Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины - Ирина Манаева

- Если нет работы в замке, всегда найдется на свежем воздухе, - отвечаю на это, поднимая свою пустую корзину. - Советую отправиться на реку, там можно чудесно развлечься.

Я закончила, но идти, пересекая двор, чтобы привлекать к себе внимание, - не лучшая из затей.

- Кто высоко взлетает, тот больно падает, - шипит в мою сторону черноволосая. - Чем же ты так зацепила генерала, что он решил пустить тебе в свою постель? - смотрит на меня с ненавистью. Такая заберётся к любому, если позволят. Только на её беду Бард занят, и против Сараны она точно не пойдет, слишком уж сильна та магически. Я видела Заолу с разными дарнами за те немногие дни, что мы здесь. Она ищет своё место под солнцем.

- Поинтересуйся у генерала сама, - отвечаю спокойно. - Может, и тебе он предложит своё тело, - прячу усмешку, отворачиваясь, и вижу удаляющуюся спину Ардоса, следующего за экономкой внутрь замка. Что у них за дела?

Жалею, что у меня нет подруг, которые бы могли шпионить и рассказать мне потом, о чём говорили Фаори и Рудая. Следовать за тигром, зная, что в любой момент могу быть замеченной - глупость мирового масштаба. Если я только не хочу ещё одного покушения.

- Прости, поболтала бы с тобой ещё, но слишком много работы, - говорю на прощание и прохожу через коридор из простыней, отправляясь к котлам.

- Можешь отдохнуть, - предлагает Жуда. Она, наоборот, прониклась ко мне симпатией после генеральской выходки с поцелуем, будто в том, чтобы стать любовницей, есть заслуга. Потом она отозвала меня и поинтересовалась, каков в постели молодой Торн, и чем от него пахнет.

Сперва я зависла, не зная, что говорить, а потом начала сочинять, что в конце и сама поверила в то, что говорю. Главное - смешивать правду пополам с выдумкой.

Главная прачка призналась, что была влюблена в отца Кольфина, который так же до недавнего времени курировал Готтард. И несколько раз он приглашал её в свои покои. Тогда она была молодой и красивой, как раз моего возраста, и мечтала о большой любви.

Ненависти к генералу у неё нет, он подарил ей несколько незабываемых ночей, которые никогда не повторялись. Он любил её, как никто и никогда, в маленькой серой комнате на простынях, которые потом она спрятала и не стирала, чтобы сохранить в памяти счастливые моменты.

Так я приобрела доброжелательницу и с десяток завистниц, которые бросали на меня косые взгляды.

- У меня ещё много работы, - улыбаюсь, вытаскивая из корзины для грязного белья чьё-то исподнее.

- Там твой генерал прибыл, - говорит мне на ухо, будто я совсем слепая.

- Он не мой, Жуда, - смеюсь, чувствуя под пальцами какую-то засохшую гадость. Опять кто-то из стражей перебрал с вином. Кривлюсь внутренне, но не показываю этого.

Рядом отвар синельки, которым подкрашивают простыни, чтобы они были приятного голубого оттенка. Главное - не переборщить с дозировкой. Обычно девушки работают в перчатках. Если концентрат попадет на кожу, будешь неделю отмываться. Порой ради шутки кто-то кого-то разукрасит, или же не поделив стражей.

- А кто этот красавчик рядом с Рудаей? - слышу шепот за спиной. Боком подбираюсь к выходу, и меня окатывает страхом. Они говорят про Ардоса. Он стоит серой тучей, заложив руки за спину, а потом они направляются в нашу сторону. И сейчас, боюсь, у меня не выйдет спрятаться.

Глава 36

Первое, что приходит в голову – укрыться в самом дальнем углу, и я резко разворачиваюсь, семимильными шагами следуя за большие котлы, в которых вываривается бельё. Прачки судачат о достоинствах прибывших, а рядом со мной возникает Луфа.

- Если меня схватят и уведут, тебе придётся выживать одной, поняла? – она должна знать ситуацию, и вижу, как пугается, оглядываясь. – Этот человек с Рудаей не должен меня видеть. Из-за него погибла твоя сестра. И, если он узнает, что я жива, попытается снова избавиться от меня.

Тонкие рыжие брови хмурятся на переносице. Луфа ещё та молчунья, лишнего слова не скажет. Поначалу ревела белугой из-за гибели сестры, а теперь привыкла. Даже подружилась с какой-то прачкой. Но всегда ищет моего взгляда и одобрения, словно я для неё какой-то авторитет.

- Быстро по местам, - командует Жуда, хлопая в ладоши, и женщины разбредаются по помещению. Стою спиной к выходу у котла, помешивая ткани длинной палкой.

- Иди на своё место, - командует ответственная, выхватывая мешалку, и я решаю не привлекать к себе внимание, но тут же вижу на горизонте экономку, а за её спиной ненавистного Ардоса. Что ему здесь нужно? Неужели, они знают, кто я на самом деле?

Оказываюсь рядом с синелькой, усаживаясь на колени и прячась за деревянные короба. Готова в любой момент испачкаться, лишь бы получить шанс на отсрочку. Слышу начало своего имени «Эз», и быстро окунаю руки в ведро и размазываю по лицу отвар, который превращает меня в Аватара. Судя по ярко-синим рукам, лицо у меня жуткое.

- алия, - доносится до ушей, и тут же какая-то девица отправляется к экономке. Поднимаю глаза, на меня с удивлением смотрит немая Федра. Она лишилась языка ещё в детстве, и с тех пор предпочитает не общаться, потому язык жестов знают немногие. В прошлой жизни у меня была знакомая с таким недостатком, и я ради неё научилась говорить на пальцах. Здесь смогла применить на практике. Удивительно, но Федра сразу же меня поняла, и ответила.

Так мы порой перебрасывались парой слов, но не более. И вот теперь она смотрела на меня, медленно моргая, и мне ничего не оставалось сказать, как.

- Случайно перепутала вёдра.

Вряд ли она мне поверила, но продолжила перебирать грязное солдатское бельё, сосредоточившись полностью на процессе. А я, поднявшись так, чтобы видеть проём, смотрела на удаляющиеся спины. Эзалия, не Эзра. Я поторопилась, но кто же знал, что они вызовут не меня. У страха глаза велики. Зачем они вообще сюда приходили?

- Эзра, - ахает Жуда, увидев меня. – Кто это сделал? – требует ответа. Конечно, она не знает, что я могла додуматься до подобного сама, потому считает, что мне просто позавидовали из-за генерала. –