Как кабачок меня убил и я стала истинной двум принцам - Александр Шугарт

Потом я сама прикусила его нижнюю губу, потянула на себя, и Лорен прижал меня к себе так тесно, что я недвусмысленно чувствовала все, что он хочет сделать. Поцелуй стал жестче, я застонала ему в губы, когда принц дал вдохнуть.

Рейвен развязал ленту сорочки. Ткань ослабла, его пальцы скользнули под нее, накрыли грудь, и я резко вдохнула. Одежда упала на пол, и вот теперь отступать точно было некуда. Все равно, что помахать перед быками красной тряпкой и надеяться убежать.

Лорен смотрел, как Рейвен ласкает меня, как сосок твердеет под пальцами, как я сама сильнее прижимаюсь к младшему. Потом чуть сдвинулся вбок, наклонился и провел губами по второй груди, медленно, касаясь самого чувствительного места.

— Лорен!

Тогда губы сомкнулись. Я выгнулась, прижимаясь к обоим, Рейвен провел большим пальцем по вершине и тоже коснулся ее языком.

От ласки обоих ноги перестали держать.

Пуговицы их рубашек ужасно не хотели поддаваться, и я с трудом дождалась, пока они снимут их. Вот так и сама могла нормально касаться братьев, спускаясь ниже, чувствуя, как тесно им становится в штанах.

Лорен выдохнул сквозь зубы, Рейвен прижал мою ладонь сильнее, что-то прошептав в губы.

В следующую секунду меня подняли на руки и посадили на край кровати. Старший встал между моих коленей и снова поцеловал, ладонь прошла по спине вниз и придвинула меня к самому краю. Рейвен оказался рядом.

И через несколько минут я уже не могла сидеть ровно. Пришлось упереться руками в матрас, потом одной схватиться за плечо Рейвена, потому что он прекрасно помнил, что делал со мной в прошлый раз, и как я реагировала.

Лорен смотрел вниз, и от этого становилось еще тяжелее дышать. Тебе нравится то, что ты видишь?.. Потому что мне — очень. Старший перехватил мою руку, притянул к губам, прикусил кончики пальцев и опустился рядом на кровать. Скользнул второй ладонью между моих ног, присоединяясь к ласкам Рейвена, и я резко выгнулась.

Слишком хорошо…

Я уже не различала, чьи пальцы заставили меня вздрагивать, кто целовал грудь, кто держал за бедра. Только хотела еще.

Младший поднялся, оказался надо мной, роняя на постель. Поцеловал, и я провела ладонью по его спине вниз, сама обнимая вновь ногами.

— Рейвен…

Он вошел медленно, я резко выдохнула и закусила губу. Дракон уткнулся лбом в мой висок, дал несколько секунд, чтобы почувствовать каждый сантиметр… как растянул, горячий и возбужденный.

И двинулся осторожно, позволяя привыкнуть к каждому толчку. Потом я сама начала подаваться навстречу, сильнее обняла ногами. Движения стали глубже, руки крепко удерживали за бедра, а я уже не пыталась сдерживать голос, даже не думая о том, что нас могли услышать. Лорен целовал меня, гладил грудь и живот, и от его рук возбуждение становилось все сильнее.

Я посмотрела на него, в его безумно темные глаза, поймала за шею и притянула к себе. Старший поцеловал, а Рейвен продолжал двигаться между ног. От двух мужчин, их дыхания и ладоней Лорена на груди удовольствие стало невыносимым, и оргазм накрыл с головой.

Я сжала Рейвена бедрами, выгнулась, он прижался крепче и через несколько рваных движений остановился сам, а внутри стало жарко и совсем мокро.

— Анна… Черт.

Минуту выдохнуть. Продлить эту сладостную дрожь, текущую по нервам от бедер и до самых пальцев ног. Я повернулась к Лорену — он все еще держался, даже если штаны были давно расстегнуты. Не знаю, почему именно это вдруг окончательно сорвало мне крышу.

Я поднялась, подрагивая, на колени, взяла его за плечи и толкнула на спину. Сама села сверху, наклонилась к его губам и почувствовала, как руки сразу легли на мои бедра, усаживая вниз — горячо, неотвратимо, вызывая протяжный стон.

Замерла на мгновение, привыкая, положила ладони ему на грудь и начала двигаться. Дракон честно позволил мне первые несколько движений задавать ритм, а потом сел, обхватил за талию и прижал к себе.

Лорен целовал жадно, удерживал меня за ягодицы и сам жадно проникал внутрь. А я и не сопротивлялась, цеплялась за его плечи и чувствовала, насколько более жадным он становился каждый раз, когда слышал мой голос.

Рейвен целовал, и между его губами и руками Лорена я окончательно перестала думать. И когда удовольствие снова начало нарастать, прижалась к Лорену крепче, забирая все, что могла.

Совершенно не желая больше останавливаться.

Глава 17. В которой ассасин…

До Тернового Лога мы добрались уже после полудня следующего дня. В нем ничего не успело непоправимо измениться, никакой катастрофы не случилось. Возле кухни сушились чистые банки, работники перебирали морковь, из кухни доносился голос Кассиана — они-то уехали ночью, оставив нас.

Я успела снять дорожный плащ, когда из-за сарая появилась Аграфена, увидела нас и понеслась через двор, расправив крылья.

Курица врезалась мне в ноги и сразу начала ходить вокруг, проверяя всех вернувшихся. Рейвен наклонился погладить ее, получил клювом по пальцам и отдернул руку.

— Ну… Мы тоже рады тебя видеть, чудовище.

Вышел из дома Кассиан, за ним — старший Рейн. Оба были без верхней одежды, рукава рубашек закатаны, только у отца на поясе уже висел клинок. Возле крыльца стояла его собранная сумка.

— Значит, все-таки уезжаете? — спросила.

— Я и без того задержался, дела при дворе не ждут. Знакомство с сельской жизнью считаем… веселым, — усмехнулся ассасин.

Кассиан фыркнул и скрестил руки на груди. Мирель показалась в дверях, но, увидев мужчин возле коня, остановилась на крыльце.

— Передай там, что возвращаться я не собираюсь. И что наследники тоже живы, раз уж все так волнуются. Я присмотрю за ними.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, но как будто сложно было уже изображать равнодушие. Старший Рейн перевел взгляд на открытые окна кухни, откуда доносились голоса и звон посуды.

— Мне не нравится, что ты отказался от дела, которому тебя учили много лет. Смириться мне с этим будет непросто… Но. Вчера ты был на своем месте, на это тоже не могу закрыть глаза.

Кассиан медленно разжал руки. Отец протянул ладонь и крепко сжал его плечо.

— Ты хороший повар, сын. И делай свою работу хорошо, раз выбрал ее сам, а остальное переживу.

Кассиан ничего не ответил, но отвел взгляд, на пару секунд потеряв вид серьезного и опасного ассасина. Все-таки, кем бы ты ни был, а слова родителей важны всегда… И то, что они приняли твой выбор — тоже.

Старший Рейн попрощался с нами, отдельно кивнул Мирель. Аграфена