все в центре!

— Не отвлекайтесь от миссии, — послышался недовольный голос, который пробрал до костей. Слышать Никиту у себя в голове было странно. Если остальные голоса казались естественными, то этот будто забирался в голову и читал все мои мысли, тайные желания, страхи и слабые места. Хотелось выковырять его оттуда пинцетом и никогда больше к себе не подпускать.

По обе стороны от нас проходили музыканты в костюмах эпохи барокко, жонглеры в сверкающих камзолах и мимы с нарисованными слезами. Тихие кафе с мраморными террасами превращались в сцены, где играла живая музыка. Ароматы глинтвейна, корицы, жареных вафель и трдельников заполняли воздух. Старый город ожил.

Околдованная этой красотой, я постарался слиться с симфонией карнавала. Осторожно прикасалась к стенам, старинным фонарным столбам и статуям. От волшебства вечера кружилась голова. Сережа шел чуть впереди, частично прикрывая меня своим телом, и облокачивался на трость с резной ручкой в виде дракона. В черной маске и шляпе он казался незнакомцем и выглядел невероятно загадочным.

Мы вышли из узкого переулка и остановились на площади. Вот они. Пражские куранты. Они возвышались над нами, сверкая позолотой в свете уличных ламп. Чудовищно сложный, но завораживающий механизм и фигуры вдоль циферблата впечатляли своей красотой.

— Ты серьезно будешь это есть? — раздался недовольный голос Марины из наушника, спугнув все очарование.

— Еще как! Неизвестно, сколько Эля будет обниматься со стенами, — ответил снайпер, а затем послышалось чавканье. — Где ты еще трдельников поешь.

— Дурак! — выругалась девушка, а затем обратилась к