Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 - Марика Полански

своим непредсказуемым спокойствием, то сейчас своей яростью, которую он даже не намеревался скрыть. Сине-зелёные искры кружились в вихре над ним, а сквозь бледную кожу на лице проступил синий рисунок чешуи. Казалось, ещё немного, — и он обратится в дракона прямо здесь.

— Что случилось, милорд? — Я удивлённо вскинула брови, поднеся чашку к губам.

Страх опутал внутренности ледяными щупальцами, и если бы не больная нога, то я наверняка бы задала стрекача прямо из окна башни.

— Не смей делать вид, что ничего не произошло. — Он шагнул в мою сторону, и руки закололо от потока магии, окутавшей его. — Моя сестра была у тебя.

Отвернувшись в сторону камина, я уставилась на переливающиеся всеми цветами магии статуэтки и нахмурилась.

— Ну была, — равнодушно пожала плечами и жестом предложила Рэйвену кресло напротив моего. — Чего так нервничать, милорд. Присаживайтесь. Чай будете?

По лицу ван Кастера пробежала тень. Мне показалось, что он сейчас выбьет чашку из моих рук, а потом встряхнёт так, что я лишусь головы. Но вопреки моим опасениям Рэйвен быстро взял себя в руки и сел в указанное кресло.

— Мой салон работает для всех, милорд, — негромко продолжала я и налила ему чай, запоздало вспомнив, что Минди не поменяла чашку на чистую. — Вне зависимости от возраста и статуса. У всех есть свои желания, и моё Призвание их исполнять. А ваша сестра — взрослая женщина. Она вправе ходить куда пожелает.

— Кроме ведьмы, которая постоянно лезет не в своё дело! Что она тебе рассказывала? О чём просила?

Я медленно выдохнула, задумчиво кусая нижнюю губу. Если не расскажу Рэйвену, он спустит с меня шкуру. Судя по его напряжённому лицу, в прямом смысле этой фразы. И сделает он это с огромным удовольствием. Как бы прискорбно это ни звучало, но я его допекла окончательно. Судьба сестры его заботила больше, чем моя жизнь, что вполне справедливо.

С другой стороны, если расскажу, то поступлю нечестно по отношению к Лили. Она доверилась мне, и если я выдам её просьбу, то сама себя уважать перестану.

Чашка с тихим звоном опустилась на блюдце.

— К сожалению, ничем не могу помочь, — мягко проговорила я. — Это конфиденциальная информация. Профессиональная этика не позволяет распространяться о желаниях клиента.

Воздух сгустился так, что мне стало нечем дышать. Предметы резко уплыли в сторону, будто кто-то уронил видеокамеру. Перед глазами возник золотистый рисунок ковра, а подбородок обожгло болью. Я с трудом повернула голову и увидела чёрный кожаный ботинок рядом со своим лицом.

— Мне абсолютно плевать на твою этику. — Огненное дыхание опалило мою щеку, заставив сердце лихорадочно биться от страха. — Речь идёт о моей сестре.

— Именно, — прохрипела я, чувствуя, как лёгкие начинают гореть от нехватки воздуха. — О вашей сестре, а не о вашей собственности. Так, может, вы предоставите ей решать свою судьбу?

Пол исчез подо мной, и в следующее мгновение я повисла вниз головой, барахтаясь в собственных юбках.

— Ты лезешь в дела, — процедил Рэйвен сквозь зубы, — о которых не имеешь ни малейшего представления. Николас Стейндж — охотник за приданным. Он выбрал Лили не из любви, а из расчёта. Младший сын разорившегося барона, без гроша за душой и перспектив, — и вдруг воспылал чувствами к наследнице одного из богатейших драконьих Домов?

При всём желании ответить я не могла. Шею стянуло раскалённой лентой, перед глазами поплыли багровые и серые пятна мути. «Допрыгалась», — меланхолично подумала я. Но обморока не последовало. Вместо этого я с глухим стуком свалилась обратно на ковёр. Поясницу прострелила ноющая боль, выбив из горла сдавленный возглас.

Лента, сдавившая горло, отпустила, и я, втянув глоток живительного воздуха, судорожно закашлялась.

— Лили никогда не станет женой Николаса. — Рейвен угрожающе навис надо мной. — Драконница никогда не станет женой простого смертного.

— А что вас злит так, — прохрипела я и снова зашлась судорожным кашлем. — То, что человек, которого вы представили, как честного и порядочного, по всем правилам предложил Лили стать его женой? Или то, что у вашей сестры хватило смелости пойти наперекор многовековым традициям ради своего счастья?

— Счастье с человеком, который использует её ради денег — не счастье. Это западня. А Лили слишком молода и наивна. Она не понимает…

— Я не знаю, сколько лет вашей сестре. Но, полагаю, что в её возрасте женщины уже становятся матерями, ведут хозяйство, управляют поместьями. Но вы продолжаете обращаться с ней, как с ребёнком, который не способен отличить настоящее чувство от притворства.

Рэйвен снова шагнул ко мне и, присев на корточки, заглянул в лицо. Меня охватило безотчётное желание забиться куда-нибудь в угол и не высовываться до тех пор, пока дракон не уйдёт. Однако вместо этого я лишь стёрла с глаз невольно проступившие слёзы.

— Я сделаю всё, чтобы не допустить женитьбы Лили и Николаса, — вкрадчиво проговорил он, и от его тона мне сделалось не по себе. — Всё, Эвелин. Уж лучше разбитое сердце, чем загубленная жизнь.

— Я вам не помощница. У меня нет права не выполнять или отменять желание своего клиента.

— Тогда выполни моё, — Рэйвен наклонил голову набок и неприятно ухмыльнулся. — Я хочу, чтобы моя сестра вышла замуж за лорда Эрингтона из Дома Лунных Драконов.

Я открыла рот, чтобы возразить, но в последний момент закрыла рот и устало покачала головой.

— Чёрт с вами, ван Кастер. Будет вам свадьба Лили с Эрингтоном. — Я тяжело вздохнула и протянула руку. — Помогите мне подняться.

Одним движением Рэйвен поднял меня на ноги. Но сделал это так, словно хотел напоследок причинить как можно больше боли. Я с трудом доковыляла до кресла, взяла трость и направилась к письменному столу.

— Каждое желание имеет свою плату, — напомнила я ему, садясь за стол.

Ван Кастер сунул руку в карман сюртука. Брошенный на стол кошель сытно звякнул золотыми монетами. Однако я покачала головой и усмехнулась.

— Мне не нужно ваше золото, — поставив подбородок на сложённые пальцы, я подалась вперёд. — Вы отдадите мне одну из заколок вашей сестры.