Измена. Я твой новогодний кошмар - Милла Мир

— Оль… — мажор попытался смягчить удар, — это семья Волынских. Седовласый мужчина Николай Николаевич главный прокурор Москвы. Человек, про которого говорят, что он не берёт взятки, потому что у него всё есть. Рядом его жена, Ирина Витальевна и их сын Олег, — малыш сделал едва заметную паузу, — я думал, ты знаешь, вы вчера пили вместе.

В ушах Ольги звенело, слова мажора упали в тишину с весом свинцового шара, краски роскошного ужина, музыка, тепло камина вдруг поблекли, съежилась. Мозг девушки с чудовищным скрежетом, сложил пазл.

Олег Волынский сын одного из самых влиятельных, и, что куда важнее, неподкупных, принципиальных людей в городе. Человек, чья репутация была чище горного хрусталя, власть — абсолютной в своей сфере.

Я посерела.

Мысль была настолько яркой и физической…

Я провалилось в ледяную, тошнотворную пустоту.

— Да?.. — выдавила из себя девушка, — Саш, ты серьёзно?..

— Абсолютно, — кивнул Саша, — Олег, конечно, тусовщик, любитель клубов и девушек, но, его вряд ли можно назвать Жиголо. Хотя, что скрывать, слухи о его методах «знакомств с противоположным полом» ходят разные.

Каждая фраза Сани для меня, как удар хлыста.

Директор заведения.

«AURORA».

Клуба, куда я пришла.

Где я, с моей точки зрения, «развела члена»…

Слухи о методах… которые я ошибочно приняла за схему развода на деньги.

Со мной произошла политическая, социальная катастрофа.

Я, Ольга Бигфут, нанесла публичное оскорбление сыну главного прокурора Москвы.

Я так понимаю, мои родные, вероятно всего, находятся в сложных, но уважительно-нейтральных отношениях с семьей Волынских

Мой вызов может иметь неотвратимые последствия, далёкие от моей личной мести Артёму.

— Вот же косяк… — девушка закрыла глаза, щеки покраснели, лицо горело от стыда, в ней бушевала паника, смешанная с леденящим стыдом, — я, правда, не знала… Вполне возможно, что за пять лет моего гражданского брака в клубе сменилось руководство…. Я искренне думала, что Олег Жиголо, по этой причине, я, с циничным, надменным лицом, положила ему деньги на член…. — нелепое оправдание, но, Ольге хотелось верить, что оно прокатит, — бля… Саш, что мне делать?.. Я на всю Москву опозорила сына главного прокурора. Я… я выложила в интернет фото спящего Олега, более того, я оставила на сайте эскорт-агентства о нем довольно лестный отзыв… Как минимум, мне надо извиниться, — выдохнула девушка, ей стало физически нехорошо.

Я поймала себя на мысли о том, что я сижу в шикарном ресторане города, после самого романтического ужина в моей жизни, а мое единственное желание — провалиться сквозь землю.

Ирония судьбы бьет с такой силой, что мне хочется истерично плакать или смеяться.

Я искала развлечение, забвение, месть.

В итоге я нашла — потенциальную войну между кланами и самое нелепое, чудовищное недоразумение в моей жизни.

И всё это под звуки скрипки с лучшим на свете мальчишкой рядом, который смотрит на меня с тревогой и пониманием, которого я, возможно, не заслуживаю.

— Оль, не думай о нём, — слова Саши вывели девушку из оцепенения, — давай потанцуем, — мажор не спрашивал, он взял теплую, дрожащую руку любимой, поднял ее с места. Ладонь малыша послужила якорем в море внезапного хаоса, все еще бледная, с разбегающимися мыслями Ольга позволила себя увести. Мажор вывел возлюбленную на всеобщее обозрение в центр сияющего зала, казалось, он бросил вызов ее панике, — Олюш, ты со мной, ничего не бойся.

Олег заметил «Олесю», только что спокойное лицо молодого человека исказилось неподдельной гримасой ненависти, он позеленел от ярости, мускулы застыли в мгновенном, абсолютном напряжении, внутри бушевал ураган ярости и унижения, от него физически веяло холодом.

Ольга, движимая чисто автоматическим, светским рефлексом, на какую-то долю секунды отключающим панику, едва заметно кивнула «приятелю» головой, жест, полный фальшивой непринуждённости…

Олег замер, казалось, он сейчас сорвется с места. Парень нечеловеческим усилием воли заставил себя остаться на месте, он едва неуловимо склонил голову в ответ — это было формальное, ледяное признание её существования, ритуал, за которым стояла одна мысль:

«Дорогая, я тебя вижу, мы с тобой чуть позже обязательно поговорим, тварь!!!».

— Саш, я хочу уйти, давай вернемся за столик.

— Чуть позже… — малыш нежно обвил талию любимой, мягко, но неотвратимо притянул ее к себе. Теплое дыхание Александра, островок спасения в ледяном дыхании стыда девушки, — Оль, отдайся музыке, не думай про Волынского… Сегодня, только ты и я… будь рядом со мной… Наш вечер только начинается… Мои сюрпризы еще не закончились…

Ольга дрогнула, мудрость слов малыша, его бесстрашие, желание защитить ее даже от неё самой, перевесили леденящий страх. Девушка глубоко вздохнула, на секунду закрыла глаза отсекая взгляд Олега, неутешительные мысли о последствиях ее «неудачной шутки»…

Ольга позволила. Позволила себе не думать. Позволила себе отдаться музыке, которая снова звучала тихо — это была уже не скрипка, а что-то современное, мелодичное, с четким ритмом.

Ольга позволила себе чувствовать только руку Александра на своей спине, его тело, ведущее её в медленном, почти незаметном танце.

Ольга отдалась чувству близости мажора, его защиты, его упрямой, юной уверенности в том, что их вечер важнее любой прошлой ошибки.

Девушка медленно расслабилась в объятиях Александра, голова нашла удобное место у его плеча. Дыхание выровнялось, синхронизируясь с его дыханием. Ольга больше не смотрела по сторонам, она находилась рядом с малышом в пузыре из музыки, тепла и света, который он создал для неё посреди шторма, который она сама на себя навлекла. Впервые за вечер — нет, за последние несколько дней — Ольга почувствовала не иллюзорное, купленное забвение, а настоящее, живое успокоение.

Глава 25

Лёд в бокале «Oban Little Bay» тихо звенел, как отдалённый набат, Олег сильно, плоть до хруста в пальцах, сжал хрустальный бокал. Дымное, маслянистое виски, не приносило успокоения, алкоголь лишь подчеркивал горечь на языке и свинцовую тяжесть в груди. Острый, беспощадный взгляд молодого человека был прикован к центру зала, где под мягким светом кружились две фигуры.

Ольга Бигфут, рядом с ней не какой-нибудь случайный кавалер. Александр Титов единственный наследник, баловень судьбы, сын Романа Титова, чьё состояние и влияние были своего рода параллельной вселенной — не криминальной, как у деда девушки, но от этого не менее монолитной и неприкосновенной: сеть элитных ресторанов «Белый лебедь», недвижимость по всему миру, медиа-империя и репутация безупречного, хоть и жесткого, бизнесмена.

Внутри Олега клокотала чёрная, вязкая лава, мысли сплетались в ядовитый венок, негативные мысли про Ольгу — это было мягко сказано…

Стерва выставила меня шлюхой на весь город, живность,