Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2 - Мартиша Риш

Что было бы, если бы он вчера цапнул-таки ту баронессу? Может, он бы ее убил? Я воочию представила клыки упыря, смыкающиеся на чужом горле, на горле красивой, знатной девицы. Ее смутный восторг, ведь она же подпустила так изумительно близко чужого, женатого к тому же, мужчину, оттенок страха в ее глазах, острый стыд от того, что она теперь кажется себе самой доверчивой идиоткой. И в довершение — самодовольная ухмылка моего мужа.

Жажду он испытал! Крови чужой решил напиться. Не моей собственной, а крови какой-то там неизвестной девицы! И у меня разрешения не спросил. Ревность ударила в голову, опьянила, всколыхнула что-то неизведанное в груди. Ревность и страх. Страх за ту глупую девицу, что польстилась на обаяние Оскара, страх за себя и за то, что все в одночасье может рухнуть. Я же не знаю, на что на самом деле способен мой муж. И даже представить себе не могу. Один глоток крови — это не так уж и много. Я же не умерла, даже слабости не почувствовала ни вчера, ни сегодня. Но что, если упырь не остановится? Выпьет из меня всю кровь до самой последней капли? Тогда-то что будет? Или не из меня. И хватит ли ему вообще силы остановиться? Как плохо, когда не знаешь, чего ждать, нет книги, чтобы прочесть и даже нельзя найти информацию в интернете. Чувствуешь себя мышью, которая подгрызает кусок ароматного сыра, не подозревая о том, что сама она в этот момент находится в мышеловке и та в любой момент может оборвать ее глупую жизнь.

— Как Анджел, вы подружились?

— Ага. Ночь мы провели все вместе, мам, — смущенно произнесла дочь. Я подавилась куском творожного пирога, который только что успела засунуть в рот.

— Что⁈

— Мне понравилось. Он такой ласковый, чуткий. Если честно, я в восторге от своего сводного брата, — ухмыльнулась мерзавка.

Ей же еще совсем мало лет! А что, если? Да быть этого всего не может! У меня приличная дочь? Или всё-таки может? Сколько раз я слышала точно эту же фразу от других родителей? Много. И каждый раз изумлялась тому, насколько слепы бывают матери, об отцах и говорить не приходится.

— Что же вы делали вдвоем?

— Лучше ответь, ты готова к маленькому?

— К маленькому⁈

— Ну, к игуане? Мне посчастливилось раздобыть яйцо.

— К игуане я готова, а ко внукам не очень.

— Ну, до внуков еще далеко. Я пока собираюсь учиться. Или ты про Анджела?

— Я про все!

— Ты плохо обо мне думаешь. Анджел мне брат, хоть и сводный. Он такой скромный. И я учила его всю ночь напролёт… Ну, на примере Дальона, — из рук горничной выпал стальной поднос, икра брызгами разлетелась по полу.

— Чему учила? — недрогнувшим голосом спросила я. Хотя почему не дрогнувшим? Судя по тому, какие отблески магии заплясали по стенам столовой — очень даже дрогнувшим.

— Как заботиться о раненых. Повезло, что я тогда закончила курсы, да? Мы забинтовали все ссадины, приложили компрессы из льда, нанесли мазь. Я очень старалась.

— Молодец. И это все? — я постаралась добавить в голос тепла, гулко вздохнула горничная.

— Ну, да. Кстати, спасибо, что разрешила взять с собой яйцо игуаны. Мне так не хватало домашнего питомца. Я не во всем беру с тебя пример, мама, — сверкнула нахалка глазищами, я же только смутилась.

От страха не осталось следа. Ну и мерзавка же моя дочь, умеет добиться своего. Я вот только поседею скоро с такими ее шалостями. Очень хочется прямо сейчас на нее накричать, начать топать ногами. Но, может, не нужно этого делать? Даже мне ясно теперь, что Аньке с ее характером жить будет несравненно проще, чем мне, если уж она сейчас умеет добиваться желаемого. И ведь дурного ничего не сделала, всю ночь с раненым провела, позаботилась о несчастном, еще и парнишку к этому привлекла. Анджел хотя бы проникся тем, что наделали по его приказу. Дочка права, не то что я. И зверька она заслужила.

— Ухаживать будешь сама.

— Разумеется, мам. Я уже заказала террариум и все, что необходимо.

— Тебе хватит денег?

— Деньги — забота отца.

— Знаешь, что! — я наконец-то не выдержала.

— Нужно привыкать к реалиям этого мира, мама. Это как в чужой стране. Ты гость, тебе и принимать условия и порядки, которые существуют там. Ты же сама мне об этом рассказывала. Вот я и следую твоим мудрым советам. А здесь принято, чтобы мужчины заботились о благополучии своих жен и детей. Ты молодец, что выбрала нам состоятельного главу семьи. Я намерена поступить точно так же во время бала, — дочь чуточку погрустнела.

— Какого бала?

— Ну того, на котором мне представят женихов. Анджел сказал, там будут принцы, — Анька едва сдержалась, чтобы не хлюпнуть носом, — Я вошла в брачную пору, мам.

— Тебе еще нет восемнадцати, ты школу не закончила.

— Здесь принято выбирать мужей заранее, пока всех не расхватали. Твои дети должны быть сильнее и старше детей твоих врагов. Как-то так. Чем раньше случится помолвка, тем лучше. Если мы останемся здесь жить. Так Анджел сказал.

— Какой милый мальчик, чтоб ему! Надо найти подходящего гувернера, чтобы тот всю дурь вытряхнуть из головы. Ты позавтракала? Идем в школу! Собирайся.

— Я уже готова, мам. Не хотела тебя задерживать. Кстати, твое платье вряд ли оценит директор даже вашей наикрутейшей гимназии.

Дочь невероятно грациозно поднялась из-за стола. На ней всего несколько украшений, но каждое по-своему прекрасно. Белые розы вплетены в кружево мелкого бисера. Если не знать, можно решить будто бы это жалкая подделка под драгоценные камни. И все же лепестки роз смотрятся живыми, полупрозрачными, хрустальными, а бисер, что их обсыпал в кружеве невероятного узора, скорее всего куски мелких алмазов. Золотая цепочка только добавляет изящества украшению. И переливчатый шелк белой блузы, и длинная в пол черная юбка нисколько не портят очарования юной красотки. Каким богам мне молится, чтоб у нас с дочерью все сложилось, как надо?

Моя девочка перекинула через плечо свой школьный рюкзак, наваждение, что даровал ее образ мигом потухло. Школьница. Всего лишь школьница, вырядившаяся в безделушки словно сорока. Пусть бы и остальные так думали.

— Откроешь портал?

— Да, конечно. Не опоздай на уроки.

Я, не глядя, разорвала стену миров, вот и Питерский дворик, полный обаяния нашей скромной северной весны. Ледяной ветерок ласково обдувает молодые росточки, сквозь газон наклюнулась стеклянная роза, порождение стеклянной бутылки. Других роз здесь еще не видать очень долго, да и откуда? Криминальная столица империи не спешит снимать с