Хозяйка Тейновых холмов - Лана Мур

Осматриваю свой наряд – нда… на мне словно долго сидели и при этом усиленно ерзали. В общем, пора довериться рукам, или что там у нее есть, Мирелы. Смена платья мне просто необходима.

Поспешно принимаю ванну – черт знает, что или кто опять на меня свалится? Расчесываю спутанные волосы и выплываю в гардеробную в чем мать родила.

Ну, Мирела, действуй.

– Тьфу, ты! Срамота какая! Хоть бы прикрылась, бесстыдница!

– Я обещала во всем слушаться тебя. Вот, ничего без твоего совета не надела, – мои слова буквально сочатся сарказмом, я еще не забыла ее вчерашнюю подставу. – Но учти, чужое белье не надену, даже не мечтай.

Мирела так расфырчалась, что даже стекло запотело, но потом смилостивилась.

– Ну-ка, повернись, – непреклонно велит она.

Я приподнимаюсь на пальцы и прокручиваюсь вокруг себя.

– Хо-ро-ша! – Мирела аж светиться начинает. – Худовата немного, но мы тебя откормим, зато фигурка какая точеная, ножки длинные, сильные. Женихов сможешь догонять.

Да что же она со своими женихами-то пристала. Мне бы одеться побыстрее, а то в открытое на всю ночь окно залетает свежий утренний бриз и голышом становится прохладно.

– Так, кажется, я знаю, что тебе надеть. Подойди-ка к той куче, – командует Мирела. – Да не к той. Куды тебя ноги-то несут? Во-он к той.

Если бы она могла показывать, было бы намного легче, а так, ориентируюсь только на ее усиливающуюся ругань.

– Вот эта, верно. Уф! Умаешься с тобой, пока достучишься. Теперь ищи закатное платье.

Вот сейчас Мирела меня озадачила. Закатное – это какое? Цвета заката или вечернее? Если вечернее, то сейчас день, а закатное? Закаты разные бывают.

В итоге, вытаскиваю все по очереди под усиливающуюся брань зеркала, пока не дохожу до лилово-фиолетового. Я бы сказала «деграде», но здесь вряд ли знают такое слово. Не буду развращать излишками знаний.

Поднимаю свою добычу и рассматриваю со всех сторон. Фасон совсем простой – короткий лиф заканчивается прямо под грудью, из-под него сразу же начинается в меру свободная многослойная юбка.

Отлично. Наконец-то зад будет надежно прикрыт.

На лиловом лифе красуется едва заметная фиолетовая вышивка, с проблесками стекляруса, плечи прикрывают небольшие рукава-фонарики, а самое главное – нет никаких сложных застежек – горловина просто прихватывается на спине завязками. Все гениальное просто!

На радостях я буквально впрыгиваю в платье, смотрю на себя в зеркало и не узнаю.

Лиловый оттенок лифа придает коже особую, какую-то хрупкую белизну, будто я фарфоровая статуэтка, серые глаза приобретают загадочный блеск, я волосы, цвет которых я ненавидела сколько себя помню, выглядят очень даже ничего.

– Вот что значит опыт и вкус. Поняла наконец, – самодовольно замечает Мирела.

И, да, я понимаю, потому что сама ни за что не надела бы подобный цвет и фасон.

– С волосами уж ты сама, пока не появится горничная. Сама видишь, рук-то у меня нет, – горестно замечает Мирала, а по голосу чувствуется, как ей хотелось бы лично поиздеваться над моим скальпом.

Я же, не долго думая, закручиваю волосы в пучок и под крик Мирелы: «Куда потащила крючок для пуговиц?!» – закалываю его найденной в куче одежды металлической штуковиной.

Хищно улыбаюсь – вот теперь настало время чинить дому крышу. Во всех смыслах, а заодно начать обыскивать его с чердака в поисках клятого артефакта.

– Чего это ты так странно выглядишь? – настороженно спрашивает Мирела.

– Не бойся, пока я настроена на другое, – успокаиваю зеркало, под его горестный вопль подвязывая подол повыше. – Лучше подскажи, где найти ботинки.

– Поищи в гостиной или на кухне, может, и найдешь, – до меня доносится приторно-сладкий голос Мирелы.

Вот язва! Даром, что дух, а язык, как бритва. Попросит она у меня полироль для рамы, ага. Будет тусклая стоять, как давно не мытый, облюбованный голубями памятник. И от тигрокрыса спасать не буду, вот!

Фурией пролетаю по всей гардеробной, по пути переворачивая все вверх дном под недовольное сопение Мирелы.

А потому что помогать надо было. Я тоже могу быть не доброй и не пушистой, даже фору дать тому же тигрокрысу.

Тонкие шелковые туфельки, похожие на наши балетки только с более существенной подошвой и небольшим каблучком летят в сторону – владения еще не изучены, кто знает, что может впиться в ногу, – к ним же отправляются сандалии из тонкой плетеной кожи.

О! Вот то, что нужно – высокие сапоги, похоже для верховой езды. В них даже с задранной юбкой я буду смотреться прилично.

Под крики Мирелы: «Куда ж ты, ненормальная, лошадиные сапоги, да под платье для свиданий?!» – натягиваю на ноги добытый трофей. Сапоги садятся как влитые, словно на меня и шили.

Подумаешь, платье для свиданий. Будет платье для разборки завалов.

– Ох, дурно мне, дурно. Скорее принеси нюхательных солей! – искоса глядя на меня, причитает Мирела.

– Конечно, дорогая, – не менее сладко, чем она сама недавно, отвечаю я и скрываюсь в ванной, одновременно раздумывая, куда зеркало будет сыпать нюхательные соли.

Кажется, видела я кое-что, что может помочь.

Ха-ха!

Не надо злить Сашу, и Лексию тоже не надо, а уж их обеих – вообще опасно для здоровья.

Нахожу флакон с пульверизатором – да-да, это именно то, что надо, – прячу за спиной и возвращаюсь в гардеробную.

– Мирела, как ты? – изображаю всепоглощающее сочувствие. Даже крокодил, глядя на меня, прослезился бы.

– Ох, плохо мне! – покачивается зеркало. – Дышать совсем не могу.

Еще бы, стекло вообще плохо дышит, это все знают.

– Ты мне соли принесла? – прекратив шататься, она строго смотри на меня.

– Кое-что получше. Вот! – вытаскиваю из-за спины пульверизатор и обрызгиваю зеркало вонючим и едким чистящим средством.

От визга и проклятий Мирелы дрожат стены, а может и от смеха. Я же не знаю, какое чувство юмора у артефакта, но на всякий случай подхватываю юбки, выскакиваю на лестницу и взлетаю на самый верх.

Тычусь в одно крыло, в другое, в итоге с трудом открываю тяжелую скрипящую дверь и попадаю на винтовую, видимо, черную лестницу, насквозь пронзающую все этажи. По ней вскарабкиваюсь на чердак.

Ну и пылища!

Оглушительно чихаю и поднимаю новое облачко пыли.

– Ну и зачем-м-м так шум-м-меть? – раздается над головой.

Я подпрыгиваю, с ног до