Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— И ты считаешь, что сможешь побороть это? Побороть желанию подчиниться зову природы и трахаться с едва знакомыми девушками!

— Конечно! Будь у меня постоянная девушка или жена, то я бы занимался сексом с ней. Я трахаюсь с другими, потому что у меня никого нет. А вести себя как девственница, которая отдастся мужику только после свадьбы, я не хочу и не буду.

— Но ты же прекрасно понимаешь, что тебе будет трудно избавиться от прежних привычек. Глазенки все равно будут останавливаться на любой короткой юбке, а твоей девушке это может не понравиться.

— Понимаю, но скажу тебе по секрету, что я уже давно не ходил по всяким стриптиз-клубам и засосывал бабки в стринги девок. Все мои мысли заняты только лишь Блер. Я не могу трахать кого-то, думая о твоей служанке.

— Образумился, значит? — усмехается Терренс.

— Возможно, — пожимает плечами Бенджамин. — Но не думай, что мне это нравилось! Нет, я вообще никогда не стремился быть кобелем, который получал бы лещей ото всех своих бывших, ловящие меня на измене. Мне всегда нравились противоположные девочки: умные, милые, порядочные и скромные. А твоя служанка идеально подходит под мой вкус. И поговорить есть о чем, и красотой не обделена, и ведет себя как настоящая нежная женственная девочка.

— Значит, теперь ты позиционируешь себя как любителя пай-девочек?

— Я всегда им был. Просто… Против природы не попрешь… Ну… Если уж никого трахнуть, то можно и помастурбировать в туалете…

— Ладно… — Терренс слегка хмурится. — И ты хочешь, чтобы я сказал тебе, что делать?

— Было бы неплохо. Ведь у тебя достаточно опыта в делах сердечных. Конечно, зная то, как нагло ты приставал к Кэмерон на первой же встрече, мне стоило бы воздержаться. Тем не менее я думаю, что ты не станешь советовать своему лучшему другу нагло лапать девчонку и прижимать ее к стене с желанием поцеловать и оттрахать.

— А чего это я должен учить тебя? — по-доброму ухмыляется Терренс. — Ты уже не маленький мальчик, а взрослый мужик! О девушках знаешь едва ли не больше, чем обо всех алкогольных напитках.

— Знаю, но я могу рассказать тебе только про секс, позы, прелюдии, мастурбацию и всякое такое. А вот в делах душевных я бездарен. У меня постоянных девушек практически не было: встречался с кем-то максимум месяц и потом расставался с ними.

— Брось, Паркер, не надо косить под дурачка. Твой любовный стаж намного больше моего, ибо ты начал охмурять девчонок буквально с пеленок.

— А ты типа нет? Да, может быть ты не трахался со всеми подряд и был избирательным. Выбирал только самых сексапильных и горячих цыпочек. Но опыта у тебя ничуть не меньше.

— Хорошо, и что ты от меня хочешь? Чего я должен тебе посоветовать?

— Сказать, что делать! Маленький совет от лучшего друга был бы для меня очень кстати. Я реально растерян и не знаю, как мне поступить. Посоветуй мне что-нибудь, чувак, помоги мне выпутаться из этой ситуации!

— Ну а рассказать Блер о своих чувствах ты не хочешь? А? Не думал об этом?

— Я боюсь рассказывать, — неуверенно признается Бенджамин.

— Почему? Боишься, что Блер тебя отвергнет?

— Именно! Что если ей вообще не хочется ни с кем встречаться? Что если я ей неинтересен? А что если мое общество ее тяготит, и она общается со мной только из вежливости?

— И что, ты собираешься трусить до тех пор, пока ее не заберет кто-то другой? Если хочешь заполучить ее, то надо действовать быстро.

— Знаю, но мне страшно… Страшно признаваться ей, что я испытываю к ней симпатию.

— И как давно ты это понял?

— Ну… Вообще-то, Блер понравилась мне после того, как увидел ее в тот день, когда она открыла мне дверь. Когда я пришел к тебе мириться.

— А до этого типа не замечал?

— Так уж получилось! Со мной всегда говорили только Виолетта или Кристиана, а вот Блер тогда открыла мне дверь и проводила в гостиную в первый раз.

— Ладно… И когда конкретно ты начал испытывать к ней симпатию?

— Где-то несколько недель назад… Именно тогда я начал ловить себя на мысли, что эта девушка очень нравится мне. Что я могу часами думать о ней… На работе я часто углубляюсь в свои мысли и думаю о ней. Только лишь голос клиента, возмущенного начальника или ржущих напарников возвращает меня в реальность.

— Говоришь, много думаешь о ней?

— Очень много, — кивает Бенджамин. — Целый день пройдет, и я не замечу этого…

— Ну что ж, парень, поздравляю ! — с тихой ухмылкой хлопает в ладони Терренс. — Ты пополнил ряды влюбленных мужиков! А точнее, список моих друзей и близких, влюбленных в каких-то девушек!

— И чего ты опять ржешь? — хмуро бросает Бенджамин.

— Я ржу? — широко распахивает глаза Терренс. — Да ты что, Бен! Как ты можешь такое говорить!

— Тебе вот смешно, Терренс, а мне, знаешь, не очень, — скрещивает руки на груди Бенджамин. — Я тут не знаю, что мне делать, а ты сидишь и издеваешься надо мной. Да, МакКлайф, ты – просто охренительный дружбан!

— Эй, да не издеваюсь я!

— Я понимаю, сам ты не боялся откровенно заявлять Ракель, что хочешь трахнуть ее. Ты не дрожал как пугливый зайчик и напрочь забыл о том, что с девушками так себя не ведут. Но я, твою мать, не хочу вести себя также.

— Я лишь хочу поддержать тебя! Подбодрить и помочь!

— Хочешь поддержать и помочь – скажи, что мне делать.

— Для начала расскажи обо всем Блер. Ну или просто намекни ей на свои чувства.

— Что? Ты смеешься?

— Это жизнь, парень. Хочешь получить что-нибудь – надо бороться, а не сидеть с поджатыми лапками и надеяться, что все само наладится и решится.

— Чтобы у меня началась депрессия от неразделенной любви? — Бенджамин громко ухмыляется. —