Запрещаю влюбляться - Кристина Лин

мне нравились. Мне все в нем нравилось этой ночью. Шампанское немного ударило в голову, и фантазия моя стала рисовать такие картины, от которых мне стало жарко. Я жадно пожираю его глазами, отмечая про себя, что в те моменты, когда он чем-то так сильно увлечен, мужчина невероятно сексуален.

Внезапно он поднимает на меня взгляд. Черные омуты впиваются в мое лицо, проходятся вниманием по губам, снова возвращаются к глазам. Во взгляде разгорается адское пламя, которое поглощает меня, превращая в, на все готовую, куклу.

Дима откладывает в сторону ноутбук, поднимается с кресла и подхватывает меня на руки. Доверчиво прижимаюсь щекой к его груди, и слышу, как громко стучит его сердце. Он несет меня в кабинку туалета, и закрывает двери на замок.

Тут же впивается в мои губы, притягивая меня к себе за талию. Еще пару дней назад я бы возмутилась и постаралась сбежать, чтобы не делать этого с ним в туалете самолета. Но сейчас мою скромность как ветром сдуло. Мне стало откровенно наплевать на то, что о нас подумает та милая девушка, которая подавала нам шампанское. И абсолютно безразлично, как после этого ко мне станет относится весь экипаж самолета. Я просто растворяюсь в его объятиях, полностью себя вверяя и доверяя ему, как себе. Прижимаюсь к нему всем телом, обхватывая его руками за шею.

Он отрывается от моих губ, обхватывает рукой мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Во взгляде дикость на грани с безумием. Именно такой взгляд был у той девушки, в его кабинете. Мне хочется верить, хочется надеяться… Но я точно знаю, что все это просто игра. Поэтому быстро подавляю в себе проблеск надежды. Смело тянусь к его губам, прерывая этот зрительный контакт.

Дима отмирает, впивается в губы, а потом отрывается и прижимается губами к нежной коже на шее. Рука его сминает мою грудь, и эти прикосновения обжигают даже сквозь ткань. По телу пробегает электрический разряд, оседая внизу живота. Словно почувствовав мое состояние, он просовывает руку мне под юбку, гладит нежную плоть сквозь, ставшие мокрыми, трусики.

— Хочу тебя, — выдыхаю ему в губы.

Тянусь к ремню на его брюках, быстро расстегиваю, стягиваю вместе с бельем. Сейчас я сама себя не узнаю. Ведь такая раскрепощенность мне не свойственна. Мужчина достает из кармана презерватив, быстро раскатывает его по члену. Стаскивает с меня трусики, а потом подхватывает под ягодицы и насаживает на свой член. Вскрикиваю, замирая от удовольствия. Он шумно выдыхает мне в губы, а потом начинает двигаться, быстро наращивая темп. Оргазм накатывает мощной волной, заставляя стонать и впиваться пальцами в лацканы его пиджака. Он хрипло стонет мне в шею и замирает. Медленно отпускает меня. Колени еще немного дрожат, я держусь за мужчину, чтобы не упасть.

— Мне ни с кем еще не было так хорошо, — шепчет хрипло мне в ухо. Интересно, он всем своим женщинам говорит эту фразу?

Наш самолет совершает посадку в аэропорту Парижа. Никогда раньше я не была в этом городе. Да, что там! Я вообще не путешествовала нигде раньше. А это один из самых красивых городов мира. В предвкушении я жадно рассматриваю улицы за окном.

— Ты счастлива? — спрашивает Дима, наклонившись к моему уху.

— Да.

Он наклоняет голову, упираясь лбом в мое плечо сзади. Обхватывает мою талию, притягивая к себе.

— Моя девочка, — шепчет нежно.

Еще день назад от его тона у меня бы ёкнуло сердце. Но не теперь.

Глава 2

Весь следующий день я гуляю по Парижу. Утром меня в холле гостиницы встретил экскурсовод, который интересно рассказывал только для меня. И вечером я вернулась в гостиницу уставшая, но счастливая.

В номере темно, и я устало выдыхаю, снимая обувь. Сразу иду в душ. Теплая вода приятно ласкает тело, смывая с меня усталость. Я настолько устала, что нет сил даже вымыть голову. А, когда дверца в душевой открывается, я почти не реагирую на мужчину, который стоит за моей спиной.

Он берет в руки мочалку и ведет ею по моей спине, спускаясь к ягодицам. Прижимается ко мне всем телом, трется колючей щекой о мою щеку, и я спиной я чувствую его возбуждение. Но поддаваться его порыву нет никакого желания.

— Дима, давай не сегодня. — Прошу его.

Он разочарованно выдыхает.

— Я чем-то тебя обидел? — спрашивает раздраженно.

Обиды? Только этого мне не хватало! Неужели, ни одна женщина ему еще не отказала?!

— Нет. Просто я очень устала.

Одним движением он разворачивает меня к себе лицом, обхватывает рукой подбородок, поднимает, заставляя посмотреть ему в глаза. Вглядывается в мое лицо, привычно считывая мои мысли. А я уже привыкла к его замашкам, да и бояться мне нечего.

— Устала, малыш? — Его лицо проясняется, гнев слетает с него в одно мгновение.

— Ага, — киваю.

Он набирает в ладонь шампунь, моет мне голову, помогает выйти из душа и вытирает большим махровым полотенцем. А потом подхватывает на руки и относит в спальню. Укладывает в постель, как маленькую девочку, накрывая одеялом. Сам ложится рядом, обнимает и прижимается всем телом. Я пытаюсь отстраниться, насколько это возможно. Мне непривычно спать, когда меня обнимают сзади так, что не пошевелиться.

— Дим, не удобно, — шепчу, уже засыпая.

Он прижимается еще ближе. Хотя, куда уже ближе-то?

— Не хочу тебя отпускать, — слышу перед тем, как провалиться в сон.

Почти правда. Почти поверила. Нет, не верю.

Просыпаюсь от чудесного аромата свежей выпечки и кофе. Вчера я не ужинала, и теперь живот сводит от голода.

Я поднимаюсь с кровати и, завернувшись в покрывало, выхожу из спальни.

Дима сидит за столом, уставленным ароматной выпечкой, фруктами и чашечками с ароматным кофе. Его взгляд тут же впивается в меня, скользит по фигуре, обжигает кожу. Несмотря на плотную ткань покрывала, которое закрывает меня, кажется, что я стою перед ним совершенно голая.

Подхожу к столу, стараясь не замечать явного желания, которое исходит от мужчины. Хоть он и привез меня сюда в качестве постельной игрушки, это не значит, что теперь можно морить меня голодом. А едва укусив круассан, совсем забываю о мужчине рядом. И вспоминаю только, когда натыкаюсь на его улыбающееся лицо.

— Что? — спрашиваю с полным ртом.

— Ты как ребенок, Даша. — Чуть хохотнув, отвечает Дима.

— Разве? — Пожимаю плечами. Тоже мне, взрослый нашелся.

— Но мне это нравится.

Хм, ну и ладно. Правда, непонятно, что он имел в виду.

Моя робость перед этим человеком давно канула в лету. Поэтому я смело подхожу к