За гранью их власти - Кристина Миляева

— Охуеть не встать, — присвистнул за моей спиной кто-то.

— Сунешься, я тебе ноги вырву, — зло зарычал Филипп, и вибрации от его голоса прошлись по моему загривку.

— О нет, парни не в претензии, просто на ней нет атрибутов принадлежности, — не в меру ретивый дом слинял в ту же секунду.

— Но я с ним согласен, — Костя протянул руку, но не прикоснулся к моему лицу, — ты ходила так целый день или переоделась перед вечеринкой?

— Я похожа на человека, у которого есть время переодеваться после работы? — склонив голову к плечу, я вернула свой бокал и отпила. — Максимум на что хватило, вставить вибратор, но чёрт, я, как всегда, забыла о том, что телефоны лучше сдавать при входе. Так что игрушка оказалась бесполезной.

— Ты же это специально? — Фил зарычал мне в ухо, но также не прикоснулся руками.

— Почему же? — вскинула вопросительно бровь и посмотрела на него, через плечо. — Если бы специально, то выбрала бы костюм Чеширского Кота. Хвост так хорошо смотрелся бы сзади? Не находите? А так я просто скромная роза, которая чахнет от тоски в вашей нудной компании.

— А ты ничего не перепутала? — едва не взорвался от моей наглости Филипп.

— Простите, но мне уже пора, — тряхнула головой, — тот, кого я так ждала, уже пришёл. Возможно, вам повезёт в следующий раз, не печальтесь, мальчики.

И пока никто из этой парочки не успел очухаться и понять, что за чертовщина происходила, я сбежала. Нечасто Женя спускался на этаж для посетителей, и этой удачей стоило воспользоваться. А с Филипом и Константином я и потом могу решить вопросы. Там наоборот, чем больше я от них бегала, тем лучше становилось. Пусть попсихуют, им будет полезно. Улыбнувшись Светочке, пролетела сквозь двери и выскочила туда, куда направился айтишник. Слава богу, я не отключила его микрофон и теперь прекрасно слышала, как он сообщил начальнику, что ему требовалось проветрить голову и покурить.

Значит, он не смог избавиться от моей приманки и теперь ломал голову, как не вылететь с работы и не быть прикопанным где-нибудь под сосной. Клиент уже дозрел и находился в той стадии отчаяния, когда готов был пойти на всё. Из специально задуманной вставки я выудила телефон и запустила помехи и круговую запись в несколько секунд, как Женя курит сигаретку, прислонившись к стволу дерева. Этот разговор не подразумевал свидетелей и уж тем более не должен был остаться в памяти системы. Я Лиса, и я привыкла заметать за собой все следы своих киберпреступлений. В противном случае не добилась бы таких высот.

— Я смотрю, у тебя совсем дела не клеятся? — обойдя дерево, я остановилась подле замершего в шоке айтишника. — Ты не переживай, возможно, найдёшь ещё престижную, непыльную и высокооплачиваемую работу. Если в мешке для трупов не уедешь.

— Ты кто, чёрт тебя дери, — тот закашлялся и сплюнул на землю. — Сейчас прибегут…

— Можешь не стараться, камеры на цикле, они видят только то, как мирно ты тут куришь и не собираешься вешаться под лунным светом, — хмыкнула я. — И расслабь булки, я не собираюсь тебя запугивать или шантажировать. Мне это на хрен не надо.

— А не очень похоже, что с такими предложениями не шантажируют, — и всё же Женя расслабился и прикурил новую сигарету. — Позвольте узнать, кто передо мной. Гости нечасто интересуются персоналом, ещё и до такой степени, чтобы зацикливать камеры наблюдения.

— Я та, кто влез в ваш курятник, но ничего из него не забрал, — перевернув телефон к нему экраном, показала, что на нём светились камеры наблюдения. — Не пытайся вырвать телефон, исправить с него ничего нельзя. Просто контролировать. Главная прога не на нём.

— Зачем тебе взламывать клуб? — он настороженно осмотрелся по сторонам и всё же сцапал телефон. — Охренеть, у него же функции контроллера, даже звонки нельзя делать. Этому и на профильных факультетах не научат. А тебе сколько? Пятнадцать… Хотя тогда бы тебя сюда не пустили. Двадцать? Ты откуда такая умная взялась и почему про тебя даже Черти не слыхали? А те знают всё и про всех. Я когда-то с одной из девиц встречался, там палец в рот положишь, по задницу откусят и скажут, что так и было.

— Слушай, а как эту дуру звали, очень интересно, — сощурила я глаза и осмотрела айтишника с ног до головы. — Так, ради научного интереса.

— Лида, — хлопнул тот глазами, — Лида Старикова, мы с ней вместе учились, а потом у неё дела резко в гору попёрли, вот мне и стало интересно, куда она устроилась. Как оказалось, к Чертям. А когда ты клуб ломанула, я у неё по старой памяти и узнал. Она сказала, что в душе не чает, кто такой бесстрашный и бессмертный.

— Значит, хотя бы на это мозгов хватило, — пробормотала я себе под нос, — а раз заскучали на домашнем заключении, я им найду работки, да столько, что жрать и спать будет некогда. Короче, слушай сюда, Донжуан недоделанный. Я реально не собираюсь тебя шантажировать и уж тем более делать так, чтобы тебя выперли с твоего насиженного места работы. Делай вид, что всё хорошо и я уберусь из твоей системы ровно тогда, когда закончу свои дела. И потом мы друг друга уже никогда не увидим. Если дого…

Закончить фразу я не успела, меня резко дёрнули на себя и уронили на землю. Я оказалась на коленях Жени с оттопыренной кверху задницей и в весьма компрометирующей позе. Как-то в этот момент я вспомнила, что мой нарядец, вообще-то, задумывался, как нечто сексуально-развратное и мог легко скомпрометировать ситуацию и довести её до абсурда. А чужой язык, хозяйничающий у меня во рту, делал и вовсе что-то невероятное. Поцелуй оказался сладким, с немного горьковатым привкусом табака и мятных конфет, которые вечно стояли на столе у Жени во время работы.

Тёплые руки бережно перебирали пряди на затылке, и я как-то неожиданно для самой себя забыла о первоначальном смысле всего происходящего. В себя пришла лишь после того, как за спиной раздалось деликатное покашливание. Оторвавшись от меня, Женя резко сдёрнул пиджак и накинул его мне на плечи, вжимая в себя и разворачивая боком к неожиданным гостям, пожаловавшим на наше рандеву. Теперь странное поведение айтишника стало более логичным. Чем ещё объяснить рандеву под луной, как не спонтанным сексом на траве.

— Евгений Георгиевич, — пискнула Света и прижала руки к пылающим щекам.

— Да, Жень, от тебя я такого