Остров порока и теней - Кери Лейк

— Я вообще-то могу отвезти тебя домой.

— Если не сложно, мне нужно сделать ещё пару остановок?

О нет. Я не записывалась ей в водители на вечер. Хотя и позволить ей ехать за рулём под кайфом — тоже плохая идея. Особенно с ребёнком. Может, Бри заметит и отговорит её, и мне не придётся выступать в роли лицемерного социального предупреждения. Я могу просто подождать в машине, пока она заберёт ключ.

— Твоя сестра рядом?

— Да, прямо на Двадцать третьей.

— Ладно, отвезу тебя туда.

Улыбнувшись, она собирает пакеты с продуктами и сына и грузит их в пикап. Продукты назад, ребёнок вперёд.

Я чешу затылок, наблюдая, как она пристёгивает сына ремнём на сиденье между нами.

— Эм… ему не нужно детское кресло или что-то вроде того?

— Не-а. Он уже большой. Тут всего две мили.

За две мили может случиться многое. Например, я могу так спешить избавиться от неё, что случайно нажму на газ и привлеку внимание копа. Или настолько отвлекусь мыслью о встрече со старой подругой, что проеду на красный и получу удар в бок на перекрёстке.

— Ты уверена? Я могу подождать, если хочешь его взять. — хотя, если подумать, я и в её машине кресла не видела.

— Слушай, это буквально две минуты, и обещаю, что мы не задержим тебя.

Две минуты. Я справлюсь с двумя минутами. Ехать медленно. Не проезжать на красный.

Просто.

Ладно. Когда все более-менее пристёгнуты, я выезжаю с парковки и еду по Двадцать третьей, как она говорит. Хотя я чувствую взгляд мальчика всё это время, я не смею отрывать глаза от дороги. Не с минутой и десятью секундами на таймере.

Главная улица обрамлена старомодными кирпичными зданиями, напоминающими Французский квартал, с коваными балконами, увитыми цветами. Чёрно-белые полосатые навесы тянутся над оживлёнными мощёными тротуарами, где книжные магазины, кофейни, рестораны и небольшие бутики придают месту мистический шарм, будто из Косого переулка. На южной стороне улицы, за магазинами, проходит канал, вдоль которого тянется набережная, украшенная мягкими белыми огнями, создающими праздничное свечение ночью.

Уютный и красивый городок, словно сошедший со страниц книги.

Но, несмотря на его завораживающее очарование, в воздухе висит пустота, как невидимое облако. Тень чего-то отсутствующего.

Заброшенность и призрачность, словно призраки смотрят вниз с неба.

На светофоре она говорит повернуть налево, и только когда я заезжаю на парковку этого места, я замечаю неоновую вывеску спереди. Грешники & Святые.

Место выглядит так, будто когда-то было церковью, с его неоготической архитектурой, но вывеска спереди, мигающая женщиной с наполовину вывалившейся грудью, ясно даёт понять — это не святое заведение.

— Твоя сестра… она… она…

Бри — стриптизёрша?

Ничего против них. Чёрт, в последние месяцы меня саму привлекали эти деньги. Примерно год назад я пыталась заняться вебкамом, просто чтобы проверить, хватит ли у меня смелости, но струсила в тот момент, когда на экране выскочил член. В течение следующего часа я ходила туда-сюда, в панике думая, что Расс возьмёт мой телефон, и какой-нибудь случайный член внезапно выскочит на экране, который я не закрыла, и выбьет ему глаза из черепа. За эти годы я достаточно закалилась, чтобы не особо нервничать из-за стриптизёрш и проституток, но Бри? Похоже, мои воспоминания не так надёжны, как я думала.

— Она управляет залом.

Это звучит логичнее.

— Я танцую.

Не отрывая взгляда от дороги, я стараюсь подавить ошеломлённое выражение лица, потому что Марсель, которую я знала, или, по крайней мере, как мне кажется, помню, была как Бри на стероидах.

Если только это не так. В таком случае мои воспоминания стали настолько ненадёжными, что я, возможно, вообще перепутала человека.

Вся парковка забита, ни одного свободного места, пока я медленно еду между рядами машин — более дорогих машин — всё ещё пытаясь разобраться в этом.

— Просто подъедь сбоку. Вон та дверь. — она указывает на дверь сбоку здания, которая, как я предполагаю, служит входом для танцовщиц.

Когда мы останавливаемся, она открывает дверь, не отстёгивая сына, и прежде чем закрыть её — на нём и на мне — я наклоняюсь вперёд.

— Подожди. Ты не берёшь его с собой?

— Я на секунду.

— Подожди, подожди. Ты… — оставить своего сына с абсолютно незнакомым человеком у задней двери стрип-клуба? — А если он заплачет?

— Не заплачет. Ты ему нравишься. У него есть… чутьё на людей.

У меня тоже, и мне не нравится то, что оно сейчас говорит. Почёсывая затылок, я смотрю на мальчика, который совсем не кажется обеспокоенным этим, затем снова на неё.

— На минуту?

— Обещаю. Я зайду, возьму ключ и сразу выйду.

Откинувшись обратно в сиденье, я вздыхаю, когда она захлопывает дверь и уходит внутрь. В наступившей тишине я прочищаю горло, стараясь не замечать неловкое напряжение между мной и трёх-, четырёх- или пятилетним ребёнком рядом.

— Ты водишь очееень хошо, — говорит он, поправляя очки на носу.

— Спасибо. Ты, эм… ты тоже молодец. Спокойно сидел всю дорогу.

— Спасибо. — его маленькие ноги свисают с края сиденья, он ёрзает. — Как тебя зовут?

— Се…Карли.

— Секарли? Странное имя.

Я усмехаюсь, чувствуя, как напряжение в животе постепенно спадает.

— Карли. Меня зовут Карли Джеймс. А тебя?

— Дастин.

— Дастин?

— Нет. Дас-тин.

— Дастин, — повторяю я.

— Нет-нет. Скажи со мной. Да…

— Да…

— Нет. Неправильно. — он хлопает себя по лбу, и я оглядываюсь, желая, чтобы его мать поторопилась, потому что мне неловко, что я не понимаю, что он пытается сказать.

— На «Д» начинается?

— Нет. На «Джжж...» — ладно, возможно, я ошиблась с его возрастом, потому что не уверена, что трёхлетний ребёнок умеет писать своё имя. Хотя, может, и умеет.

— Хорошо, значит, твое имя Джастин?

— Даааа! — он болтает ногами от явного восторга, и я снова усмехаюсь. — Эй, Карли?

— Да, Джастин?

— Мне ооочень надо в туалет.

Чёрт.

— Эм… ну… мальчики же… просто… выходят на улицу, да? Писают на стены или что-то вроде того? Можешь, наверное, пописать вон на ту стену.

— Нет. Я не это имел в виду.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

ГЛАВА 11

Селеста

Джастин держит меня за руку, пока мы подходим к двери, и в тот момент, когда я распахиваю её, меня