Дикая Магия - Даха Тараторина

причинит ей боль, Морья ударила первой. Ей хотелось, чтобы наёмник дал ей повод, хотелось снова хлестать его словами, как пощёчинами! Да, она догнала его, да, хотела вернуть во что бы то ни стало долг и защитить засранца! Но, Святила небесные, как же она до сих пор на него злилась!

— Лучше, — усмехнулся Валар инегромко добавил: — Сложно злиться на тех, к кому ты ничего не чувствуешь.

Ничего не чувствует… к жене? В горле у девушки пересохло. Она судорожно облизала губы. Быть может, тогда он что-то чувствует к кому-то другому?

Краска залила её скулы, но если румянца при свете костра было не разглядеть, то вспыхнувшие волосы оказалось не спрятать.

Валар пинком вернул в кострище вылетевшую головешку и протянул к Морье руку. Она вжала голову в плечи, но он не ударил, а осторожно провёл ладонью по волосам. В его руке остался рыжий огненный лепесток.

Валар смотрел на него… и улыбался.

— Кажется, тысячу лет не чувствовал ничего подобного, — прохрипел он. — Ты правильно сделала, что не подавила магию.

— А ты… — Морья запнулась и сердито запыхтела. От дыма слезились глаза, и она сбивчиво закончила: — А ты уехал!

Валар невозмутимо кивнул.

— Потому что так будет лучше для тебя.

— Откуда тебе знать, что для меня лучше?!

— Я старше, опытнее и умнее.

Морья вытащила из лежака ветку и принялась нервно обламывать с неё иголки. Попадая в костёр, те нещадно дымили, но давали волшебный аромат. Она буркнула:

— Упрямее — быть может. Но никак не умнее.

— Упрямее тебя? Это вряд ли!

Морья швырнула ветку в костёр целиком, от той полетели в разные стороны золотые искры. Она спросила в лоб:

— Ты ведь не собираешься в столицу?

— Именно туда я и собираюсь, — холодно подтвердил наёмник.

— Но тебя там убьют!

Валар неопределённо пожал плечами.

— Разберусь.

— Нет! — Девушка вскочила, но рядом с Валаром, невозмутимо шерудившим в костре палкой, это смотрелось донельзя глупо, и она вновь села. Но не рядом с мужчиной, а прямо перед ним. Преодолевая трепет, поймала его испещрённое шрамами лицо в чашечку ладоней. — Тебя казнят!

На мгновение его взгляд потеплел, но наёмник быстро вывернулся и твёрдо отпихнул её в сторону.

— Со своими проблемами я разберусь сам. А твоё дело — слушаться Иварию и не попадаться больше Золотым.

— Нет, не разберёшься! Не разберёшься! У тебя хотят взять слепок магии! Он ведь покажет, что ты — это не ты, а демон. Ты не справишься. Не выживешь… один.

— И кто же мне поможет? — Он стиснул подбородок девушки двумя пальцами и едко выдохнул: — Ты?

Его губы были так близко, горячее дыхание опаляло кожу. Пугающее ижеланное прикосновение… Неужели так бывает? Морья фыркнула:

— Может и я!

— Проваливай, ведьма. Единственное, что ты можешь сделать — это вернуться в храм. Для своего же блага.

— А ты не решай, что для меня лучше!

— Я? Да ты сама это решила! Ты велела мне уехать!

— Я ошиблась.

— А я — нет. Это единственный…

— Заткнись! — приказала девушка, и её волосы вспыхнули ярче. — Ты не единственный, кто в праве выбирать, Валар де Каттай! Хотел ты мне зла или нет, но я обязана тебе жизнью. И намерена отдать долг.

Оплотник нехорошо прищурился.

— И что же ты сделаешь, чтобы остановить меня? Свяжешь?

— Если потребуется, — серьёзно кивнула девушка.

— Ну, давай! — Он выставил вперёд сомкнутые в запястьях руки. — Хотелось бы посмотреть, как ты это сделаешь.

Морья вдохнула, чтобы ответно уколоть его… и выдохнула, так и не найдя нужных слов. Такие, как этот поганец, слов не понимают. Его надо сначала хорошенько выдрать, как Савку или Микея, чтобы понял, что с ней надо считаться! И только тогда…

Мысль не успела до конца оформиться в её мозгу. Морья прыгнула, на ходу сдёргивая с плеч платок Лики, чудом до сих пор не сгоревший (и верно, оберег!). Она завалила мужчину на спину, оседлав, как ворованного мерина, подцепила платком запястья и быстро-быстро намотала сверху концы.

— Ты будешь слушаться или не-е-е-ет…

Наёмник тоже не стал попусту терять время. Он легко перевернулся, поджав под себя Морью. Его связанные запястья оказались у неё за шеей: не выпутаться из объятий!

— Проиграла, — констатировал он.

Морья зарычала, как волчица, и шарахнула его лбом в переносицу.

Валар выругался и снова оказался повержен. Теперь уж их схватка и вовсе напоминала то, чем молодые обыкновенно занимаются на сеновале в праздник Урожая. Юбка Морьи задралась, бесстыже открывая бёдра, по вискам капельками стекал пот, маленькая грудь мелькала в порванном вырезе платья.

— Проиграл! — ответила она тем же.

— Убирайся в храм! Там ты будешь в безопасности!

— Только вместе с тобой!

— Ноги моей больше не будет в этом гадюшнике!

— Тогда моей тоже!

— Тогда ты идиотка, которая нарывается на неприятности!

— От такого же слышу!

Он сделалсамое подлое, что только мог сделать мужчина в подобной ситуации. Валар дёрнул девушку, заставив распластаться по своему телу, и впился губами в её рот.

А Морья… Морья ответила, сама не понимая, что творит. Бёдра теснее прижались к его ногам, по позвоночнику вниз пробежала волна огня…

Неизвестно, чем закончилось бы это безумие, если бы не вмешался третий. Плащ Оплотника змеёй скользнул по ноге девушки, норовя забраться под одежду. Она взвизгнула и отпрянула, связанные руки Валара не позволили освободиться сразу, плащ накрыл их обоих с головой, и тогда заорал уже Валар:

— Отвали, тряпка!

Когда они, тяжело дыша, распутали объятия и сели спина к спине, Валар проговорил:

— Забыла, что придется иметь дело не со мной одним? — Капюшон плащанадулся, словно вторая голова, ярко блеснули красные глаза. — Не боишься?

— Ты сказал… — Морьятяжело сглотнула, глядя теперь не в лицо Валару, но в глаза демону. — Ты сказал, что вне храма у тебя не получилось навредить мне. Нужны были эти… линии пространства.

— Не навредить, а переселить в тебя демона. — Мужчина прищурился. — Это разные вещи. Если бы я хотел тебя обидеть… — Он скрипнул зубами и сменил тему: — Я служитель оплота, когда-то был диким, а сейчас уживаюсь с тёмной тварью, способной убить любого. Я не нуждаюсь в защите, ведьма. Ни в твоей, ни в чьей-либо еще.

— Что же ты тогда пять лет от награды по лесам бегал, а? — Морья упрямо вздёрнула подбородок. — Неужели что-то изменилось?

Костер, успевший сожрать брошенный в него хворост, начал слабеть, ностоило ведьме вскочить, взвился до нижних ветвей обступивших их деревьев.

— Осторожней, лес сожжешь, — поморщился оплотник. — А что до награды… Всем когда-то надоедает бегать.

— Значит, твой план пойти и… — В голос едва не прокрались