Кровавая алхимия: тайна артефакта - Лисса Мун

эффекта, вцепился в его руку, пытаясь высвободить свою спутницу. — Беги от нее, — посоветовал Тристан, не шелохнувшись. — Разберусь. Казалось, ответ удовлетворил Тристана. На лице отобразилось пренебрежение, которое никак не сочеталось со страстью и дикостью во взгляде. — Чем ты лучше, Руслан? — вдруг разозлилась девушка и пронзила меня выстрелом карих глаз, будто наяву метала не только молнии, но и мелкие металлические предметы, что хлестали по мгновенно зардевшимся щекам. — Сам развлекаешься с девчонкой. Ах, он развлекается! И почему я не удивлена? Наверное, он частенько лапал лабораторных мышек, неизбалованных мужским вниманием, и наслаждался их робкими неискушенными реакциями. Биохимическими и физическими! Я ведь почти растаяла под его напором! Тьфу. А девушка наверняка его бывшая подопытная… И он разбесился, что она нашла достойного парня. — Она работает над проектом. Чтобы такие как ты перестали… — начал оправдываться Тристан и осекся. Посмотрел на меня, от чего захотелось забиться в угол и не отсвечивать. — Прекрасно, — безразлично оценила бывшая. — Вот и занимайся своей игрушкой. Да следи, как бы она не попала на зуб к не таким ярым блюстителям порядка, как ты. А ко мне не лезь! — Ты в моем городе. — Да уеду я! — прорычала она, как волчица в полнолуние — одновременно грозно и жалостливо. Тристан разжал пальцы и тут же потерял интерес к парочке. Направился к нашему столику, но на полпути его остановил голос Радомира: — Не стоит обижать Элис. Я за ней приглядываю и уже спасал от всяких уродов. Сердце пропустило удар, а в груди вновь потеплело. Радомир и вправду казался не таким как все, словно настоящий принц из девичьих грез выкатил на железном коне на малолюдную полосу моей жизни. А что? На мотоцикле — современно! Жаль, что красавчик давно занят. — Я благодарен за заботу об Элис. Поэтому воспользуйся советом: держись подальше от Северины, — лениво проронил Тристан через плечо и уселся на место, растянув губы в широченной улыбке. Его веселье выглядело опасным. А глаза — голодными. Но официантка принесла наши блюда, и я немного успокоилась: сытый мужчина, как довольный кот, становится покладистым и рассудительным; желание метить тапки затухает, а когти точатся исключительно в отведенном для этого месте. Салат и мне возвращал рассудительность, которой сложно похвастаться на пустой желудок, освежал и умиротворял. Но как только сочные ломтики мясистой зелени вместе с пряным сыром устроились в урчащем животе, у меня тут же назрела очередная порция вопросов: — Та девушка назвала вас Русланом? — Да. Меня как бы и не существует. Я бледная тень своего брата. — Он ваш брат? — вскинула я брови и подскочила на стуле, ударившись лодыжкой. Но далее разговор потек непринужденно, будто недавняя сцена сама собой разумелась в ежедневном расписании. — А не заметно? — изобразил он такое же удивление. — А должно быть? — парировала я. — Шутка неудачная. И она затянулась, — разочарованно хмыкнул Тристан. — А за попытку благодарю. Давно никто не подбадривал меня подобным образом. Но я взрослый мальчик и в жалости не нуждаюсь, — скрипнул он зубами и сжал губы в тонкую полоску. — Я запуталась, — призналась тихонько и тронула его за запястье. Он неожиданно вздрогнул и поднял на меня потемневшие глаза. Больше в них не плескался расплавленный янтарь, теперь там царил непроницаемый застывший мрак. — Твой кулон притягивает таких как я, — ледяным голосом проговорил он, практически не шевеля губами. — Это ты хотела услышать? Нить разговора окончательно скрылась в неизвестном направлении. Я растерянно хлопала ресницами, но Тристан делал вид, что странные секреты закончились. — Таких как вы? Нет, кулон и вправду иногда нагревался по непонятным причинам, но логических объяснений этому я не находила. Другие же не удовлетворяли мою, пропитанную естественными науками, душеньку. И предыдущие вопросы уж точно не становились яснее. Только появлялись новые. — Да, — коротко подтвердил Тристан опять без подробностей. — Ты наверняка замечала. Но меня тянет к тебе, даже когда ты оставляешь артефакт дома. Не так, как к другим. Вовсе не от голода и жажды. — Вас тянет к другим женщинам от жажды? — вскинула я брови и кивнула на стакан воды. Что я несу? Захотелось шлепнуть себя по лбу и закрыть глаза, чтоб не видели его перекосившееся от недоумения лицо. — Тебя больше интересуют мои отношения с женщинами, чем свойства артефакта? — поддел Тристан. — Ложный вывод, — открестилась я, будто находилась в учебной аудитории на высшей математике, и уже привычно икнула. — Думаю, в тебе есть что-то такое, — сообщил он. — Важное для нашего вида. Именно поэтому ты занимаешься кровью. — Говорите яснее и по порядку, — разозлилась я. Сколько можно кидаться завуалированными фразами и добивать меня, существующими лишь в его голове, фактами? Или фантазиями? — Такие артефакты принадлежат семьям охотников. Охотников на вампиров. — Тристан сделал паузу и испытующе посмотрел мне в лицо. — Они передаются из поколения в поколение. Женщины носят кулоны, мужчины перстни. Бывает и наоборот. Артефакт подавляет волю вампира, тем самым защищая своего владельца от посягательств на теплую живую кровь. Нас же тянет к замысловатому украшению, и мы сами идем на расправу. — Так вы — вампир? — буднично поинтересовалась я. Эмоций и правда не было, словно мне часто сообщали подобную ерунду. Вампиры, артефакты, что еще? Ведьмы и оборотни? Да хоть синий человечек с хвостом! Эх, разбаловали нас фантасты! Ничему не удивляемся. — Ага, — согласился Тристан то ли с отсутствием у меня испуга, то ли ответил на вопрос. — Ты все знала? — Вот еще! В смысле, нет же! Продолжайте, очень интересно. — Опять издеваешься, Алис-с-са? — опасно протянул он и наклонился над столом. — А вы борщ будете? — испугалась я, что он опрокинет тарелку. Тристан обреченно закатил глаза и всхрапнул, будто хотел зарычать, но сдержался. После чего демонстративно взял ложку, сноровисто запустил в суп, поймал ломтик свеклы и кусок говядины и решительно отправил еду в рот. — Мне показалось или у вас глаз дернулся? — пискнула я, разглядывая, как он с наигранным аппетитом пережевывал бульон. — Показалось, — с вызовом заявил Тристан и зачерпнул еще. — С чесночком и ржаным хлебушком вкуснее будет! — обрадовалась я. — Закажем? Рука сама взметнулась кверху и поманила официантку. Ведь это не он, а я впадала рядом с ним в неконтролируемый транс. Но прежде, чем я успела открыть рот, Тристан рявкнул, что зазвенели стаканы на барной стойке: — Все очень вкусно, рассчитайте нас, пожалуйста! И заберите посуду, мы наелись. Девушка дернулась. Гулька на ее голове подпрыгнула, шпилька полетела на пол, а волосы рассыпались по клетчатой рубашке. Она нервно отерла ладони о белый передник, кивнула и дрожащими руками забрала и недоеденный борщ, и вылизанную