Выбор за тобой - Лина Мур

думать ни о ком, кроме себя. Но вернусь к своему возмущению тем, что ты моришь меня голодом. Чего ты хочешь этим добиться? Моей смерти? Так проще было оставить меня там. Зачем ты обманом заставил меня прийти сюда? Зачем, раз так сильно меня ненавидишь? – Тихо произношу я и, прислоняясь плечом к стене, смотрю в окно на кровавую огромную луну, так и не изменившую своего положения.

– Почему для вас намного важнее только те, кто имеет какую-то силу? Почему вы считаете, что имеете право мстить людям из-за каких-то событий, к которым лично я не имею никакого отношения? Зачем я тебе, Рэйг? Что с меня взять? Я не позволю тебе притронуться ко мне, да и уверена, что твои глаза замылены красотой невесты, раз ты уже простил её, а на мне злость только срывать будешь. Это безобразно и жестоко, потому что я предпочла бы умереть, чем знать о том, что вы все существуете на самом деле, а не являетесь киношным вымыслом. Да и, неужели, я мало пережила? Ты ведь понятия не имеешь о том, как мне было страшно и сейчас тоже страшно быть здесь, вдали от своей семьи, от парня, которого люблю, а меня заставили его ненавидеть. А я люблю его до сих пор, и мне так горько, оттого что эта стерва будет пользоваться моим телом и дотрагиваться до моего парня. Ты даже не задумался о том, что она натворит там, в моей жизни. Ведь у меня были планы, мечты и будущее, которое я хотела прожить. Вы лишили меня его… всего лишили, – уже плачу, жалея себя несчастную. Ну разве я не права? Разве всё это не именно так, как я сказала? Да ещё и голодом морят, чтобы наказать.

– Страху нет места в жизни, Эйрин, – вздрагиваю от грудного низкого голоса, раздающегося за спиной, и оборачиваюсь, замечая, что свечи снова погасли, и только два канделябра горят, а появившийся из воздуха демон стоит всего в паре шагов от меня.

– Страх притупляет все силы, лишает их и не позволяет защищать себя, – продолжает он.

– Лекции пришёл читать? Отправляйся туда, где был, уродец, – шиплю я, вытирая слёзы. Его глаза в темноте ярко вспыхивают яростью, отчего я сглатываю и шарахаюсь в сторону.

– Не смей, – угрожающе выставляю палец вперёд, и только бы не разреветься от ужаса предстоящей расправы. – Не смей меня бить, понял? Не смей поднимать на меня руку из-за того, что тебя бросили! Любая бы тебя бросила из-за твоего поведения и жестокости! И я не твоя груша для битья, не рабыня и не твоя невеста, чтобы ты такое делал! Не смей подходить ко мне, жуткий насильник! Лучше смерть, чем видеть тебя!

– Что ж, раз так, то умирай от голода! А я же решил быть понимающим, войти в твоё положение и принёс тебе плотный обед, наглая фурия земная! – Рычит он так громко, что стёкла трещат, а я закрываю руками уши, сотрясаясь, от ужасного, низкого и пугающего силой голоса.

Он исчезает так же внезапно, как и появился, оставляя меня одну.

– Ты не имеешь права! – Кричу, обиженно хлюпая носом. – Не имеешь права так со мной обращаться! Ненавижу тебя, козёл эгоистичный! Ненавижу! Желаю, чтобы твоя невеста тоже подохла, и ты вечно горевал о том, что никто и никогда тебя не полюбит! Тебя любить невозможно, потому что ты отвратительный ублюдок! Желаю тебе влюбиться ещё сильнее в ту, которая никогда не ответит взаимностью, в неверную! Желаю тебе любить ту единственную так сильно, что это будет причинять боль, но она никогда тебя не выберет! Ты будешь вечно один! Вечно! Проклинаю твою жизнь и твой род! Проклинаю тебя на боль и страшные муки! Проклинаю тебя!

Задыхаюсь и сглатываю, ноги подкашиваются, и я падаю на пол, судорожно всхлипывая и ощущая такую слабость, что не могу даже дышать нормально. Не в силах подняться. Не в силах открыть глаза. Не в силах жить.

– Она прокляла меня! – Где-то очень далеко слышу разъярённый знакомый голос.

– Сир, прошу вас, успокойтесь. У неё нет на это никаких способностей, это лишь слова. Прошу вас, сир, глупости не делайте, – мягкий и тоже знакомый старческий голос появляется надо мной, а я хриплю, стараясь насытить тело кислородом. Не могу… как больно…

– Эта ведьма прокляла меня! Я сожгу её немедленно!

– Падрэйг, успокойся, заклинаю тебя именем твоего отца. Успокойся, посмотри на эту маленькую и глупую девчонку, ей страшно, она сильно напугана и голодна. Она зла, обижена, и у неё есть право вести себя так, а ты лишь масла в огонь подливаешь. Она погибнет, и что тогда? Ты подумал о том, что будет дальше?

Меня кто-то грубо хватает за волосы и приподнимает.

– Немедленно забери свои слова обратно! Немедленно сними с меня проклятье! – Дёргаюсь и слабо приоткрываю глаза, смотря в кипящий алый огонь ненависти.

– Никогда… – из последних сил шепчу я.

– Племянник, это слова, только слова. Они не несут за собой никакого проклятья, – раздаётся тот же приятный голос мужчины постарше. Но самое странное то, что от силы взгляда самого Рэйга я ощущаю приток невероятно мощной энергии, вливающейся в моё тело и заставляющей бороться за себя и свою жизнь. Голова не шумит. Тело не так слабо, как было раньше.

– Я хочу, чтобы тебе было так же больно, как мне сейчас. Я хочу, чтобы ты испытал тот же страх, какой наслал на меня, – говорю, слыша, как мой голос становится уверенней, а парень отпускает мою голову, отскакивая от меня. И я могу подняться на ноги и со всей бушующей во мне злостью смотреть в его глаза.

– Эйрин, остановитесь…

– Я хочу, чтобы ты мучился неизвестностью так же, как и я. Я хочу, чтобы ты лишился всех своих сил и понял, каково это – быть одиноким среди других. Я хочу, чтобы ты не желал жить из-за боли в твоём чёрном чёрством сердце…

– Эйрин! Хватит!

– Я хочу, чтобы ты познакомился с самыми жуткими проклятьями, такими, как любовь и ответная ненависть. Я хочу, чтобы ты потерял всё и раскаялся в каждом ударе, который совершил. Я хочу, чтобы ты умер внутри, исчерпав всю возможность на дальнейшую жизнь. Я хочу, чтобы ты встретился с самым опасным врагом, и он тебя поразил в самое сердце. Я хочу, чтобы ты пал на колени и окропил слезами боли эту землю. Я хочу, чтобы ты был наказан за всё то, что сотворил со мной, – не понимаю, откуда появляются эти слова, но верю в них, наступая в темноте на демона, но сквозь чёрную дымку его я вижу очень отчётливо. Остаёмся только он и я, указывающая на него пальцем и шипящая свои слова.

Тишина. Абсолютная тишина, в которой моё сердце бьётся чётко и ровно, мгла рассеивается, а комната возвращается в поле моего зрения одновременно с ярким свечением огней. Они так сильно полыхают, что пламя от них вот-вот перекинется на стены, но медленно угасают, приходя своё обычное состояние. Не понимаю, что произошло. Не понимаю, откуда во мне столько ненависти и боли. Не понимаю, почему меня ещё не убили. Не понимаю, почему я ещё не умерла от слабости и голода. Я полна сил и энергии. Я полна жизни и желания бороться за неё.

– Исчезни, – смотря в мои глаза, шипит Рэйг.

– С удовольствием, дорогу только подскажи, – огрызаюсь я.

– Сир…

– Исчезни, я сказал, – демон поднимает руку, и сбоку от меня что-то резко вспыхивает, отчего я сдавленно вскрикиваю и вижу пожилого человека, сгорающего в алом огне и испаряющегося в воздухе.

Возвращаю своё внимание на Рэйга, медленно приближающегося ко мне. Не буду показывать ему свой страх. Плевать на то, что он может, и сколько в нём силы. Плевать, что он здесь самый могущественный и опасный. Плевать, я гордо приподнимаю подбородок и не позволю ему заставить меня отвести взгляд от расплавленной золотой крови в его глазах.

– Есть что ещё сказать мне или снова расплачешься? – Едко шипит он, останавливаясь напротив меня слишком близко, и я вдыхаю горячий аромат смеси табака и горечи.

– Дай пару минут, и придумаю ещё больше, – так же отвечаю ему.

– Ты