Несокрушимые Осколки - Сана Кхатри

— Откуда тебе знать? — спрашиваю я чуть громче, чем следовало. — Тебя ведь там даже не было, черт возьми!

— Потому что я знаю тебя, — спокойно отвечает он. — Потому что я знаю тебя, детка, а Аманда — нет. Потому что я знаю твое сердце, твой разум и то, как ты живешь, а она — нет. Она озлобленный человек, который прячется за своими неуверенностью и страхом неудачи. Мне потребовались годы наивности и зависимости, чтобы осознать, как я ошибался насчет нее и всего, что она собой представляет. Мне понадобилось потерять тебя, пусть даже ненадолго, чтобы понять: я дал ей слишком много власти над своей жизнью и своими решениями. — Он коротко выдыхает. — Когда она призналась мне в своих чувствах после того, как я с ней поговорил… это… это заставило меня испытывать отвращение к самому себе. Я винил себя за неосторожные слова и взгляды в ее сторону. Думал, что, возможно, невольно подавал ей надежды. Я начал сомневаться в том, чего стою, в том, какой я человек. Ниа… — Он берет мое лицо в ладони. — Вот что Аманда делает с людьми. Сбивает с толку, ранит и унижает. Именно это она годами творила с моими профессиональными соперниками. Я знаю, что было неправильно никогда не поднимать эту тему, но правда в том, что я просто не знал, как это сделать. Такова она. И мне понадобилось чертовски много времени, чтобы понять, что это значит для меня и для всех, кто находится рядом. — Он прижимается своим лбом к моему. — Мне так жаль, Ни…

— Это не твоя вина, — перебиваю я. — Я знала это с самого начала, но отказывалась до конца признать.

— У тебя было полное право все обдумать и привести мысли в порядок.

— Нет, я…

— Мне правда жаль, Ниа, — настаивает он.

Я обхватываю пальцами его запястья и провожу подушечкой большого пальца по его татуировке. Он улыбается.

— Это я должна извиняться, Касс. Прости, что держала тебя на расстоянии, хотя ты не заслужил ни капли всего этого. Прости, что так сильно поверила словам Аманды, что потеряла из виду тебя и твою искренность.

— Не надо. — Наши носы соприкасаются, когда он слегка наклоняет голову. — Я понимаю, правда. Я ведь на собственном опыте знаю, что она сумасшедшая. Я лишь надеюсь, что она успеет разобраться с этой частью себя, пока не стало слишком поздно и она не увязла в чем-то, из чего уже не сможет выбраться, несмотря на все свои связи и людей, готовых помочь.

Я моргаю, и, когда мой взгляд встречается с его ореховыми глазами, он снова улыбается.

— Ты в порядке? — спрашиваю я. — Реально в порядке?

— А ты?

Я усмехаюсь:

— Справедливо. — Отвожу прядь его волос с лица. — Где она сейчас?

Он вздыхает и крепче обнимает меня:

— Точно не здесь.

— Облегчение на твоем лице почти комично, — замечаю я.

— Могу сказать тоже самое о тебе, — парирует он, приподняв брови. Затем хватает меня за талию и притягивает еще ближе.

Я провожу тыльной стороной левой ладони по резкому контуру его скулы:

— Итак, что теперь будет?

Он прижимается долгим, почти жадным поцелуем к моим губам:

— Скажи мне. — На его лице читаются любопытство и тревога.

— Я не хочу снова отдаляться от тебя, — честно говорю я. — Одиннадцать лет назад я совершила эту ошибку, но больше не повторю. Потому что у меня нет сил пережить все то, что было после твоего отъезда, Касс. Ты мне нужен; я не могу без тебя.

На его лице мелькает явное удивление — брови сходятся, на лбу появляются складки. Но он все равно улыбается, и я замечаю, как расслабляются его плечи после моих слов.

— Боже, я тоже больше не могу без тебя, Ниа, — шепчет он и снова целует меня. — Но ты уверена, что готова уехать так далеко из Аденбрука?

— Я хочу попробовать, — отвечаю я. — Хочу, чтобы у нас все получилось.

— И я, — говорит он с улыбкой.

Я прижимаюсь губами к его губам, и он приоткрывает рот мне навстречу.

— Ной точно взбесится, когда я скажу ему, — шепчу я.

— Меня это не волнует. — Касс целует меня так страстно, что я издаю стон и подаюсь бедрами вперед.

— Тебе стоит волноваться, — я отстраняюсь. — Ему понадобится время, чтобы смириться с тем, что я покидаю Аденбрук. Мы вместе ведем кафе, Касс; он мой брат, черт возьми. Родители у меня довольно спокойные, думаю, они воспримут это нормально, но Ной любит меня слишком рьяно. Он желает мне только лучшего, да, но когда поймет, что я бросаю свою жизнь в этом городе ради тебя, у него найдется что сказать по этому поводу.

Касс хмурится… или надувает губы. Не уверена, что именно. В любом случае это выглядит уморительно.

— Что ты имеешь в виду?

Я приподнимаю плечо:

— Без обид?

— Обиды приняты, мисс Коннелл, — с усмешкой отвечает он и озорно улыбается. — Я поговорю с Ноем. Мы лучшие друзья; уверен, он поймет.

Я наклоняю голову набок:

— Да ну?

— Пф, конечно, еще бы, — он машет рукой перед собой, заставляя меня рассмеяться.

— Если вы с Ноем и правда лучшие друзья, то почему он грозился выбить тебе зубы, когда ты пришел ко мне домой и настаивал на разговоре после того, как я убежала из закусочной?

Касс открывает рот, но слов не следует.

— А? Что это было? — Я наклоняюсь ближе, приставляя ухо к его лицу. — Не мог бы ты повторить, пожалуйста?

Он фыркает, и как раз в тот момент, когда я жду от него язвительного ответа, он перемещает руки с моих бедер на талию.

— Что, лишила тебя дара речи… — Я обрываю фразу и вскрикиваю, когда он начинает меня щекотать. — Касс, нет! — Пытаюсь отстраниться, но он удерживает меня и щекочет еще сильнее. — Черт, прекрати!

— Хочешь еще подразнить меня, Ниа? — с ухмылкой спрашивает он. — Давай, выкладывай все, что есть.

— Ты зло во плоти. — Толкаю его