Волшебное Рождество медведя - Ариана Хоукис

Харлоу сделала глубокий вдох, ее сердце бешено колотилось в груди.

— Но… но ты никогда не пытался спариться со мной, пометить меня. И я восприняла это как знак, что все это закончится.

Сойер вздохнул.

— Я хотел, чтобы ты сначала воссоединилась со своей семьей. Я видел, что Омеловая лощина снова превращается в город, которым он был раньше, но потом я узнал о твоей маме, и хотел, чтобы она вернулась, и чтобы вы все были вместе, чтобы больше не было никакой печали.

Ее глаза защипало от непролитых слез.

— Конечно, я хочу, чтобы ты была моей парой. Я так взволнован из-за предстоящей совместной жизни. Я не могу дождаться, когда буду просыпаться с тобой каждый день в нашем трейлере — я имею в виду, мы должны купить новый трейлер — гораздо больший.

Она продолжала смотреть на него, ничего не говоря.

— Харлоу, это то, чего ты хочешь, верно?

— Конечно, Сойер! Больше всего на свете.

Он стащил ее со стула и заключил в свои объятия, прижимаясь губами к ее губам.

— Так вот, что ты скрывала от меня, Харлоу Бринкман, — сказал он несколько минут спустя.

— Я скрывала?

— Да. Каждый раз, когда я приближаюсь к тебе, я чувствую, как ты отстраняешься, словно не хочешь отдавать мне всю себя.

— Кто может винить меня? — игриво спросила она.

— Я. Когда я понял, что ты моя пара, с самого первого раза, когда мы поцеловались.

— А я думала, что ты просто хотел затащить меня в постель.

— Я так и сделал. Но это было нечто большее.

Его голова склонилась к ее шее, и она почувствовала остроту его зубов, когда он поцеловал ее.

— Я хотел тебя всю.

Она вздрогнула. Его рот переместился к изгибу между ее шеей и плечом, и его зубы прикусили немного сильнее. Пламя желания пронзило ее тело.

— Возьми меня сейчас, — прошептала она.

Сойер поднялся на ноги и повел ее в спальню. Стоя позади нее, он стянул с нее свитер и футболку через голову. Когда его руки обхватили ее грудь, она почувствовала что-то другое в его прикосновении — что-то более грубое и собственническое.

— Разве ты не хочешь, чтобы я надела свой новый наряд? — спросила она, когда он освободил ее грудь от бюстгальтера и снял с нее джинсы.

— Позже.

Его голос был низким рычанием. Его одежда исчезла в мгновение ока, и она почувствовала, что его член уже твердый и готовый для нее, прижимающий к пояснице. Сойер протянул руку, и скользнул между ее ног, слегка погладив ее половые губы. Он издал звук восторга, когда его пальцы погрузились в ее влагу, распределяя ту по клитору. Он просунул в нее один палец, потом второй и начал скользить внутрь и наружу, покусывая ее сзади за шею.

Она не могла больше ждать. Харлоу сама бросилась на кровать и внезапно оказалась на четвереньках, выгнув спину. Он издал звук признательности, и она ахнула, когда его член начал скользить в нее. В этой позе было очень много, больше чем обычно, и Харлоу вскрикнула, когда он полностью заполнил ее, его бедра упирались в ее задницу. Он издал низкое рычание.

— Моя, — пробормотал он.

Он вытащил почти весь член, затем вонзился в нее, и она снова закричала — дикий, животный звук, который, казалось, едва ли исходил из ее рта. Мало-помалу ее мышцы подчинились ему, и интенсивная пульсация уступила место волнам удовольствия, распространяющимся по всему ее телу. Когда Сойер выгнулся над ней и начал входить и выходить, она положила голову на руки, отдавшись грубому, безжалостному ритму его члена. Внезапно он поднял ее и поставил на колени, одной рукой поддерживая за талию, в то время как другой ласкал ее грудь и клитор.

— Моя пара, — прорычал он ей на ухо. — Моя прекрасная пара.

Харлоу прислонилась спиной к его твердому, мускулистому торсу, ее тело полностью расслабилось, когда его большой, толстый член вошел в нее, а его палец продолжал быстрый круговой ритм на ее клиторе. Ее кульминация была подобна приливной волне, начинающейся откуда-то издалека и нарастающей восхитительно медленно, пока не окутала ее, и крик, который она издала, когда достигла цели, был больше похож на рев, чем на что-либо еще.

— Так сексуальна, Харлоу, — пробормотал он, его руки ласкали ее тело, пока оргазм не утих, оставив ее слабой и беспомощной. — Моя сексуальная медведица. Я собираюсь заявить на тебя права прямо сейчас. Сделать тебя моей и только моей, навсегда.

Сойер снова наклонил ее вперед, и она лежала лицом вниз, раскинув руки, его вес был на ней. Его ритм был быстрым и отрывистым, вдавливая ее в кровать, его дыхание было хриплым и рычащим возле ее уха. А затем Сойер зубами прикусил ее затылок, и когда он кончил, выстреливая свое семя глубоко в нее, он довел ее до еще одного оргазма, пульсация в её киске и укус на задней части шеи — две огненные точки.

Он отпустил ее и повернул на бок, нежно обнимая. Она чувствовала себя как в бреду, каждую часть ее тела покалывало, но эпицентром этого был укус. Это жгло, но не причиняло боли. Харлоу дотронулась пальцами до этого места. Это чувствовалось приподнятым, но кожа, казалось, не была повреждена. Это было больше похоже на бред, чем на что-либо еще.

— Ты пометил меня, — прошептала она с ноткой недоверия в голосе.

Сойер ткнулся носом в кожу у нее за ухом, принюхиваясь к ее волосам.

— Ты не хотела, чтобы я это делал?

— Конечно хотела.

Она отыскала его губы, и он нежно поцеловал ее.

— Теперь ты моя, Харлоу Бринкман. Нравится тебе это или нет.

Она хихикнула.

— Хорошая работа, мне это очень нравится.

— Но разве ты не хочешь получить свой другой подарок?

Она сложила руки вместе.

— Да!

Сойер бросился в гостиную и вернулся с маленькой коробочкой. Она нетерпеливо сорвала ленту. Это была маленькая деревянная шкатулка.

— Первый подарок был немного легкомысленным, но это тот, который я действительно хотел тебе подарить, — сказал он хриплым от эмоций голосом.

Харлоу открыла ее, чтобы увидеть серебряное кольцо. Когда она поднесла его к свету, то рассмотрела на внутренней стороне выгравированные их имена. Сойер взял у нее кольцо и надел на безымянный палец ее правой руки.

— Просто на случай, если у кого-то возникнут вопросы, пара ли мы.

Она обвила руками его шею сзади и поцеловала его.

— Это так красиво. Мне нравится, Сойер! — сказала она, ее глаза сверкали.