Рождество по чужому рецепту - Синди Лу

Неужели Итан рассказал ему? Нет, он не мог. О портфолио знали ещё Грейвс и несколько учителей. Возможно, Вэнс просто навёл справки обо мне. Он же подослал аудитора к Хансенам — так что ему мешало узнать об академии?

— Слухи в Холли-Спрингс разлетаются быстро, — я вздёрнула подбородок, стараясь выглядеть куда увереннее, чем себя чувствовала. — Но не беспокойтесь за моё портфолио. Лучше переживайте за то, что сегодня вам придётся готовить изнастоящих продуктов. Наверняка вы забыли, как это делается.

Вэнс тихо рассмеялся. Затем вдруг сделал шаг ко мне, оказавшись почти вплотную, и наклонился. Я замерла, представляя, что последствия, если я оттолкну его. Будет ли это считаться нападением? Сейчас отцу не до моих вспышек агрессии.

— Вкусные духи, — произнёс он почти ласково. — Удивительно. Я мог бы поклясться, что вчера вечером в моём кабинете пахло точно так же. Хотя там, разумеется, никого не было... Или кто-то всё-таки был?

Меня словно окатило холодной водой. Он знает. Господи, он знает, что я пряталась в шкафу. В горле возник ком, я попыталась сказать хоть что-нибудь, но не смогла произнести ни слова.

Вэнс удовлетворенно хмыкнул, явно наслаждаясь моей паникой, и чуть понизил голос:

— Знаете, Хлоя, Итан куда разговорчивее, чем кажется на первый взгляд. Удивительно, сколько интересных деталей можно узнать от человека, если предложить ему правильную сделку.

Мой мозг отказывался в это верить, но перед глазами тут же вспыхнула недавняя сцена с Вэнсом и Итаном.

— Если вам мерещатся старшеклассницы, возможно, вам стоит сходить к психиатру и поговорить о ваших наклонностях, — немного невпопад выпалила я, и мой голос, на удивление, звучал уверенно.

Улыбка Вэнса дрогнула, и его маска дружелюбия дала трещину. Он уже открыл рот, чтобы что-то ответить, но слева от меня послышался недовольный голос:

— Джулиан.

Менее чем в метре от меня стоял мистер Хансен, а я даже не заметила, как он подошёл. Он скрестил руки на груди и смотрел на Вэнса с таким презрением, от которого мне почему-то стало спокойнее. Вэнс отступил от меня на шаг и вернул на лицо свою ослепительную улыбку.

— Ларс…

— Хлоя, — заговорил со мной мистер Хансен, как будто Вэнса тут и не было. — Мэр просит всех участников пройти в зал. Твой отец наверняка тебя заждался. Пойдём.

Я моргнула. Ларс Хансен, за тринадцать лет не сказавший мне ни слова, только что пришел мне на помощь?

Он сделал короткий жест в сторону входа. Я быстро обогнула Вэнса и скользнула внутрь, а мистер Хансен остался снаружи.

В холле уже было полно людей, и я радовалась тому, что могла спокойно перевести дух, не боясь, что кто-то обратит на меня внимание. Руки дрожали, в груди неприятно тянуло от мыслей о том, что Итан предал меня.

Даже если про портфолио рассказал не он, как Вэнс узнал о проникновении в кабинет? Итан же сказал, что камеры не работают. Да и если бы они работали, Вэнс бы не ограничился простыми словами.

Доказательств у него не было. Зато были догадки или чьи-то слова.

Я прислонилась к стене у двери и увидела маму, пробирающуюся ко мне сквозь толпу. Выдохнула, натянула улыбку и сделала шаг к ней.

По одной проблеме за раз. Сначала я должна выиграть конкурс.

Глава 25

Мама пробралась ко мне сквозь толпу организаторов и зрителей. Стоило ей увидеть моё лицо, как её улыбка погасла.

— Хлоя, ты такая бледная. — Она взяла мои руки в свои тёплые ладони и легонько сжала их. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Да, мам, просто немного нервничаю.

— Ты же знаешь, что жизнь на этом конкурсе не заканчивается?

— Но грант…

— Даже если не получим грант, мы справимся. Придумаем что-нибудь. Твоё состояние важнее любого ресторана. Хоть папа и носится с этим конкурсом, но он тоже так считает. Поняла?

Я опустила глаза, но чувствовала пристальный взгляд мамы и кивнула. Из-за её спины тут же вынырнул папа. Не знаю, слышал ли он что-то из нашего разговора, но приобнял меня за плечи и негромко заговорил:

— Tesoro, не волнуйся. Забудь про жюри. Просто готовь так, как делаешь это для нас дома.

— Напевая дурацкие песни в пижаме? Ты уверен, что хочешь этого, пап?

Отец засмеялся и поцеловал меня в макушку.

— Пойдём. Грэйвс уже звал всех участников.

Мне стало немного легче после слов мамы, но груз ответственности никуда не делся. Это не простой школьный конкурс, где Хлоя просто Хлоя. Я представляю нашу тратторию, и мне как минимум нужно не опозориться. Как максимум — не дать нам разориться на радость Вэнсу.

За кулисами уже собрались все участники, и, когда мы с родителями подошли, я негромко поздоровалась с мистером и миссис Уилсон, отчаянно стараясь не смотреть в сторону Итана.

— Доброе утро, миссис Моретти, — произнёс тот, и я вздрогнула. Да как он смеет говорить с ней после того, как выдал меня Вэнсу? И отца моего совсем не боится!

— Доброе утро, Итан.

Раздалось несколько хлопков, и все мы обернулись на звук. Подошёл мистер Грэйвс.

— Рад всех вас здесь видеть! Или почти всех, — он остановил взгляд на отце. — Прошу всех, кто не участвует в конкурсе, удалиться. Вы отвлекаете участников.

— Всего лишь хотел убедиться, что в этот раз у моей дочери будет отдельный стол, — ощетинился он. — Мы уже уходим.

— Совместный стол не так страшен, как фрикаделька, попавшая в мэра, — проворчал Грэйвс вслед родителям, которые поцеловали меня на прощание и ушли.

Я уставилась себе под ноги, совершенно не слушая инструкции Грэйвса. Как и две недели назад, да и всю жизнь, я остро ощущала присутствие Итана. Несмотря на то, что он был в паре метров, это расстояние казалось слишком близким. И если две недели назад это раздражало, то сейчас становилось невыносимым, потому что в голову лезли мысли о поцелуях с ним, о его руках, о том, каким он может быть заботливым, когда хочет…

Когда притворяется.

Мне не хотелось разгадывать загадку Итана Хансена — притворялся он всё время или только частично? Был искренен, но потом польстился на сладкие речи Вэнса или вообще случайно проговорился обо мне? Сейчас нужно было сосредоточиться на конкурсе.

— Ты в порядке? — я вздрогнула от знакомого голоса. Совсем не заметила, как ко мне подошёл Итан. Все остальные куда-то ушли, и мы остались наедине.

— А тебе-то какое дело? — резко бросила я, и у меня внутри что-то защемило от этих слов. Я знала, что Итан их заслужил, но мне всё равно было больно.