За гранью их власти - Кристина Миляева

— Я подумаю, — усмехнулась я, — над вашим сегодняшним поведением.

— В приват? — осмотрев меня с головы до ног, спросил Костя.

— В вип, я всё же не хочу светиться на глазах у всех, — пожала я плечами и соскользнула со стула на пол. — Или вы предпочитаете открытые сессии? Тогда я, пожалуй, пас.

— Нет, мы только за более тесное и спокойное общение, — улыбнулись мне господа полицейские.

— А вы всегда трахаетесь вдвоём? — задала я вопрос, который меня волновал. — За эти несколько раз никогда не видела вас по отдельности.

— Да, крошка, всегда, — Костя медленно устроил свою широкую ладонь на моей спине, — и тебе это понравится. Гарантирую.

Перед моим носом распахнули дверь, и я внимательно осмотрела помещение. Вроде бы ничего лишнего. Нашарила взглядом нужный мне цифровой замок и ввела соответствующий код, о котором мне сообщил Женя. Безопасность в самом деле превыше всего. Да и вряд ли айтишник будет потом пересматривать эти записи холодными и тоскливыми ночами. Уверена, он тут уже такого насмотрелся, что мои жалкие потуги даже в сотню не войдут ярчайших эпизодов клуба. Я уже сама не была уверена, что меня смогут впечатлить эти двое. Ибо за месяц успела насмотреться всего и во всех ракурсах.

— И что ты сделала? — вопросительно вздёрнул бровь Филипп, который всё ещё стоял рядом со мной, рассматривая практически в упор.

— Отключила камеры, — пожала я плечами, — знаете ли, моя безопасность меня всё ещё волнует сильнее. К тому же если у вас такая репутация, то это не станет помехой и убивать меня вы точно не станете.

— О, так эти чёртовы камеры всё же отключаются, — рассмеялся Костя с другого конца комнаты.

Я всмотрелась в полутёмное пространство и заметила чёрный флоггер в его руках, который он оглаживал большим пальцем, словно намекая. По коже растеклись фантомные ощущения, словно мягкие хвостики холодили разгорячённую кожу. Я так часто видела это на записях с камер, что пульс застучал в висках и сердце бешено забилось в груди, когда мужчина подошёл ближе ко мне и медленно провёл от шеи до живота. Дыхание участилось, а щёки покрылись стыдливым румянцем. Вся моя натура стопроцентной девственницы, мгновенно полезла наружу, как под прицелом дула пистолета. Фил несколько секунд наблюдал за нами, а потом медленно улыбнулся.

Я прикусила губу, сдерживая стон от накатившей волны страха, возбуждения и чего-то горьковато-сладкого, но их тяжёлый аромат кожи, парфюма и пороха лишь дальше увлекали за собой в страну грёз, которая для меня не существовала ещё несколько месяцев назад. И я бы соврала, если бы сказала, что игра на грани риска не затронула струн моей души. Это было как-то по-особенному и не давало мне покоя. И чёрт, они настолько широки в плечах, что я буквально оказалась заперта меж их мощных и накаченных тел. Это пугало… Совсем немного…

Фил лениво наблюдал за каждым моим вздохом, пока Костя медленно обводил моё тело флоггером, жадно впитывал каждую реакцию на его движение. Второй в это время устроился на кожаной обивке подлокотника кресла, которое предназначалось для оральных ласк, и поглаживал выпуклость на штанах. Мужчины с интересом провожали меня взволнованными взглядами. Я же, казалось, зациклилась на выборе стоп-слова и дальнейшем развитии этого безобразия. Ибо для меня не смотреть на это всё через мониторы, а участвовать лично, оказалось чем-то совершенно иным, чему я не могла подобрать определения. Он пугало, возбуждало и вызывало интерес.

— Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, — мягко сказал Костя, спуская плеть ниже и проводя ей по кромке трусиков. — Плохая девочка. Очень плохая девочка, которая решила изменить своему жениху накануне свадьбы. Она заслуживает хорошенькой порки.

— Котёнок, может, уже определишься со стоп-словом, и мы начнём? — Фил, окинул меня внимательным взором. — Ведь особой разницы нет. Как ты и сказала, у нас хорошая репутация и даже без камер всё остановится ровно в тот момент, когда ты его произнесёшь.

— Даже если я выберу ананас? — хмыкнула я, лишь бы скрыть собственное потрясение и неразбериху в голове.

— Да, — отозвался Костя, подходя ближе, хотя, казалось, уже просто некуда. — Даже если ты решишь выбрать как стоп-слово местного ботаника, который вечно прячется за мониторами, и позовёшь его шёпотом, всё прекратится в ту же секунду. Мы держим слово, и сессия должна приносить удовольствие всем его участникам без исключения.

— Тогда я просто оставлю клубные стоп-слова, — кивнула я им.

— Просто прекрасно, — расплылся в улыбке Фил. — Можем приступать.

— Только ещё одно условие, — взглянула я на них. — Без проникновения!

— Детка, ты издеваешься? — вскинул бровь Костя. — Если я захочу оттрахать твой сладкий ротик до потери пульса, мне придётся искать другую нижнюю?

— Нет, не в этом смысле, — покачала я головой, — у меня скоро свадьба, и это не обсуждается.

— Чёрт, котёнок, это чертовски горячо, — рассмеялся второй, — девственница в постели мужа и самая настоящая течная сучка, которая не может сдерживаться при виде крепкого члена. А ты собираешься ему поведать, сколько стволов побывало в твоей тугой заднице и милом ротике?

— Нет, — покачала я головой, — он совсем не из этой темы. Для него ванильный секс, под одеялом, единственный приемлемый вариант. Так что вряд ли его заинтересуют такие подробности моих похождений.

— Ты сводишь меня с ума, детка, — Костя опустился на колени и помог мне снять каблуки. — Ты, конечно, в них охуенная, но боюсь, потом мы просто об этом не вспомним, так что снимем их сразу, чтобы наутро ты могла нормально ходить.

— Расслабься и доверься нам, — Фил мягко улыбнулся и поманил меня пальцем, — сегодня мы твои домы, а значит, тебе не о чем переживать и думать. Давай, котёнок, иди сюда, стань для нас послушной девочкой.

— Хорошо, — выдохнула я, надеясь, что в самом деле ни к чему плохому это не приведёт.

Костя приобнял меня за талию, подведя к своему напарнику, который по-прежнему сидел в большом кожаном кресле. Заставил медленно наклониться, укладывая на колени брюнета так, что ноги свисали, а задница находилась на уровне подлокотника, вздёрнутая вверх. Я даже не боялась, а больше создавала вид для того, чтобы не опуститься в их глазах на самое дно. Нельзя выходить из образа, у меня осталась в запасе лишь одна попытка, и надо было сегодня залезть им под кожу, максимально глубоко. Но разве после того, что нам сегодня предстояло пережить, можно будет отпустить лакомый приз? Хотя на это плевать… Главное