Измена. Прощай, ненавижу тебя! - Вера Борисовна Анисимова

— Люба сказала, что ты беременна.

Черт подери.

— Да, мам, я беременна.

— Позволь помогать тебе.

— Что? — у меня отвисает челюсть.

— Помогать. Ну, с ребенком, — мама решается на крошечный шаг.

Я молчу. Я в растерянности.

— Маша, пожалуйста. Я знаю, как была неправа. Но это ребенок. Маленький малыш. Я буду помогать тебе. Обещаю.

— А что насчет Демида? Ты говорила вернуться к нему. Ты оскорбляла меня.

— Я приму любое твое решение. Хочешь возвращайся к нему, хочешь разводись. Хочешь можем уехать куда-нибудь. Переехать в другой город. На другой конец страны.

Заманчиво. Черт побери, это очень заманчиво. Но не с мамой, а вообще. Сбежать от них ото всех куда-нибудь подальше и растить ребенка. Ведь я не мама. Одна не буду. У меня будет ребенок.

Я поднимаюсь с кровати, но ничего не говорю.

— Маш, мне понятно твое молчание, — мама пятиться к двери. — Я пойду. Просто я всегда хотела, чтобы ты знала. Я всегда желала тебе лучшего.

Она трогает ручку, а я смотрю на нее и понимаю, что… Да Бог с ней. Я еще не приняла окончательного решения, как жить дальше. Но ненавидеть и презирать собственную мать всю оставшуюся жизнь я не хочу. Это как тянуть с собой повозку ненужных вещей.

— Мам, — зову я.

— Да, Маш, — в ее глазах отражается надежда.

— Иди сюда, — я простираю руку для объятий.

Мама чуть ли не подбегает ко мне. Мы обнимаемся. Знакомый аромат бьет в нос.

— Прости меня, Маша. Прости, пожалуйста, — она утыкается мне в грудь и начинает рыдать. — Прости, я всегда хотела тебе лучшего.

— Я знаю, — шепчу в ответ.

Я не могу простить ее. Не сейчас. Но я же не монстр, чтоб всю жизнь дуться на нее. Обижаться. Скоро у меня будет свой ребенок, и свои обязанности.

Я понимаю, что мама желала мне лучшего, но со своей точки зрения. Она никогда меня не понимала и не поймет. И кем же я буду, если буду всю жизнь держать на нее обиду? Кем? Я буду не лучше нее.

Надо уметь останавливаться.

— Прости меня, Маша. Прости, что я такая ужасная мать, — она продолжает рыдать.

— Ну-ну, хватит.

Мама отстраняется, смотрит в мое лицо и хватается за голову.

— Боже, я точно ужасная мать. Ты в больнице, беременная, а я прихожу к тебе плакать.

Наконец-то дошло.

— Давай я лучше тебе заварю твой любимый чай и покормлю запеканкой.

— Давай, — соглашаюсь я, стараясь не вспоминать прошлое, но и не делать поспешных выводов.

В конце концов, только время и поступки покажут поняли ли мама как неправильно себя вела или же продолжит также меня презирать.

В понедельник меня выписывают домой. За мной приезжает Демид. Он выглядит как всегда шикарно. Дорогой костюм идеально сидит по фигуре. Волосы зачесаны, борода подстрижена. Даже морщинки на лице придают ему дополнительный шарм.

Демид заходит в палату и заполоняет собой все пространство. Его парфюм будоражит меня, как и прежде.

Наверно, это привычка.

— Готова? — любезно интересуется он.

28

Я внимательно смотрю на Демида. Мне все еще не верится, что он выключил режим тирана и позволил мне выбирать.

— И к чему я должна быть готова?

Муж хмыкает.

— Куда тебя отвезти?

О как! Неужели спрашивает?

— На мою съемную квартиру.

На секунду на лице Демида проскальзывает разочарование и злость. Видимо, ждал, что после люксовой палаты и всей подаренной мне заботы, я побегу домой. Не дождется. У меня есть незавершенные дела, это раз. Второе, я еще не приняла окончательного решения как жить дальше.

Демид быстро берет себя в руки.

— Как скажешь, — бросает он, поднимая мои сумки и чемодан.

Не спорит? Неплохо. Мне нравится его поведение. Нравится, что нет никаких уговоров, шантажа и манипуляций.

По коридорам больницы мы идем так, будто между нами ничего не случилось. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Демид серьезен и продолжает проявлять заботу, каждый раз придерживаю для меня дверь или подавая руку. И это несмотря на вещи, которые ему приходится тащить.

Со стороны мы выглядим, как счастливая семейная пара. Никто и не догадывается, что между нами.

В машину садимся молча. Я смотрю в окно, Демид включает радио. Мы трогаемся с места под сообщения о последних новостях.

В воздухе висит напряжения. Кожей ощущаю, что муж хочет мне высказаться. У него явно нет никакого желания везти меня на съемную квартиру.

— Маш, а еще неизвестно кто? Мальчик или девочка?

Вопрос ввергает меня в ступор. Не ожидала, что он начнет спрашивать такое.

— Нет, пока срок еще маленький.

— Ясно. Думаю, будет девочка.

— Почему девочка? — удивляюсь я.

— Не знаю почему, — он пожимает плечами. — Наверно, потому что только девочка может переносить все это. Мальчик бы уже возмутился.

Я фыркаю, но его слова заставляют задуматься. Это такой комплимент нашему женскому роду?

— Я думала, ты хочешь мальчика.

— Мало ли чего я хочу.

До жути приятно слышать, как Демид признает, что его желания не на первом месте.

— Да, природа сама решит кто будет: мальчик или девочка.

— Уже решила.

Мы останавливаемся на светофоре, и Демид косится на мой живот. Замечаю, как его правая рука дергается. Он хочет коснуться меня. Я отворачиваюсь в ожидании фраз, напоминающих, что это и его ребенок тоже. Но Демид молчит.

— Ладно, в любом случае. Главное, чтоб здоровым был. Мальчик и девочка неважно.

Хорошо сказано.

Мы доезжаем до многоэтажки, где находится снятая мной квартира. Выгружаемся, и Демид помогает донести вещи.

Я волнуюсь, когда открываю дверь и прохожу внутрь. Хочется легкого расставания, а