Украденная невеста для бандита - Иман Кальби

— Расслабься, Фатя… — шипит. Застывает. Прикрывает глаза в блаженстве, — как долго я этого ждал…

Я глажу его по спине. Привыкаю к новым ощущениям.

Он начинает двигаться медленно и размеренно. Дает мне возможность привыкнуть к странному чувству наполненности и растянутости. Даже не знала, что мой организм может испытывать такие ощущения. Это нечто сокровенное, интимное, удивительное и пока необъятное для того, чтобы понять полностью…

— Марат… — пораженно говорю, чувствуя, как с каждым его толчком, все более размашистым, смелым и решительным, мне становится все приятнее.

Болезненная чувствительность никуда не делась, но к этому ощущению добавился такой сложный букет чего-то нового, удивительного.

Наши губы снова встречаются. Мы жадно целуемся, исследуя языками друг друга. Его руки везде. А сам он- в моем сердце…

Я крепко сжимаю его в своих объятиях. Громко всхлипываю.

Чувствую, как внутри что-то зреет и напрягается, а потом…

Перед глазами вспышка. Тело словно подхватывает и подбрасывает. Упоительно тепло. Упоительно хорошо. Это счастье, радость, близость. Это Он…

— Я люблю тебя, Марат, — шепчу я, чувствуя, как в уголках глаз появляются слезы.

Марат тоже начинает трястись и стонать. Запрокидывает голову, крепко сжимает мои бедра. В нем сейчас сосредоточена такая красота и сила- взгляд не могу отвести.

Когда экстаз его немного отпускает, он снова переводит на меня глаза.

— Знала бы ты, как я тебя люблю, Фатя… Всегда… Только ты…

Глава 28

Ночь прошла беспокойно. Слишком много ощущений, слишком новая я, чтобы спокойно взять и заснуть.

А он наоборот, вырубился почти сразу. У мужчин все это как-то по-другому устроено. Не так, как у нас… Видела, как он расслабился, как счастлив- искренне, неподдельно- и невольно залюбовалась им, крепко прижавшим меня к себе… Так и заснувшим…

Мы впервые спали вместе. Это было странно, удивительно, ново…

Ну, как спали. Я не спала, конечно. То и дело проваливалась в беспокойный полусон- то и дело просыпалась…

Когда увидела, как в большом панорамном окне занимается день, встала аккуратно, чтобы его не потревожить. Мое платье осталось валяться в кабинете на полу. Искать его сейчас самой, голышом бегая по квартире, показалось дурацкой затеей. Лучше пусть Марат покажет мне квартиру сам, так будет правильнее.

Взяла с дивана плед, обмоталась им. Увидела, какой потрясающий вид открывается с террасы, примыкающей к нашей спальне… Нашей спальне… Как звучит…

Все-таки рассвет- самое красивое время суток. Стоять и смотреть на то, как медленно встает солнце над морем- одно из самых завораживающих зрелищ. Такие моменты запоминаешь навсегда… Я помнила первый встреченный мною рассвет- это было в тот день, когда мы впервые поцеловались с Маратом, когда я вообще впервые поцеловалась. Не могла заснуть всю ночь. Под утро точно так же вышла на балкон и смотрела на зарождающийся день, мечтала о нас… Потом был рассвет после выпускного- и я снова мечтала о Марате, упорно напоминающем о себе… Я запомнила свои мысли, эмоции, чувства на всю жизнь. И точно знала- что этот рассвет тоже запомню навсегда…

Вышла на просторную веранду и вдохнула полной грудью упоительный морской воздух — запах свежести и надежды… Так теперь пахла моя жизнь…

Ужасно захотелось кофе. Между ног тянуло, но я не чувствовала себя как-то неправильно, ни о чем не сожалела. Просто именно сейчас, наконец, осознала, что случился переход в моей жизни, что все поменялось. Я повзрослела.

Решила все-таки отыскать кухню.

Керамический пол слегка холодный. Иду на цыпочках. Сразу нахожу просторное помещение, больше подходящее для работы шеф-повара, а не обычной домохозяйки. Здесь мраморный остров, обилие шкафов от пола до потолка, кофемашина. Шикарный интерьер, только опять же, как идеальная рамка. Эта квартира требует наполнения жизнью- и я мысленно уже фантазирую, что я здесь сделаю, как под себя обустрою. Теперь мне хочется об этом думать, хочется мечтать…

— Мне тоже, — слышу Его хриплое в спину через монотонный гул кофемашины, неловко оборачиваюсь на дверь.

Марат в домашних штанах. Голый торс, идеальный, спортивный, заставляет сначала задержать на себе внимание, а потом робко опустить глаза в смущении.

Подходит ко мне. Чувствую мужской запах. Запах, от которого внутри все поджимается.

Все еще не могу поднять на него глаза. Только лишь мимолетом замечаю на его плечах следы своих ногтей.

Марат берет мое лицо за подбородок.

— Ты как? — шепчет и нежно касается губ.

— Хорошо, — улыбаюсь робко в ответ.

Глубоко выдыхает, прижимаясь ко мне. Чувствую, как сильно бьется его сердце, как тяжелеет дыхание…

Берет за шею под голову и снова направляет мое лицо на себя.

Сначала долго-долго пьяно смотрит. Грудь рвано колышется в такт дыханию.

— Хочу тебя… — хриплое и страстное…

Я на мгновение паникую, но тут же беру себя в руки. Больнее, чем было, уже не будет. К тому же он даже вчера сделал мне очень- очень приятно, хотя девочки говорили, что в первый раз такое почти невозможно…

Взгляд Марата чернеет, когда он развязывает узел на моей груди и откидывает плед на пол.

Быстро, порывисто разворачивает к себе спиной. Не грубо, но требовательно проводит по пояснице и придавливает корпус к холодной поверхности острова.

Мои кости на бедрах вжимаются в камень. Грудь холодит. Но внутри снова пожар. Между ног горит сильнее всего. И хочется, и больно…

Чувствую горячий язык на шее, лопатках, позвоночнике.

Сильные руки впиваются в ткань бедер.

Я суетливо кручу головой. Что он собрался делать? Как? Не понимаю…

— Тише, успокойся… — гладит по спине, но я чувствую вибрирующее в нем нетерпение, — я тебе покажу, что можно по-разному… Тебе понравится…

Марат дергает штаны, расставляет моей рукой мои ноги шире.

— Расслабься, Фатя… Просто не зажимайся… — инструктирует сиплым голосом то ли ото сна, то ли от возбуждения.

Стараюсь сделать так, как он говорит, но получается плохо. В такой позе, когда я не вижу его, мне тяжелее настроиться.

Его уже не остановить, но я и не останавливаю. Мне стыдно за свою неопытность… Пусть это нелепо в моем случае, но… Хочу доставить ему удовольствие, не хочу быть хуже тех, кто был… Более опытные, умелые, искушенные…

Резкий болезненный толчок. Снова подступившие к глазам слезы. Все равно очень больно… Очень.

Он снова глубоко во мне и снова замирает, слегка подрагивая всем телом…

— Нереальный кайф, Фатя… Это просто пздц как кайфово…

Глубоко дышу, пытаясь справиться с напряженностью в теле, от которого еще сильнее обостряются все болезненные рецепторы.

— Расслабься и привыкай, — шепчет и целует нежно спину, — я слишком