Твои условия - Лина Мур

— А есть причины для беспокойства? — сглотнув, спрашивает Дрон.

— Ты ему не сказал, да? — спрашивая, перевожу взгляд на Роко.

— Мика, заткнись.

— М-да, ребята, неужели традиции изменились? Деклан, традиции изменились?

— Нет, — мрачно отвечает он.

— Охренеть, значит, я был прав, да? Охренеть! И ты спокойно сидишь на своей заднице? — удивляюсь и перевожу изумлённый взгляд на Доминика.

— Я решаю эту проблему.

— Решаешь? Как ты решаешь её?

— Мика, хватит! Ты делаешь только хуже! — рявкает на меня Роко.

Я наблюдаю за тем, как он нервно поглаживает руку абсолютно ничего не понимающего Дрона.

— Скрывая от него правду, лучше ты не делаешь тоже. Он должен знать, что его ждёт, — фыркаю я.

— Полегче, — просит Раэлия. — Это мой брат и мой друг.

— Я поэтому и поднимаю этот вопрос, Раэлия. Я не хочу, чтобы свадьба превратилась в кровавое побоище. А это будет, если ничего не сделать. Боже, младший босс женится на парне, да ещё и не скрывает этого! Нам пиздец!

— Заткнись ты уже, Мика! — орёт на меня Доминик.

Злобно поджимаю губы, отпуская руку Раэлии.

— Я не понимаю, что происходит? Да, есть некоторые проблемы с тем, что Роко и Дрон одного пола, но почему должно быть прямо кровавое побоище? Мы живём в современном мире, такие браки не новость, — Лейк переводит взгляд с меня на Доминика.

— Ты никому не сказал, да? Ты не сказал им, — обвиняюще бросаю я Доминику.

— Я тебя выгоню, — грозится он.

— Пап, хватит угрожать этим, ты не выгонишь Михаила. Лучше объясни, что он имеет в виду. О чём ты нам не сказал? Мы все знаем, что по традиции запрещён такой брак, который собираются заключить Роко и Дрон. Но это не смертельно, верно? Да, ты упоминал, что нас могут убить и некоторые могут не принять. Но ты обещал, что поднимешь этот вопрос на встрече со всеми семьями и предложишь голосование, — произносит Раэлия и напряжённо смотрит на Доминика, но он опускает взгляд.

— Боже, ты врал, — шепчет она, догадываясь, почему он не отвечает. — Ты убедил нас в том, что их брак возможен, и ты сможешь добиться этого, а по факту это ложь, верно? Он врал, Михаил? Он врал нам?

— Да, — киваю я. Доминик бросает на меня взгляд «заткни свою пасть». — Нет, я не закрою рот, потому что это касается не только тебя или Роко, это касается и меня, и Раэлии, и Дрона, и Деклана, и Розы, и Лейк, и Энзо. Деклан тоже пострадает, потому что он был в курсе и не донёс на нас.

— Что происходит? О чём он говорит? — Дрон уже нервно повышает голос. — Роко, ты сказал, что всё улажено, что всё будет хорошо. Михаил, скажи правду. Они не скажут. Говори.

— Да легко. По традициям, которые, насколько я понял, не были изменены, такой брак не просто запрещён, но и бросает тень на всех геев в мафии. Мафия не приемлет открытых гомосексуальных отношений. Они требуют соблюдать правила традиционного брака. Но все мы живые люди и в мафии много гомосексуалов. Они просто это не афишируют, зная последствия. А последствия таковы. Как только все поймут, что Роко женится на Дроне. То всех схватят. Вы рассчитывали просто на смерть? Нет. Будет месть за нарушение традиций. И пострадают все, кто знает об этом. Роко и Дрона поставят друг напротив друга и начнутся пытки, остальные будут смотреть и сходить с ума. Это будет долго и показательно для всех. Это уже было. Грег рассказывал о таких случаях. Они отрываются в таких случаях. Используют все свои умения, чтобы наказать каждого. Думаете, что прошлое было страшным? Нет. Это лишь цветочки. И да, будет много крови прямо на свадьбе. Они начнут с низов. Убивать будут всех людей Доминика, кто попытается помешать им добраться до нас. А затем начнётся веселье. Только подумайте, все семьи Америки против нас. Их умения, психические расстройства и жестокость будут обращены на нас. И не будет там друзей больше. Никакими голосованиями это не изменить. Никогда. Думаете, что вы первые пытаетесь? Серьёзно, что ли? Вряд ли.

Я замолкаю, а все присутствующие переглядываются бледные и в ужасе от моих слов.

— Это правда? Папа, это правда? — требует ответить Роко, глядя на отца.

— Я всё решу.

— Это ложь, — я отрицательно мотаю головой и встаю. — Ты это не решишь. Ты никак и никогда это не решишь.

— Ты можешь просто заткнуться, а? Не лезть в мои дела? В мою семью? — повышает голос Доминик, подскочив с места. Он сжимает кулаки, его лицо краснеет от ярости, а глаза горят от желания врезать мне.

— Не могу, потому что это касается не только тебя, но и меня, и остальных. Всех, кто сейчас это слышит. Мы все в заднице и должны решать это вместе.

— То есть в любом случае мы умрём? — тихо спрашивает Дрон. — Тогда смысл всего этого? Смысл подвергать всех опасности из-за нашего желания поставить какие-то подписи? Мы просто отменим всё, и конец истории!

— Ты не можешь так со мной поступить, — рявкает Роко.

— Но ты слышал его. Ты слышал, что с нами сделают. Ты…

— Если ты это сделаешь, то между нами всё будет кончено, Дрон. Кончено.

— Не говори так, — с болью в голосе шепчет Дрон. — Мы сможем всё равно быть вместе…

— Нет, мне этого мало, как ты не понимаешь? Мне этого мало! Мне нужно официальное разрешение быть с тобой, чёрт возьми! Я хочу детей! Я хочу семью с тобой! Я больше не хочу прятаться!

— Но они убьют всех!

— Есть варианты, — спокойно говорю я и получаю снова всё внимание в комнате.

— Какие? Какие варианты? — взволнованно спрашивает Дрон.

— Мика, не лезь.

Отмахиваюсь от Доминика и делаю глубокий вдох.

— Нужно просто убрать Роко с поста младшего босса и заменить его другим. Роко отдать пост обычного рядового.

— Это невозможно! Обычный рядовой не посвящён во все секреты семьи. Это просто нереально, — возмущается Раэлия.

— Это так, значит, Роко и Дрон смогут жить спокойно, пока их не призовут, как рядовых. По правилам, они могут встречаться с семьёй, и я уверен, что все нарушают это правило неразглашения информации, если информация не выходит за пределы посвящённого круга людей, — усмехаюсь я.

— Он мой сын, и я не смещу его. Нет, — категорично мотает головой Доминик.

— Ты сказал «варианты», Мика, во множественном числе. Какой ещё есть вариант? — спрашивает Роко.

— Отменить свадьбу, но он вам не подходит. Других нет. Только два варианта.

— Я разберусь. Я позвоню друзьям, и они поддержат нас. Пора менять традиции, мы уже давно…

— Боже, что за чушь ты несёшь. Ты хоть сам в это веришь? — разочарованно качаю головой из-за глупости Доминика. — Ты знаешь, что этого никогда не случится. Не для этого писались правила. Не для этого существуют законы в мафии. Они нужны для того, чтобы сохранять власть и историю. Ты что, вообще, всё забыл? Я всё это помню, ты и подавно должен знать обо всех рисках, Доминик. Ты ничего не сделаешь. Твои друзья тебя кинут, потому что не пойдут против других. А те геи, которых ты подставишь, будут в первых рядах, чтобы пытать тебя. Никогда и никто не пойдёт против толпы. Да, боже мой, это же неединичный случай. Вы не единственные, кто хотел нарушить правила, верно?

— О таких историях мы не слышали. Никто и никогда не хотел создать однополый брак, так что есть вероятность, что у нас получится, — хмурится Роко.

— То, что вы не слышали о них, не значит, что их не было. Это тщательно скрывалось. Мне Грег рассказывал. Да едва ли не каждая пара геев считает, что их любовь победит всё. И как? Есть такие браки сейчас? Нет, и это доказывает, что никто этого не допустит. Они семью Лопес с лица земли сотрут и скажут, что это был какой-то несчастный случай. Боже,