Свидание со смертью - Келли Криг

я знаю — они врут. Дети заслуживают гораздо лучшего, и я просто говорю, что если бы ты ее сжег, даю голову на отсечение, к началу летнего чтения у нас появилась бы новая. И я бы вовсе не расстроилась. И не злилась. Если бы… у тебя был гранатомет. Но его нет. Так что тема закрыта.

Он замолчал и на какое-то время просто помчался дальше по межштатной магистрали, словно я не сказала ничего полезного. А может, и правда не сказала, раз уж он, как сам выразился, не Бэтмен.

— У него вообще-то есть ручной тормоз, — подсказала я.

— Где?

— Эм. Между водительским и передним пассажирским сиденьями есть рычаг на полу. Его нужно просто потянуть вверх. Но чтобы задействовать его, кому-то придется…

Он перехватил мою левую руку своей костлявой хваткой и положил ее прямо на руль.

— Ты что делаешь?! — взвизгнула я.

Он не ответил, а просто растворился в клубах дыма, оставив меня нестись по шоссе в полном одиночестве — судя по всему, чтобы разобраться с Гусом-Автобусом.

— Я сейчас умру, я умру! — завизжала я, изо всех сил стараясь удерживать руль так, чтобы не вылететь за пунктирную белую линию, не съехать на обочину и лететь вперед ровно до самого утра.

Позади заскрежетали шины — автобуса и еще парочки машин. Просигналил дальнобойщик на фуре, и я тут же поддержала его собственным криком.

И тут, как только я успела расстегнуть ремень и перебросить колено на водительское сиденье, мой закутанный в капюшон водитель материализовался вновь в круговороте дыма. Его руки перехватили управление, а туманные щупальца аккуратно водворили меня обратно на пассажирское кресло и защелкнули ремень безопасности.

— Точно, — всхлипнула я. — Ремень.

— Я всё уладил, — буркнул он.

О боже мой.

Мне определенно не стоило сейчас шумно дышать.

Сглотнув вязкую слюну, я отвела от него взгляд и уставилась на темную, бешеную ленту дороги.

— Что произошло? — Я бросила быстрый взгляд назад, на автобус, который он умудрился затормозить, припарковать на обочине и, судя по всему, вывести из строя.

— Нажал на тормоз, дернул ручник, отключил аккумулятор. Там везде книги.

— Значит, он еще поживет, — пробормотала я, не до конца понимая, что чувствую по этому поводу. У меня связаны с Гусом теплые воспоминания, пусть библиотеке и пора бы его сменить. Но как я могла простить ему убийство Дейзи, моего «Жука»?

Господи. Точно. У меня больше не было машины. После встречи с Очень Голодным Книгомобилем мой «Жук» наверняка не подлежал восстановлению.

Но, пожалуй, сейчас у меня были проблемы покруче разбитой машины, верно?

— Кто это был? — спросила я его. — Тот белокурый мужчина. Он вернулся, но я же видела, как ты его убил.

— Он не может умереть.

Погодите-ка, что?

— То есть он зомби?

— Вроде того.

Бесячий ответ, который не дал мне ни малейшего понимания насчет этого повторяющегося кошмара, захватившего всю мою жизнь с момента нашей встречи. Мою потенциально очень короткую жизнь…

— Какое всё это имеет ко мне отношение? — возмутилась я, чувствуя, как нервы наконец сдают, а паника по поводу собственной судьбы накрывает с головой. — Какое отношение всё это имеет ко мне?

— О, блядь, прекрати, — проворчал он, но прежде чем я успела открыть рот и отчитать его за грубость, вспышки красно-синих огней и завывание сирены подтвердили, на какую именно его мысль я так бурно отреагировала.

Хотя я уже приготовилась к новой погоне на бешеной скорости, он на самом деле начал сбавлять ход.

— Ты что, прижимаешься к обочине? — удивилась я. И как это вообще должно было сработать?

— Предоставь говорить мне, — бросил он так, будто уже бывал в подобных ситуациях и прекрасно знал правила игры. Будто он не был ходячим говорящим скелетом, завернутым в смертоносные дымные мантии.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — Я снова глянула в зеркало заднего вида, щурясь от вращающихся сине-красных проблесковых маячков патрульной машины, которая нас тормозила.

— Ни слова, — приказал Смерть, переключая коробку передач на парковку, заглушая двигатель и опуская свое стекло.



15 ХЕЛЕНА

— Сэр. — Полицейский средних лет с набитым жвачкой ртом, коротко стрижеными темными волосами и легкой щетиной наклонился, чтобы получше рассмотреть нас через окно со стороны водителя. В одной руке он держал фонарик. Когда он направил его на нас — на Жнеца, — я мысленно прочитала заупокойную молитву по душе самого офицера. — Не могли бы вы снять капюшон?

Мои глаза полезли на лоб от такой просьбы, и я едва не посоветовала бедному копу бежать сломя голову, но тут Жнец поднял руки — настоящие руки из плоти и крови, сплошь покрытые черными татуировками, — к краям своего капюшона. Словно вместо того, чтобы вырвать душу этого бедняги прямо из груди и оставить его тело валяться на обочине межштатной трассы, он собирался подчиниться приказу обычного патрульного.

К моему полнейшему шоку, он именно это и сделал.

Я перестала дышать, а рот сам собой приоткрылся, когда длинными пальцами, украшенными серебряными кольцами, мой доселе безликий спаситель откинул назад скрывающую лицо черную мантию, обнажая темные, непослушные волосы длиной до подбородка. Его небрежная стрижка в стиле рок-звезды выделялась яркой деталью — правой прядью пронзительно-белого цвета.

Эта призрачная прядь спадала на лоб, смешиваясь с черными прядями, завивающимися вокруг проколотого уха. Крошечное серебряное колечко блестело в мочке, а еще одно охватывало хрящ.

Теперь, когда его величественный, совершенно не скелетный, чертовски притягательный профиль был наконец открыт, я разом разучилась и моргать, и дышать. Я просто не могла оторвать взгляд от его видимой скулы, которая на пару с линией челюсти явно претендовала на звание самой «острой грани» человеческого лица. Тени, затаившиеся под ними, тоже ни капельки не помогали мне сохранить объективность беспристрастного судьи.

Но и это было еще не все.

Прямой выразительный нос придавал его облику ультрамужественные черты, а пустые и чувственные губы — такие, что мне стало завидно, — приоткрылись, чтобы выронить слова: «Какие-то проблемы, офицер?»

Услышав это, я отшатнулась назад на сиденье, потрясенная переменой в его голосе. Глубокий рокот Стражника Врат Ада сменился более звонким, теплым баритоном джазового певца, ушедшего на перекур.

Добавьте к этому хмурые брови и пронзительный синий взгляд, устремленный на копа, — как будто я и так не фанатела от него в образе скелета-жнеца душ.

— Вы спрашиваете так, будто понятия не имеете, за что я вас остановил, — процедил офицер с коротким хриплым смешком.

— Мои номера действительны.

— Попробуйте для начала не лететь восемьдесят пять миль в час в зоне, где разрешено