Несокрушимые Осколки - Сана Кхатри

Ной сверлит меня взглядом.

— Твой менеджер случилась, Касс.

Я открываю и закрываю рот.

— Что?

Он откидывает со лба прядь волос.

— Ты правда хочешь, чтобы я поверил, что ты не в курсе, как Арианна, или как там, черт возьми, зовут твоего менеджера, угрожала моей младшей сестре? Что она заявила, будто уничтожит мою семью, если Ниа не оставит тебя в покое? Ты всерьез не знаешь, как эта женщина обошлась с Ниа, когда та попыталась постоять за себя? Да ладно, Мэдден, ты не можешь быть настолько тупым.

Я стою, глядя на него, словно безжизненная груда мусора.

— Что она сделала? — Как жалко звучит мой голос. Наверное, в каком-то смысле я виноват в том, что мой менеджер оказалась столь безрассудно жестокой. Но это…

— Эта Аманда запала на тебя, чувак, — с презрением говорит Ной. — Она сама заявила об этом Ниа. Сказала, что заслуживает быть рядом с тобой вместо моей сестры. — Он качает головой. — Это полный бред. Я знал, что должен был вмешаться, когда ты снова начал встречаться с Ниа. Знал, что нужно было разлучить вас, как только ты вновь к ней прикоснулся. Но у меня не хватило духу, особенно когда я видел, как она счастлива от того, что ты вернулся. — Он проводит рукой по лицу и глядит на меня. — Но что сделано, то сделано. А это… — Он указывает на меня, затем на дом. — Все кончено. Что бы между вами ни было — теперь это в прошлом. Я не позволю ей страдать еще сильнее, чем она уже страдает. Она заслуживает лучшего, чем то, что произошло сегодня. И мы оба это знаем.

Мое горло сжимается так сильно, что я боюсь задохнуться, но я сглатываю и заставляю себя говорить:

— Пожалуйста, позволь мне увидеть ее, приятель, — почти умоляю я. — Всего пять минут. Это все, о чем я прошу.

— Не могу, — хмурится Ной. — И прошу, не ставь меня в положение, когда мне придется всерьез выполнить свое обещание и набить тебе рожу. Потому что я это сделаю, если ты не уйдешь по-хорошему, Касс. Она — моя семья, и я сделаю все, чтобы уберечь ее от новой сердечной боли. За эти годы она через многое прошла. Просто… пожалуйста, не добавляй ей стресса. Ей это не нужно, особенно сейчас.

Мои челюсти дрожат, когда я шмыгаю носом.

— Она для меня — все, Ной, — шепчу я. — Ты, черт возьми, это знаешь.

— Знаю ли? — Его лицо снова каменеет, и, поскольку я не нахожу слов, чтобы убедить его в своей искренности, он усмехается и начинает отступать. — Возвращайся к своему менеджеру и к своей блестящей жизни, Мэдден. Это единственный язык, который ты знаешь, и единственное, что ты когда-либо поймешь. Аденбрук и его простота больше не твоя стихия. Этот город… уже не является твоим домом.

С этими словами он разворачивается, заходит в дом и захлопывает за собой дверь.

15. КАСС

Я в третий раз стучу кулаком в дверь Аманды, и наконец слышу за ней медленные шаги. Жду, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь унять взбесившиеся нервы. Знаю, что она нарочно тянет время, но я подожду. Она не может вечно сидеть взаперти, а я… я готов стоять здесь столько, сколько потребуется, пока она не смирится с тем, что ей придется посмотреть мне в глаза и признать, как безнадежно она все испортила.

Дверь наконец распахивается.

— Касс? Все в порядке? — спрашивает она с поразительной наглостью, изображая непонимание.

— Если не считать твоего неуместного представления в закусочной, то да, — цежу сквозь зубы.

Она кладет книгу, которую держала в руках, на тумбочку, а сверху водружает очки.

— О чем ты говоришь? — ее тон теперь жесткий и раздраженный.

Я усмехаюсь:

— Мы правда будем играть в эту игру, Аманда? — слегка качаю головой. — Мы не в дешевой мелодраме, так что, пожалуйста, прекрати этот спектакль с «я не понимаю, о чем ты». Я знаю, что ты в курсе, что натворила.

Она смотрит на меня в упор. Еще несколько лет назад этот взгляд заставил бы меня смутиться, но сейчас… сейчас он не производит никакого эффекта.

— Я сделала это, чтобы защитить твою карьеру, — резко бросает она.

— Ах, вот как? — парирую я. — Ты почти убедила меня в этом.

Ее ноздри раздуваются, лицо искажается.

— Эта девушка не подходит тебе и твоему статусу.

— А ты подходишь, Аманда? — я делаю шаг к ней. — Ниа неподходящий выбор, а ты — идеальный? Так, что ли?

Она сжимает челюсти, не отводя взгляда.

— Я отдала тебе годы своей жизни, — говорит она чуть хрипло. — Годы, Касс. Я создала тебя и твой бренд. Я сделала тебя тем, кто ты есть, и не позволю какой-то глупой деревенской девчонке разрушить все, над чем я так усердно работала. Я ни за что не позволю ей присвоить плоды моего труда.

Я ошеломлен ее словами, безумным блеском в ее глазах.

— Ты вообще слышишь, что говоришь? Ты звучишь как сумасшедшая, Аманда. Я ценю все, что ты сделала, но я не призовой скакун, которого можно заставить подчиняться, оказывая мне благодеяния. Я добился успеха, потому что нанял тебя для этой работы. И вплоть до последнего часа я испытывал к тебе только уважение за твой неустанный труд. Но это… — я машу рукой в ее сторону. — Ты правда думала, что твое поведение с Ниа заставит меня захотеть тебя?

И вот я, идиот, все это время считал, что три года назад она спасла меня. Думал, что она вытащила меня из той ямы, потому что искренне заботилась. Если бы я знал, какие у нее были истинные намерения, все было бы иначе.

Как, черт возьми, я мог быть настолько слеп?

— Я брежу, потому что я амбициозная женщина, которая знает, чего хочет, и имеет средства для достижения цели? — шипит она, заставляя меня взглянуть на нее.

— Достижения? — я отступаю, не веря своим ушам. — Я что, вещь, которую можно заполучить? Я по-прежнему считаю себя человеком, который вправе сам выбирать свою судьбу. Мне не нужно, чтобы кто-то определял, что лучше для меня и моей жизни.