Прощение - Джулия Сайкс

щеке. — Ты — единственное реальное существо в моем мире. Ты — все, что для меня важно. Я был неправ, когда поместил в тебя маячок. Теперь я понимаю это, и мне жаль. Мне чертовски жаль, что я так неуважительно отнесся к тебе.

Как только в моей груди зарождается надежда, его челюсть решительно сжимается. — Но я не могу это вынести. Я никогда не подвергну тебя риску. Я должен быть в состоянии найти тебя, если понадоблюсь. Я должен знать, что ты в безопасности.

— Я не хочу такой защиты, — протестую я.

Я не хочу думать о том, какие мрачные вещи были между нами, когда он похитил меня. Это новое откровение поднимает острые вопросы, с которыми я не хотела иметь дело.

Как дура, я последовала зову сердца и вышла замуж за своего преследователя. Мы никогда по-настоящему не обсуждали, что он со мной сделал, даже если он извинился.

— Тебя могли убить сегодня, — рычит он. — Я никому не позволю забрать тебя у меня.

Мое сердце сжимается. Это всегда связано с тем, чего он хочет.

Он столько раз предупреждал меня о своем эгоизме. Я никогда не осознавала всей его ужасающей глубины.

— Если бы я захотела уйти, ты бы мне вообще позволил?

Черты его лица каменеют, а в глазах мелькает что-то похожее на панику. — Ты хочешь меня бросить?

— Я хочу быть вместе, — признаюсь я сквозь сдавленное горло. — Но я не смогу, если ты не будешь меня уважать.

— Я действительно уважаю тебя, — клянется он. — Как я могу тебе это доказать? Я понимаю, что причинил тебе зло, но я должен защитить тебя. Я не знаю, как это исправить.

Он выглядит... потерянным. У моего чертовски умного Дэйна нет ответа на проблему, возможно, впервые в жизни.

Я долго рассматриваю его. Если рассуждать рационально, я должна признать, что меня, вероятно, сейчас не было бы в живых, если бы не маячок. Он смог добраться до меня вовремя, потому что точно знал, где я нахожусь.

Но я не могу вынести дисбаланса между нами.

— Ты тоже получишь это, — заявляю я. — Если ты будешь знать, где я каждую секунду каждого дня, у меня будет такая же привилегия. Я имею в виду именно это, когда говорю, что мы равны. Вот как ты мне это докажешь.

На мгновение у него от шока отвисает челюсть, и я боюсь, что он откажется.

Затем его чувственные губы растягиваются в озорной улыбке. — Ты настолько одержима мной, голубка?

Я усмехаюсь. — Ты действительно дразнишь меня по этому поводу? Я серьезно, Дэйн.

— Я тоже, — отвечает он, понижая голос до чего-то более торжественного. — Я с радостью позволю тебе отслеживать каждый мой шаг. Я хочу, чтобы ты тоже могла найти меня. Ты можешь прийти ко мне в любое время, когда захочешь.

Я скрещиваю руки на груди и выжидающе поднимаю брови. — Сделай это прямо сейчас.

Его улыбка становится шире. — Моя королева такая требовательная.

Я краснею от нового выражения нежности. Он никогда раньше так меня не называл.

Он целует костяшки моих пальцев, каждый дюйм моего белого рыцаря. — Для тебя все, что угодно, Эбигейл.

Я расправляю плечи. Я не позволю ему отвлекать меня своим очарованием или идеально красивым лицом.

— Ты собираешься заказать что-нибудь одно или нет? Я даже не знаю, где ты достаешь что-то подобное, но я предполагаю, что ты можешь сделать это снова. Я хочу посмотреть, как ты это закажешь.

— У меня есть план получше, — говорит он со своей невероятно красивой, дерзкой ухмылкой. — Как насчет того, чтобы ввести это в меня прямо сейчас?

Я изумленно смотрю на него. — У тебя есть еще?

Он пожимает плечами. — Я не был уверен, что первый вариант сработает. У меня есть запасной.

Признание того, что он был так полон решимости отслеживать каждый мой шаг, должно было охладить мою привязанность к нему. Но он предлагает мне сделать то же самое с ним с таким рвением, что мои страхи рассеиваются.

Что-то горячее и дикое разливается по моей груди, почти дикое чувство собственничества, которого я никогда раньше не испытывала. Возможно, это извращенно и ядовито, но мне все равно.

Дэйн мой.

Он берет меня за руку и помогает подняться с моего насеста на краю столешницы в ванной. Мы идем в спальню бок о бок, и я не могу перестать пялиться на его идеальный профиль.

Он одаривает меня сногсшибательной улыбкой и открывает ящик с носками.

— Правда? — спрашиваю я. — Это там ты хранил маячок?

Он пожимает плечами. — Я не жду, что моя жена будет стирать за меня носки. Я не беспокоился о том, что ты будешь рыться здесь.

Он берет то, что ему нужно, а затем ведет меня к кровати. Мы оба садимся на край матраса, и я с восхищением наблюдаю, как он устанавливает шприц и крошечный шарик, который позволит мне отслеживать каждое его движение.

Момент кажется нереальным, но когда он вкладывает шприц мне в руку, я не колеблюсь.

Он закатывает рукав и показывает место на предплечье. — Вот здесь. Не слишком глубоко.

Его длинные, элегантные пальцы нежно обхватывают мои, и он направляет иглу в нужное место и под нужным углом.

Затем его изумрудные глаза встречаются с моими. — Ты готова?

Я киваю. — Ты мой, Дэйн Грэм.

Он улыбается мне, и кажется, что он почти пьян от удовольствия.

— О да, моя королева, — соглашается он. — Весь твой. Навсегда.

Я краснею от собственного удовольствия, и тут жучок проникает ему под кожу.

— Идеально, — хвалит он. — Хорошая девочка.

От дихотомии уменьшительного имени и благоговейной ласки быть его королевой у меня все внутри тает. С Дэйном мне поклоняются и лелеют меня, но я также принадлежу ему телом и душой.

Теперь он тоже принадлежит мне.

Наша связь запутанна и, вероятно, неправильна, но мне все равно. Пока у меня есть мой темный бог, это все, что имеет для меня значение.

Он кладет шприц на тумбочку, чтобы притянуть меня к себе для глубокого, жадного поцелуя. Я заявляю о своих правах зубами, и он стонет напротив меня. Он не упрекает меня за мою свирепость; кажется, он наслаждается ею.

Мы срываем друг с друга одежду. Через несколько безумных минут я обнажена, а он без рубашки. Прежде чем я успеваю снять с него штаны, он кладет свои большие руки мне на плечи и прерывает наш поцелуй сильным толчком. Мой шокированный вздох превращается в восхищенное хихиканье, когда я ударяюсь спиной о мягкий матрас.

Я тянусь к