Любовник - Кристина Лин

Киваю. Озвучиваю ей поручения, которых хватит на несколько дней. А еще сообщаю, что с завтрашнего дня она меня заменяет, пока я не вернусь.

Домой в этот день возвращаюсь в самых противоречивых чувствах. Не знаю, что на меня повлияло сильнее — Нина с ее бывшим, или Жданов? Думать обо всем этом не хочется. Мне бы теплую ванну и выспаться. Но, как назло, встречаю у лифта Тамару Павловну.

— Добрый вечер, — здороваюсь с соседкой. Я, не торгуясь, отдала ей всю сумму за ущерб. И не считаю себя обязанной извиняться дальше.

— Добрый вечер, — отвечает, входя в лифт вместе со мной. — Ты бы, Лариса, хоть раз зашла ко мне в гости, чаю выпить.

Что?! У меня чуть глаза на лоб не вылезли. Мы так долго живем в этом доме, столько раз ругались, выясняя отношения. Но ни разу она не предлагала мне чай. Смотрю на женщину, вытаращив глаза.

— Спасибо, Тамара Павловна, — отвечаю. — Но мы как-то привыкли пить чай в узком семейном кругу.

— Ага, понятно, — с ехидной улыбочкой говорит та.

Лифт останавливается на ее этаже.

— Ну, удачи, — говорит, прищурив глаза, — тебе и твоей крепкой семье. — с ударением на слове «крепкой».

Женщина выходит, двери лифта закрываются, и открываются этажом выше. В голове, как на репите, звучит голос соседки. Почему-то мне кажется, что она что-то не договорила. И так ехидненько смотрела на меня.

Боже, неужели она видела, как Жданов подвозил меня тогда?

Но как? Она ведь, здесь была в это время. Или ей кто-то рассказал? Это вполне вероятно. Женщина всю жизнь живет в этом доме и ее многие знают. И не только в нашем доме, но и в соседних. Могла узнать от кого-то из своих многочисленных подруг, с которыми вместе чай пьет.

Черт! Наверняка, она узнала, что меня подвозил какой-то мужик. И, быть может, нас даже было видно, когда мы целовались в машине тогда. И теперь она считает меня предательницей.

Вот только, все это — не ее дело. Если станет лезть в мою семью, я не стану терпеть. И мало ей не покажется.

Глава 19

Алексей.

Вот только не надо говорить, что, если мне стало мало женщины только на пару часов в день, то это любовь! Эти розовые сопли хорошо заходят только в мыльных операх. А я себя слишком хорошо знаю. Просто нужно наиграться, надышаться ею, натрахаться, в конце концов.

У меня было много женщин, но эта оказалась особенно вкусной. Лакомый кусочек. Отпускать неохота. Стоит вспомнить, слюни текут.

Спокойно, Жданов! Всего лишь женщина с аппетитной попкой. Вкусной, мать ее! И куда там ее муж смотрит? Такую просто нельзя в люди выпускать. Только держать под замком и трахать.

Лара, Ларочка, Конфета… Ммм, везде сладкая.

Не отпущу!

Пока не наиграюсь, не отпущу.

Нажимаю кнопку на телефоне для связи с секретарем.

— Марина, забронируй на завтра билет в Испанию для Михайловой, — мне билеты верная Марина купила, как положено, заранее. Бизнес-класс.

— Бизнес бронировать? — уточняет Марина.

Хм? По должности ей не то, что бизнес, даже ехать в Испанию не положено. Но мы и так уже сделали очень многое из того, что не положено. Осталось только скатиться до траха в самолете. А, если она рядом будет, то без приключений не получится.

Я свою репутацию годами выстраивал. А тут такой соблазн. Ходит, жопой виляет. Пахнет так, что скулы сводит и в паху все предательски ноет.

— Алексей Иванович? — напоминает о себе Марина. Пауза затянулась, и она хочет услышать мое решение.

— Да? — я туплю со страшной силой, самому тошно.

— Бизнес или эконом бронировать?

— Давай эконом, — принимаю решение, почти тут же начиная о нем жалеть. — И номер в гостинице забронируй.

— Хорошо.

Вот теперь полегчало. Даже дышится легче. Вырвать Лару на пару дней мне захотелось еще во время прошлой командировки. Когда понял, что без этой лапочки мне непривычно тоскливо на чужбине.

Наступления часа-икс, когда смогу потискать свою феечку, жду, как школьник новогоднего Санту. Мы заходим в самолет, я занимаю место в бизнес-классе, Лариса садится в эконом.

И, вроде бы, все по плану, осталось дождаться прилета. Есть время поспать, насколько это возможно в кресле самолета. Только мне не до сна. Так и тянет посмотреть на сладенькое, которым закушу совсем скоро. Все назад кошусь, будто шею мне кто вывихнул.

А Ларочку с моего места хорошо видно. Так бы и смотрел на чудо это неформатное. Но, по ходу, не я такой один. Мужик в соседнем с ней кресле голову вывернул, на ноги ее, в черном капроне, пялится. Точно бессмертный, лыбится моей феечке, чушь какую-то рассказывает. А та, мать ее, подыгрывает, в ответ ему улыбается. Милота да и только. Убью обоих!

Нет, это не ревность. Конечно, нет. Просто не люблю, когда трогают мое. Вообще делиться не люблю. Особенно сладеньким. Особенно таким эксклюзивным.

Лара встает и в сторону туалета идет. А я за ней прусь, не раздумывая. По ходу, пора ей объяснить, с кем она. А то без слов непонятно моей Ларочке, что строить глазки другим мужикам чревато для их здоровья.

Едва женщина зашла в кабинку, я проталкиваю ее вперед и вхожу следом за ней. Вытаращенные глаза моей рыбки, когда она узнала меня в наглеце, который позволяет себе такие маневры, трудно переоценить. Она только рот открыть успела, чтобы что-то возразить, а я уже и двери закрыл и до губ ее добрался.

Ошалелый поцелуй, по-звериному дикий. С каждой секундой, все настойчивее. Сожрать ее хочу, заклеймить и себе присвоить. На каждом миллиметре ее вкусного тела свое тавро поставить, чтобы не лезли всякие безмозглые личности к тому, что им не принадлежит.

— Ты с ума сошел? — шипит Лара, разрывая поцелуй. А глазки у самой блестят, грудь тяжело вздымается. Моя ты хорошая. Обожаю!

К пуговицам на ее блузке тянусь, она запястья мои обхватывает, пытается остановить. Но как-то робко, нерешительно.

— Только не здесь, — шипит она. Щеки красные, губы горят от моего поцелуя. Не женщина, а мечта!

— Отчего же не здесь? — рычу ей в губы, раздвигая края блузки в стороны. Под ней тонкий кружевной лифчик, который почти не скрывает ее малышек. Обхватываю упругое полушарие, не давая возможности возразить. — Ты моя, забыла?

Точно, забыла! Пора напомнить!

К юбке тянусь и наверх ее дергаю, до самой талии поднимаю. А там чулочки на кружевной резиночке. Будто готовилась моя девочка.