Юлька в поисках любви - Мари Соль

— Спасибо, но... нет, — жму плечами.

И его понимающий взгляд напоследок скользит по губам.

Глава 19

Подрабатывать я начала в институте. Моё желание сепарироваться от родительской опеки выражалось в намерении им доказать, что я — платежеспособна. Это потом я уже осознала, что проблема имеет ещё и моральный аспект. Но тогда шла на сделку с совестью, и работала, где придётся.

Одной из таких подработок была роль помощницы в магазине стройматериалов. Взять на полную ставку меня не могли! Ведь я приходила к ним после учёбы, и помогала, чем могла. В мои задачи входило — следить за тем, как лежит товар на полках, не запылился ли он. А если так, то протирать с него пыль.

Именно там я и встретила Глеба. Он пришёл покупать плинтуса. Делал ремонт в своей новой квартире. А я протирала с них пыль.

— Извините, а вы не подскажите? — начал.

Я засмущалась. Мне было почти двадцать лет. И такие мужчины, как он, вводили меня в состояние ступора. Какие, такие? Красивые, очень уверенные в себе. Настоящие, в общем!

— Извините, но я не работаю здесь, — промямлила.

Он удивился:

— А! То есть вы пришли в магазин в качестве покупателя и решили вытереть пыль? Похвально!

Я ещё больше смутилась. А он продолжал:

— Или… Дайте-ка я угадаю? Вы хотите купить эту тряпку, но решили устроить тест-драйв?

Он рассмеялся. Беззлобно! Но я не нашлась, что ответить. Ощутила себя полной дурой. И поняла, что будет лучше — сбежать.

— Эй, куда же вы? Золушка? — прокричал он мне в спину.

А я затаилась среди образцов ванной плитки, и простояла там до тех пор, пока этот странный субъект не ушёл.

Зря я надеялась больше не встретить его! Он отыскал меня сам. Наведался снова, но уже с извинениями:

— Простите, я в прошлый раз вас обидел?

Я опять протирала пыль. Но уже с дверных ручек.

— Нет, всё в порядке, — сказала как можно спокойнее. Хотя дрожь пробирала до самых костей.

— Тогда…, - он обошёл створку межкомнатной двери и встал с другой стороны от неё. Постучал.

Я застыла.

— К-кто там? — бросила коротко. Походя в этот миг на того воробья из мультфильма!

— Это Глеб, а вы кто? — он приоткрыл дверь, и так забавно просунул в неё свою голову.

Я рассмеялась:

— Я Юля, — решила сказать.

С тех пор он стал приезжать регулярно. Иногда покупал что-нибудь. А однажды подвёз. И затем подвозил каждый вечер. Мотивируя тем, что негоже ходить по тёмным улицам одной. Хотя, улицы были не тёмные! А я была не одна, а в компании прочих девчонок. Те улыбались, завидуя мне.

Я и сама себе очень завидовала. Он был красивый и взрослый. На тринадцать лет старше меня. Подумать только! Ведь ему было столько же, сколько и мне, вот сейчас.

О том, что Глеб женат, я узнала ещё до того, как случилась интимная близость. Кстати, он был у меня самым первым. И даже сейчас, оглянувшись назад, я думаю, что лучше мужчины для первого опыта мне не найти.

— Моя супруга болеет, — сказал тяжело.

Мы сидели в машине. Он поставил её ближе к озеру. И свет фар освещал безмятежную водную гладь.

— А… чем? — осторожно спросила я.

Он помолчал. И я подумала взять свой вопрос обратно.

Но Глеб произнёс:

— Это опухоль головы. Она упала однажды, ударилась сильно. Лежала в коме. А когда пришла в себя, то сперва не узнала меня.

— Это ужасно, — ответила я, всей душой соболезнуя этому горю, — Но… это же лечится?

Он с горечью хмыкнул:

— Я тоже так думал! Но она появляется снова и снова. Растёт. И однажды, я думаю, станет неоперабельной.

— Господи, — только и сумела я выдавить.

Он взял мою руку и стиснул в своей:

— Я просто хочу, чтоб ты знала! Ты для меня, как глоток. Как дуновение ветра. Я так благодарен тебе.

Мне захотелось обнять его, просто, по-дружески. Но Глеб отодвинул панель, разделявшую наши сиденья. Уложил свою голову мне на колени:

— Юленька, Юль, — прошептал.

Мне показалось, он плачет. И я провела по тугим волосам. Ещё и ещё раз! Он успокоился, будто уснул. И тепло его тела проникло в меня…

Когда мы стали ближе, я думала, что исцеляю его. От немыслимой боли! Которую он испытывал рядом с женой. Не в силах помочь ей хоть чем-нибудь. Убегая из дома, чтобы только не чувствовать эту беспомощность, жалость к жене.

Так длилось три года. Мы спали не каждый день, нет! Иногда не общались подолгу. Он объяснял это тем, что жену положили в больницу. Он не бросал, он поддерживал. А я принимала, как должное, эту обязанность быть рядом с ней. Хотела ли я, чтобы он был всецело моим? Да! Хотела. Но не ценой чьей-то жизни.

Помню, как я размышляла, что однажды они её вылечат. Она пойдёт на поправку. И он снова вернётся в семью. Но семья — это там, где есть дети. А они не успели родить…

В тот день я работала после обеда. Расставляла по цвету горшки для цветов. Звонок на мобильный заставил отвлечься от дел. Номер был не знаком. Я ответила, думая, кто это?

— Алло!

— Добрый день! — прозвучал женский голос.

— Добрый день, — подтвердила.

— Вы — Юля?

— Да… я.

Женщина чуть помолчала:

— Я жена Глеба. Светлана.

Теперь замолчала и я.

— Только не говорите, что вы не знали, что он женат?

— Я…, - прошептала, — Я знаю. Но вы же… Вы?

— Что я? — усмехнулась она на том конце провода. Голос был бодр и здоров! По крайней мере, на первый взгляд. Точнее, слух…

— Он говорил мне, что вы… нездоровы.

— Так и есть, — ответила женщина, — Если можно считать нездоровьем беременность.

— Что? — я присела на полку, — Беременность?

— Да, — подтвердила она, — Наконец-то у нас получилось! И если до этого я закрывала глаза на интрижки Глеба, то отныне не стану. Теперь он не только мой муж, но и отец нашего сына. Надеюсь, у нас будет сын.

Я так и сидела, хватая ртом воздух. Ведь он говорил, что они только что из больницы. Что анализы в норме. И врачи обещают хороший прогноз… Мне так захотелось открыть ей глаза. Сказать, как жестоко он врал!

Только голос подвёл. Я шепнула:

— Простите.

— Охмуряйте свободных мужчин! — сказала она напоследок. И звонок завершился. А я продолжала сидеть между грунтом для пальм и