Приговор - Дж. Си. МакКензи

некурящей, Рейвен не получала таких же льгот на работе. Думаю, у неё была ещё одна любимая мозоль, которую нужно было добавить в её растущий список.

Рейвен составила списки для всего. Одно время она считала свою привычку странной чертой характера, не зависящей от её семьи, но, узнав, что её биологический отец был объединённой человеческой формой Хугинна и Мунина, воронов Одина, она не была так уверена. В конце концов, птицы олицетворяли мысль и память. А составление списков помогало ей что-то запоминать и приводило в порядок мысли. Но у неё не было времени вникать в последствия своего биологического происхождения.

— Спасибо. — Сьюзи пошевелила пальцами и вытащила пачку сигарет из передника по пути к заднему выходу.

Сволочь. Может быть, Рейвен стоит начать курить, чтобы сделать дополнительный перерыв или два. Она всё ещё не оправилась после тренировки с Коулом. В конце изнурительного пятичасового урока она не приблизилась ни к созданию портала, ни к определению истинных чувств Коула к ней. Ей нужно было немного дополнительного времени для размышлений и отдыха. Прижимание косы по ночам только переносило её так далеко.

Она вытерла лоб предплечьем покрытым слоем жира, схватила два меню и направилась к паре, которая выбрала кабинку в дальнем конце зала.

Первое свидание. И неловкость, если судить по языку тела.

Рейвен положила меню в пластиковой обложке на недавно вымытую поверхность стола и перечислила специальные предложения и особенности. Пара попросила воды и времени, и Рейвен оставила их наедине с их высокопарной беседой.

Майк сказал ранее, что у него есть кое-какая информация, но у них не было возможности поговорить наедине без Сьюзи. После проверки других столиков и выполнив несколько заказов, она зашла за стойку и заглянула в кухонное служебное окно. Майк был занят переворачиванием гамбургеров, по его лицу струился пот. Его гипс стал бежевым. Рейвен открыла рот, чтобы расспросить его о подробностях, но задняя дверь на другой стороне кухни открылась. Рейвен закрыла рот.

Несколько минут спустя Сьюзи зашаркала в зону для персонала, затягивая прохладный воздух снаружи. Сигаретный дым прилип к её одежде и клубился вокруг неё. Сьюзи поправила фартук на своей толстой талии. Тонкие, жидкие волосы создавали ореол завитков вокруг её висков.

Рейвен не особенно нравилась Сьюзи. Что-то всегда действовало ей на нервы, но она не могла точно определить, что именно. Перекуры были лишь дополнительным раздражением.

— Спасибо, куколка. Какие-нибудь проблемы? — спросила Сьюзи.

— Нет. У тебя еще один стол. Я принесла им воду и меню, но им понадобилось больше времени, когда я проверяла их.

Сьюзи вытянула шею, чтобы оглядеть других посетителей.

— Первое свидание?

— Определённо.

— Всё идёт хорошо?

— Не совсем.

— Отстой.

Майк подвинул две тарелки к кухонному окну и оставил их под сигнальными лампами.

— Твой десятый столик свободен, Сьюзи.

— Спасибо, милый.

Майк нахмурился. Он ненавидел ласковые слова и думал, что Сьюзи обзывала его, чтобы вывести из себя.

Честно говоря, пожилая женщина, вероятно, ничего не могла с собой поделать. Она всех как-то называла.

— Хорошо, хорошо, мы с Майком собираемся на перерыв. Прикроешь меня? — сказала Рейвен.

Сьюзи развернулась с открытым ртом и отвисшей челюстью.

— Ты уже брала свои пятнадцать минут.

— Да, мне просто нужен быстрый перерыв для некурящих. Мы вернёмся через секунду. Крикни, если я получу новый столик в своей секции.

Рейвен обошла кухню и схватила Майка за руку. Она взглянула на Сьюзи с другой стороны служебного окна. Она стояла в той же позе, всё ещё разинув рот.

— Спасибо! — Рейвен сохранила бодрость в голосе и потянула Майка за руку.

Он усмехнулся и последовал за ней в заднюю часть. Она толкнула тяжёлую бронированную дверь, и в комнату ворвалось ещё больше прохладного воздуха. Она приветствовала укус в воздухе.

Вздох Майка позади неё граничил со стоном.

Они сели на верхнюю ступеньку. Если бы было олимпийское соревнование по синхронному сидению во время вздоха, они бы выиграли.

— Не то чтобы мне не нравилась идея перерыва на перекур, ты уверена, что разумно злить Сьюзи?

— Это Сьюзи, — сказала она.

— Ты знаешь, что она трахается с Дэном, верно?

— Фу! — Всё её тело съёжилось от внезапного видения, пронёсшегося в её мозгу. — С каких это пор?

Майк наклонился вперёд и положил руки на колени. Свет охранной системы сверху отражался от его кухонного белого в тёмном переулке и делал её брата похожим на какого-то спустившегося ангела.

— Не уверен, но если тебе интересно, почему её не уволили за то, что она угощалась крабовыми пирогами, теперь ты знаешь.

— Теперь я знаю… — Рейвен вздрогнула.

— Потому что она отдала свой крабовый пирог…

Рейвен подняла руку, чтобы он остановился.

— Пожалуйста, не надо.

Широкая улыбка расплылась на его лице.

Ублюдок Банши. Если она быстро не отвлечёт его, он никогда не остановится.

— Ты сказал, что хочешь мне что-то рассказать?

Майк кивнул головой и вытащил свой телефон из заднего кармана.

— Я искал для тебя чёрную шпинель, так как знаю, что ты была слишком занята, чтобы искать в Интернете.

Был ли это сарказм? С Майком иногда трудно сказать наверняка. Он мог бы отправить информацию по электронной почте, поэтому он хотел придать ей театральности. Прекрасно.

Майк прочистил горло и прочитал заметки на своём телефоне. Освещённый экран осветил его лицо в тёмном переулке.

— Чёрная шпинель — это единственный преломляющий камень, который ценится за его естественное состояние. Хотя этот минерал редок и набирает популярность, он относительно доступный по цене.

— Что, чёрт возьми, означает «относительно доступный»?

Майк пожал плечами.

— Согласно сайтам онлайн-аукционов, где-то от десяти долларов до десяти тысяч.

Они замолчали, оба уставившись на кирпичную стену здания через переулок.

— Может быть, мне стоит его оценить?

— Я бы не доверил троллям таинственный драгоценный камень, подаренный тебе каким-то случайным посетителем.

Хороший довод.

— Должны ли мы вернуться? — Рейвен нарушила молчание. Осенний воздух охладил её.

— Возможно. Я бы не стал отрицать, что Сьюзи крала чаевые в дополнение к крабовым пирогам.

— Не мог бы ты, пожалуйста, перестать говорить «крабовые пироги»? Это вызывает травмирующие ассоциации.

Майк вскочил на ноги и рывком распахнул дверь.

— Отлично. Нет никакой необходимости раздражаться по этому поводу.

Рейвен поднялась на ноги и последовала за ним. Тёплый воздух, наполненный сильным запахом жирного мяса и картофеля фри, ударил ей в лицо.

— Ты ужасен.

— Ты любишь меня.

Рейвен открыла рот, а затем снова закрыла его. Он не ошибся.

— Похоже люди говорят правду.

— О чём?

— Ты можешь выбирать своих друзей, но не можешь выбирать семью.

Майк разразился лающим смехом, в его взгляде мелькнула озорная