Плохая жена. Цена свободы - Елена Левашова

грубым, нежным, неторопливым и диким… Чувствовать щекочущее шею дыхание, слышать стоны, скрип мебели… Я тащусь от его удовольствия… Задерживаю дыхание, зажмуриваюсь и… принимаю все, что он мне дает…

Мы не предохраняемся. Снова… Сердце взволнованно сжимается от мысли, что я ему солгала…

Не сказала о том, что могу забеременеть. Надежда, хоть и крохотная, но есть…

Я проблемная барышня, но не совсем безнадежная…

— Алька… Милая моя. Мне было безумно хорошо, — шепчет Дава, помогая мне подняться со столешницы.

— Мне тоже… Я убегу ненадолго, ладно?

— Только не надолго.

Он и сам скрывается в туалете… Завтракать мы возвращаемся почти одновременно. У меня кусок в горло не лезет, когда я думаю о встрече с Егором… Интересно, он решится что-то предпринять, кроме оскорблений? Или побоится замарать репутацию?

Давид нехотя отпускает меня…

— Обязательно позвони, если тебе будет грозить опасность. Аля… Я тут подумал, — начинает он, старательно подбирая слова. — Давай придумаем слово, обозначающее опасность? На твоего мужа покушались, не удивлюсь, если у вашей семьи есть тайный враг.

— Слово? — хлопаю глазами я. — То есть… если меня похитят и потребуют позвонить кому-то близкому, я буду должна…

— Да.

— Кефир.

— Ты серьезно?

— Да, пусть будет кефир. Я скажу, что ничего, кроме кефира не пила и… Попрошу привезти мне завтрак.

— Хм… Хорошо, родная… Напиши, когда будешь дома. Ты ведь только вещи заберешь?

— Да…

На ватных ногах я спускаюсь на улицу. Застываю возле крыльца, принимая объятия вырвавшегося из подворотни ветра… Вызываю такси и звоню Василисе.

— Вася, я хочу снять квартиру…

— Все-таки решилась, дорогая? Из того, что мы смотрели для Давида, ничего не понравилось?

— Они слишком… Большие, пафосные. Я не хочу тратить много, Вась. Чувствую, что моя жизнь совсем скоро круто поменяется… А разбрасываться деньгами в этой ситуации я не могу. Не имею права…

— Думаешь, ему удастся оставить тебя ни с чем? Будь осторожна, Алин… Егор очень хитрый, он способен на все…

— Я поеду к адвокату, Вась. В Москву. Давид тоже слышал о нем. Александр Марков. Он берет дорого, но оно того стоит… Так что с квартирой?

Такси подъезжает к парковке возле дома. Сажусь на задний ряд, не прерывая разговора с подругой.

— Вещи хоть поедешь забрать или…

— Еду домой. Не думаю, что Егор посмеет меня тронуть… К нам сейчас приковано внимание полиции. Из-за покушения он почти каждый день бывает в управлении…

— Будем надеяться. Я найду какой-нибудь вариант, Аль… Потерпи до завтра.

Я не хочу домой… Не хочу, не хочу… Когда-то особняк был моим домом — любимым, ароматным, теплым… А теперь он превратился в гадкий склеп… Едва переставляя ноги, отпираю калитку и вхожу во двор. От порыва ветра скрипит флюгер… Папа доверил мне задание выбрать дизайн из сотни вариантов. Я тогда с умным видом листала каталог и влюбилась в железный корабль… Мечтала, что когда-то он унесет меня в дальние края… А теперь он просто скрипит… Тоскливо и протяжно…

Облако пыли повисает в воздухе, пахнет дождем…

Вхожу в прихожую, нарочито громко хлопнув дверью… Так, чтобы все домашние слышали.

— Нагулялась, тварь? — шипит Клавдия Ивановна, выглядывая из кухни.

Там что-то сгорело… Мясо или яичница. Запах стоит отвратительный…

— И вам доброе утро, дорогая свекровь! А вы почему не гуляете? Жара спала, погода замечательная. Дождь обещают.

— Еще издевается, мам… Мы чуть было не с собаками ее искали. Егор полночи ездил, ища ее… А она… Подлая, циничная дрянь, — подгавкивает Надька.

А где же сам герой? Ну, конечно, он в своем кабинете…

Хмурый, бледный, с темными кругами под глазами и впалыми от недосыпа щеками…

— Здравствуй, Егор. Твоя мама сказала, что ты ночью меня искал? Я ведь предупредила, что со мной все хорошо? Зачем было волноваться…

Тараторю, медленно втягивая голову в плечи… Я его боюсь. Дикого взгляда, раздувающихся от гнева ноздрей, лихорадочного блеска глаз…

— Дрянь…

Он размахивается и, прежде чем я успеваю увернуться, бьет меня по лицу… Пощечина обжигает. Выбивает остатки воздуха. Парализует…

Я обещала Давиду позвонить, но… Ни черта не успела.

Пользуясь моим замешательством, Егор запирает замок и толкает меня к дивану…

Глава 31

Алина.

Что с ним случилось, не понимаю? Я всегда была нелюбимой и навязанной женой… Канючила, умоляла его жениться… Подписала дурацкий договор, желая заполучить Егора любой ценой…

А теперь он стоит, как гора. Злой, напряженный, опасный… Я ни черта не понимаю, что от него ждать?

Раньше я была уверена, что насквозь его вижу… Могу предугадать поступки, почувствовать настроение, снять напряжение правильными словами, утешить… Если мне что-то нужно было от Егора, я знала, как добиться желаемого… И получала все, кроме любви и развода…

— Егор… Ты пожалеешь… Отойди от меня, прекрати, ты… Попробуй только коснуться меня хоть…

— А почему нет, милая женушка? — шипит он, расстегивая ремень брюк. — Накувыркалась со своим миллиардером? И как он?

— Не твое дело! Я не лезу в твою постель два года! Не таскаюсь к твоим любовницам, не устраиваю скандалов!

Страх скручивает нутро… Он здоровый, высокий… Такой легко сломает мою шейку… Ему даже стараться не потребуется…

— Я же сказал, что ты мне нужна, Аля… Попросил тебя подумать, дать мне шанс… — дрожащим шепотом произносит он. — Я в машине тебе говорил, что жалею о том, как вел себя…

— А потом ты сказал, что врал! Евсеев, я устала от тебя… От смены твоего настроения, от ужаса, творящегося в доме… Когда ты найдешь в себе силы признать, что нам не по пути, и свалишь?!

— Никогда, — хрипло шепчет он, демонстративно дергая ремень брюк. — Ты меня купила, помнишь? Я твой муж… Любимый, желанный… Ну, давай же, проси что хочешь. Помнишь, как уговаривала себя трахнуть? В красивое белье наряжалась, жопой крутила… А теперь я готов принять тебя даже после другого…

Он обезумел, мамочки… Что с ним творится? Бледный, сосредоточенный, с обострившимися от возбуждения и злости чертами, Егор наступает на меня, раздеваясь на ходу. Расстегивает пуговицы рубашки, тянет молнию брюк…

— Нет. Не приближайся ко мне, Егор. Я не хочу… Я не буду с тобой спать. Больше никогда. После всей этой грязи, после…

— Я мужик, Аля. Мужчина, самец. Мне можно. А вот ты совершила роковую ошибку… И заплатишь за это…

Озираюсь по сторонам в поисках чего-то тяжелого… Я не позволю ему ко мне прикоснуться. Никогда!

— Ну… Женушка моя, чего ты прячешься? Ты же всегда хотела меня… Плакала, умоляла сделать тебе ребенка. Давидушку тоже просила?

— Замолчи! И приди уже в себя, Егор! Между нами