Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль

Не ревновать, не истерить, помалкивать и ждать в кабинете объяснений, когда он к ней непросто не торопиться, но и меняет на ходу свои планы?

— Ты всё ещё здесь? — встряхивает воздух недовольный рык господина ректора

— Я хочу попросить вас успокоить свою любимую. Вашу истинную. Мне не хочется проблем, а она выглядела именно так, будто собирается мне их устроить.

— Элиза знает, как я отношусь к семейству Рэйдж. Небеса обрушаться на эту землю быстрее, чем меня заинтересует кто-то из этой семьи. А теперь свободна.

Глава 15

Анвар

Останавливаюсь у двери в комнату моей истинной и глубоко вдыхаю.

Элиза там, я её чувствую, и так некстати в памяти всплывают слова девицы Рэйдж о том, что мне следовало бы как можно скорее успокоить любимую.

Хм, любимую.

Наверное, тьма лишила меня возможности чувствовать, потому что Элизу я таковой не считаю. Между нами с ней не любовь. Истинность это другое. Обязательства. Ответственность.

Жаль, что Драхар был так к ней жесток и соединил со мной.

Не думаю, что когда-то между нами что-то изменится. Я настолько наполнен тьмой, что неспособен почувствовать и оценить свою истинную. Она красивая, смелая и я буду делать всё, чтобы её защитить.

Пытаюсь прислушаться к себе, но снова ничего не ощущаю, даже зависти, которая прежде острой болью вспарывала грудь при виде брата и его пары. Ради Селены он был готов пойти против отца и сражаться с целым кланом, он рвал и метал, стоило ей огорчиться, а когда Селену забрали, он едва не сровнял с землей целый город, обернувшись в зверя, в порыве ярости.

А ведь Селена даже не его истинная.

Открываю дверь и застаю свою пару сидящей на кровати. Она сняла пиджак, небрежно бросив его рядом, что никогда раньше за ней не замечал, и, поджав ноги, забралась на кровать.

Эмоции Элизы сгустили воздух в комнате, смешались горьким привкусом с её естественным запахом и теперь вдруг вызывают раздражение моего внутреннего зверя. Хотя она должна быть моим светом во тьме.

Останавливаюсь на какое-то время и впиваюсь в неё внимательным взглядом. Для дракона истинная его самая большая ценность. И для меня Элиза такая. По моему велению для неё изготовили сильнейший в империи защитный артефакт, я забрал её в академию под свою защиту и лично создавал магический барьер её комнаты, когда проявилась наша истинность.

Случилось это совершенно неожиданно для меня год назад, когда на землю упал первый снег.

Я был знаком с Элизой с самого детства, но когда вдохнул её запах в тот день, будто сошел с ума, и к вечеру у нас обоих появилась метка.

Прохожу вперёд и присаживаюсь перед ней на корточки. Элиза опускает ноги и всхлипывает, подтверждая мои догадки о том, что она рыдала здесь, пока меня не было.

Опускаю руки на её колени, и она вздрагивает, поднимает голову и ловит мой взгляд, а я дарю ей виноватую улыбку. Меня не было гораздо дольше, чем я пообещал, я заставил её ждать, но даже сейчас видя, как расстроена моя заплаканная истинная, я не понимаю, что сделал не так.

Я был занят делами. Важными делами.

Элиза всегда была послушной, скромной, терпеливой и воспринимала мои слова на веру, не спорила и с пониманием относилась к тому, что я занят. Тогда почему она сейчас рыдает, если я сказал ей, что между мной и полукровкой ничего нет.

Всё, что от неё требуется верить мне. Не додумывать, фантазировать или требовать объяснений и доказательств. Я говорю, она верит.

Что изменилось сегодня осталось для меня загадкой.

— От тебя несет полукровкой — тихо произносит она и морщит изящный носик, а я усмехаюсь. Элиза красива, полна магии с сильным внутренним зверем, уверен, что такую невесту мечтает получить не один чистокровный дракон, но досталась она самому бездушному. Мне — Что ту неверно понять?

Шумно выдыхаю, потому что не знаю, что должен сказать. Элиза никогда не проявляла ревность. Никогда не вела себя подобным образом и не доставляла проблем. Метка это будто гарантия того, что я никогда не заинтересуюсь другой женщиной.

Тогда к чему эти сцены?

— Я должен сделать или сказать что-то, что тебя успокоит? — произношу и скольжу ладонями вверх по её бедрам, а затем снова возвращаюсь к коленям. Она накрывает мои руки своими и я наклоняюсь и целую несколько раз тыльную сторону то одной, то другой её ладони — Но проблема в том, что я дико устал.

Моя тьма бунтует. Я с трудом удерживаю над ней контроль и мне срочно необходимо найти способ дать этой силе выход. Элиза хоть и моя истинная, но неспособна принять столько тьмы, сколько требует выхода сейчас. Она её погубит. Я даже не чувствую в ней потребности помочь мне в этом.

Всё что я чувствую кислую ревность.

— Мне было неприятно видеть тебя в компании этой девчонки. Ты был без рубашки и смотрел на неё так заинтересованно. Если бы я не вошла, то чтобы произошло? Разве ты перестал ненавидеть клан Рэйдж? Они специально послали эту пустышку, чтобы тебя ослабить, разве нет? Ты всегда такой холодный и бесчувственный, ты только и делаешь, что защищаешь меня какими-то камнями и своей магией, но никогда не бываешь рядом, не спрашиваешь о моих делах и не говоришь мне о том, что тебя беспокоит. Ты мне не доверяешь, я знаю о тебе лишь общеизвестные факты и то, что ты сам позволяешь мне. Я твоя истинная! — вскрикивает и подается вперёд. — Я твоя половинка.

— Как хорошо, что ты это помнишь — устало произношу и поднимаюсь. Медленно направляюсь к окну и развернувшись, присаживаюсь на подоконник. — Ты моя половина — подтверждаю — и от тебя сейчас требуется поддержка, Элиза. Но никак не скандалы. Я должен тратить время, чтобы доказать тебе правдивость моих слов? Разве я хоть раз за последнее время давал тебе повод сомневаться? Я не могу бороться с врагом, которого ещё не успел вычислить и разбираться с твоими истериками — мои слова звучат резко, и Элиза вжимает голову в плечи. — Со мной все менее безопасно. Возможно, тебе следует вернуться к отцу.

— Ты меня отсылаешь? — вскакивает она и округляет глаза — Да как ты можешь так говорить? Ты будто в самом деле ничего не чувствуешь. Ты же не сможешь жить,