Не в этой жизни - Даниэль Брэйн

резюмировать, что праздник прошел больше чем успешно и Скворцова большая молодец. Самое главное — все дети остались довольны, унося с собой и подарки, и снимки фотосессии, и яркие впечатления.

— Василиса Васильевна! — услышал я голос Скворцовой.

Лиза только закончила раздавать подарки детям и, видимо, сама собиралась уходить, когда ее окликнула Ирина.

— Вы еще здесь? — удивилась Лиза. — Я думала, вы уехали вместе с актерами. Разве ваша работа еще не закончена?

— Ой, нет. Завтра утром за оборудованием приедут. Демонтировать тут все нужно и подготовить для погрузки, — устало улыбнулась Ирина. — Я хотела уточнить, нужны ли вам баннеры на память или их утилизировать? А то их уже снимают.

— Хм… послушайте, Ирина. Вы великолепно справились с задачей, даже я в полном восторге, что уж говорить про именинника! Я вам очень благодарна за этот день! А насчет оборудования не беспокойтесь. Мы арендовали усадьбу на все выходные, так что давайте я сама прослежу за всем, а вы езжайте отдыхать. Поздно уже.

— Как это? Ведь это моя рабо… — хотела возразить Ирина, но куда ей с Лизой спорить, если даже я не рискую.

— Так, все! У нас вся эта перевозная игровая оплачена до утра? Вот утром и разберемся.

— Тогда… до свидания?

— Подождите. Кое-что еще, — Лиза поднялась на крыльцо, разумеется, заметив партизана в засаде на коляске, — все дети сегодня получили подарки, и Машенька, конечно, не должна остаться без него. Сейчас вынесу.

Скворцова поднималась следом за Лизой, и хоть и не сразу, но тоже обнаружила меня как раз в тот момент, когда Лизка завела речь о подарке.

— Я подвезу, — широко улыбаясь, как будто ничего странного не происходит, ответил я вместо замершей от шока Ирины.

— А вы знакомы? Это мой хороший друг Андрей Юрьевич… — затараторила Лиза, выдавая свою нервозность.

Хороший она человек. Не любит всякие эти грязные игры. Но… друзей ей надо было выбирать тщательнее.

— Мы знакомы, Лиз, спасибо. Тащи подарок, — намекнул я ей, чтобы шла куда собиралась, оставив нас ненадолго наедине.

— Не знаете, почему у меня такое чувство, что меня в последнее время постоянно водят за нос? — вместо ожидаемого «Что ты здесь делаешь?» спросила Ирина.

— Наверное, вы любите читать детективы? Говорят, если слишком увлекаться, то ко всему начинаешь относиться с подозрением. А где Маша? — попытался я съехать с темы.

— Маша сидит в надувном замке принцессы. Не хочет уходить, потому что… потому что сегодня и ее день рождения тоже… а я… я плохая мать… притащила ее на чужой праздник…

У Ирины заблестели глаза, и она была готова вот-вот разрыдаться. Я поднялся с кресла, делая несколько шагов к Ирине. Осторожно положив ладони ей на плечи, попытался успокоить.

— Что вы такое говорите! Вы замечательная мама, и я уверен, праздник Маше понравился! Перестаньте!

— Праздник, конечно, понравился. Но она очень умная девочка, понимаете? Ей было грустно, что все поздравляли сегодня Вовочку, а ее никто не поздравил. Я не подумала об этом заранее, я была уверена, что достаточно ей просто побывать на таком грандиозном пиршестве. Но…

— Так, стоп! У Маши сегодня тоже день рождения? — постарался я выглядеть натурально удивленным.

— Ага, — шмыгнула носом Скворцова. — Я ужасная мать…

— Отставить осадки! Сейчас мы все исправим! — пресек я попытку зайти на новый круг самопоедания.

— Как? Закатимся в ресторан и оторвемся по-взрослому? — с вызовом посмотрела на меня Ирина.

И дураку бы стало понятно, что алкогольная вечеринка в кабаке на первый юбилей ее крошки совершенно не то, что Скворцова одобрит. Но благо тут мне и врать не пришлось.

— Ну, во-первых, я не пью. Совсем. А во-вторых, день рождения у Маши, а я сомневаюсь, что она ценитель подобного времяпрепровождения. Мы же исправить хотим, а не усугубить? — я намеренно выразился так, будто Ирина уже согласна и нам осталось лишь обсудить варианты. — Предлагаю поехать в большой магазин детских игрушек, в центре который. Там и кафе есть детское. Посидим, напьемся какао, задуем свечи, и подарок Маша сама выберет.

Сейчас она снова меня отошьет. Особенно если учесть, что только дурак не догадается про совпадение с заказом детского праздника.

Если бы я так идиотски вел бизнес, как пытаюсь наладить контакт с этой колючкой, мне давно пришлось бы отвоевать себе место на городской теплоцентрали и приглядеть пару сытных помоек.

Глава пятнадцатая

Как дать понять, что я не враг, что я не то что не желаю ей зла — напротив? Оплатить ипотеку? Вместо той жуткой гнилой коробки на четырех колесах, которую Коджо мне сегодня на стоянке показал, купить ей нормальную машину? А Коджо, кстати, намекал. Нет, можно, но она не примет. Только не она.

— Это… как-то странно… тоже, — замешкалась Скворцова.

Вот даже здесь ищет подвох.

— Неважно. Главное, чтобы Маше понравилось. Можем для усиления и Коджо с собой взять.

— Он тоже здесь? — округлила глаза Ирина.

Пожалуй, достаточно этих дурацких подковерных игр. Доводим девушку до паранойи.

— Конечно, здесь. Он так же, как и я, очень близкий и старый друг Василисы. И… он мой телохранитель. Где же ему еще быть.

— Господи. Как я устала, — глубоко вздыхая, закрыла глаза Ирина. Хорошо, что не добавила, что уже нас раскусила и все знает, и вообще порядочные люди так не делают. Подумала это она наверняка, но вместо стыда меня окатило неумолимое желание чудить.

— Я и до машины могу довезти, — вернувшись в свое кресло, ровно как озорной мальчишка, покрутился на нем, демонстрируя профессиональные навыки и шкодно улыбаясь.

Смешно. Даже мне от себя самого. Дурачусь, будто мне пятнадцать. Даже Лиза, все это время стоявшая за приоткрытой дверью, не сдержала смешок, и ей пришлось выйти.

Перебросившись парой фраз с Ириной, Лиза вручила ей подарок — куклу почти в рост Маши, попрощалась с нами обоими и снова скрылась за дверью усадьбы. Ирина тоже развернулась, собираясь спуститься обратно в сад за Машей. Я даже почувствовал, как у меня сердце пропустило несколько ударов, замерев на секунды.

Однако Скворцова сделала только шаг по ступеням и обернулась, сказав мне:

— Встретимся у магазина, волшебник на красном «велосипеде».

Подарив мне на прощание загадочную улыбку. Так, реакцию малышки на куклу я не увижу, значит, придется дальше волшебничать самому.

— Я не понял, это она на пятьсот эскимо намекнула или на совместный просмотр кино? — возник как черт из табакерки Коджо за моей спиной, демонстрируя удивительно глубокие знания нашей отечественной культуры. И это при том, что учиться сюда он приехал в университет и по-русски не знал ни