В плену. И после. История одного эльфа - Анна Жнец

— Значит, правильно мне донесли, — протянула королева, разглядев Фая за фигурными стойками лестничных перил. — Ты вернулась не одна. Ну-ну, дорогой, хватит прятаться. Иди, я тебя обниму.

Ее губы дрогнули, а потом расплылись в знакомой насмешливой улыбке. Она шагнула вперед и, явно издеваясь, раскрыла Фаю объятия, словно они были друзьями и встретились после долгой разлуки.

Глумилась! Опять она над ним глумилась! Хотела смутить. Знала, что на ее приветствие Фай не ответит. Не в тех они отношениях, да и нет у эльфов привычки тискаться с кем попало.

Разгадав ее замысел, Фай так возмутился, ощутил настолько яростное негодование, что обогнул лестницу, стремительно подошел к эйхарри и быстро, не дав себе передумать, взял и обнял ее крепко-крепко, до хруста в ребрах. Назло. Чтобы стереть с лица драконицы эту издевательскую ухмылку.

Что, не ожидала? Шутка не удалась? Ну и кто кого вывел из душевного равновесия?

Отстранившись, Фай с тайным ликованием заметил в глазах королевы растерянность и даже шок. Переступить через себя было сложно, но оно того стоило. С каким удовольствием он щелкнул эту наглую ящерицу по носу!

Хмыкнув, Чудовище почесало пальцем висок.

— А ты изменился, — заключила она и покосилась на Грид.

За всем этим цирком ведьма наблюдала с отвисшей челюстью. Еще бы! Шуганный эльф-недотрога, которого она привезла на себе из Троелевства, оказался на короткой ноге с самой королевой, могущественным диктатором, захватившим не один мир.

— Пригласишь меня в дом? — С улыбкой дернула бровью драконица, и Грид засуетилась, выйдя из ступора.

— Конечно. Прости, великая эйхарри, конечно.

Они переместились в гостиную.

— Устраивайся. Чай? Что-нибудь покрепче?

— Сядь, Грид, надо поговорить. Я пришла к тебе за помощью. — Чудовище протянуло руку и схватило химеру за запястье, чтобы удержать рядом с собой. Ее пальцы легли поверх обручальной ленты. Взгляд невольно опустился туда же.

Судя по тому, как стремительно взлетели вверх черные брови королевы, в эльфийских традициях она разбиралась лучше своих подчиненных. Похоже, долгими ненастными вечерами Эвер развлекал жену рассказами о родине.

— Вот как, — растерянно выдохнула эйхарри и перевела взгляд с красной ленты, обвивающей запястье Грид, на такое же красное лицо Фая. — Весьма неожиданно, стоит заметить.

— Неожиданно? — не поняла химера, и эльф обреченно прикрыл глаза, не представляя, как выпутаться из столь щекотливой ситуации.

О, Светлоликая, как неловко!

Надо было рассказать обо всем раньше. Теперь оправдывайся, почему позволил Грид щеголять с обручальной ленточкой на руке, почему не предупредил ее о значении этой красной полоски ткани. Выставил себя дураком!

Собравшись с духом, Фай уже открыл рот, чтобы прояснить это досадное недоразумение, но не успел: проклятое Чудовище его опередило.

— Ваша помолвка — вот что. Я думала, меня уже ничем не удивить, но… — Она покачала головой. — Чтобы наш ушастый моралист, этот закостенелый блюститель нравственности, сделал предложение неэльфийке… Ты же совсем не в его вкусе, прости. Наверное, в дело вмешалась настоящая любовь. Действительно сильное и глубокое чувство.

Уже привычным жестом Фай накрыл ладонью задергавшееся веко. Женщины из Сумеречных земель определенно плохо влияли на его нервную систему.

— Помолвка? — опешила Грид. — Какая помолвка? — Она в смятении посмотрела на Фая и невольно попятилась.

— Ваша помолвка, — кивнула на ленту королева.

— Моя? — У Грид вытянулось лицо.

— Да, твоя и этого переобувшегося в воздухе ханжи. На какое число назначили свадьбу?

— Свадьбу? О нет, нет, — замахала руками химера. — Ты неправильно поняла, великая эйхарри. Наверное, решила, что Фай здесь, потому что мы собрались пожениться. Но мы не живем вместе и не планируем. На самом деле я просто помогла ему сбежать из той дыры, куда ты меня сослала. Протянула, так сказать, руку помощи. У него там какие-то терки с местными, а я ж добрая душа — спасаю всех подряд.

«Надо положить конец этому фарсу», — подумал Фай, но язык словно прилип к небу. Уши горели, чертов глаз дергался, голова по-прежнему была звеняще пустой. Смущенный, он отчаянно пытался заставить себя заговорить, но никак не мог придумать, с чего начать свою речь. С каким бы удовольствием он бы ничего не объяснял, а просто взял и провалился сквозь землю, в другой мир, подальше от этих чокнутых женщин, сводящих его с ума.

Выслушав Грид, королева повернулась к Фаю и слегка наклонила голову. Разумеется, сразу догадалась, что это за «терки с местными» и почему он в спешке покинул родину с первой встречной чужестранкой. Не могла не догадаться! Она ведь была в курсе его истории и прекрасно знала жестокие обычаи эльфийского народа.

— Интересно, — Чудовище задумчиво постучало длинным черным когтем по подбородку. — Пожалуй, стоит разворошить это осиное гнездо. Но лента… Грид, у тебя на руке эльфийская свадебная лента. Ее носят только невесты.

Грид моргнула, нахмурилась, переваривая услышанное, затем слова эйхарри, видимо, достигли ее сознания, и желтые глаза едва не вылезли из орбит.

— Что-о-о?

— Ты не знала? — хмыкнула королева и вдруг рассмеялась, весело, от души, будто услышала самую забавную шутку на свете. — О, Темнейшая, Фай, ты не перестаешь меня изумлять! Настолько влюбился? Так хотел сделать Грид своей женой, что прибег к обману? Подарил ленточку и не сказал, что она обручальная. А под венец как ты собирался вести свою невесту? Предварительно напоив до беспамятства?

Она хохотала и хохотала, смахивая с глаз несуществующие слезы, а Фай чувствовал себя воином, который долго готовился к удару, но получил его не с той стороны, откуда ожидал. Его смущение достигло критической отметки. Лицо горело так, что его можно было использовать вместо сковороды: просто клади все, что тебе надо, и жарь. Фай стал красным, как помидор. Как рак, сваренный в кипятке. Как злополучная лента на руке Грид — виновница всех его сегодняшних страданий.

О, богиня, что бы он сейчас ни сказал, все равно будет выглядеть идиотом!

— Я…

Две пары глаз впились в него взглядами, как кинжалы в стейк. Эйхарри смотрела насмешливо, Грид — в полном шоке. Ее ноги подкосились, и она тяжело осела на диван.

— Ну дела… — протянула химера, потирая запястье, обмотанное тканью.

— Я не влюбился! — наконец отмер Фай. — Не влюбился! Она сама нацепила на себя ленту.

Королева вскинула брови, взглянула на Грид, та кивнула, пожав