Демоны не смеются - Мария Самтенко

Дознавательница знала, что нельзя отметать ни одну версию, какой бы нелепой она не казалась, и некоторое время всерьез раздумывала над мыслью, что заговорщики были идиотами, но не обычными, а невероятно везучими. Именно поэтому финальный этап плана по устранению короля так удачно совпал с ритуалом Дормагаста, и все остальное тоже получилось.

А если нет? Если все это было частью хорошо продуманного, дерзкого плана?

— И в чем заключается этот план? — хихикнула Мелли, стреляя глазками в сторону лорда Нэйта.

— Избавиться от драконов, конечно же, — фыркнула дознавательница.

Лорд Магарыч с улыбкой протянул руку за блокнотом и написал на чистой страничке «смело!». Подумал секунду, чуть качнул головой и исправил на «амбициозно».

— Я просто напоминаю, дорогие лорды и леди, что в прошлый раз злоумышленники хотели ни много ни мало, а возродить драконью расу! И в позапрошлый, — Кларисса вспомнила эксперименты Аррадиона и Агри, пытающихся вернуть крылья драконьим леди, — кстати говоря, тоже!

— Ты хочешь сказать, в этот раз злодеи планировали спасти драконов от Старого Короля? — провела аналогию Мелли. — Надо сказать, у них получилось!

— Думаю, это послужит смягчающим обстоятельством, — пробормотала Кларисса. — Никто не хочет сходить со мной к господину Трейну? Я хочу выяснить, нет ли новостей по расследованию, из первых рук.

Лорд Магарыч вскинул руку, но его тут же остановил лорд Нэйт:

— Послушай, а ты не можешь остаться со мной? Ко мне должна прийти дама… м-м-м… две дамы, или даже три, и я не хотел бы… как бы сказать приличнее, оказаться между молотом и наковальней.

Дознавательница вспомнила личное дело лорда Нэйта, которое ей довелось изучать во время прошлого расследования, и отвернулась, скрывая улыбку.

— А ты, Мелли?

— Я? К душке Трейну? Конечно, хочу!

Глава 26

Господин Трейн на месте отсутствовал, и Клариссе с Мелиндой пришлось долго ждать в коридоре.

Обсуждать расследование в общественном месте они не хотели, поэтому какое-то время болтали о пустяках, а потом Мелли вспомнила, что не рассказала Клариссе ту самую историю, из-за которой лорд Грайси спешно сорвался в Розенгард, и принялась наверстывать.

— Никогда бы не подумала, — заговорщицки зашептала сестра, — что у такого суха… сурового лорда может быть столько проблем на любовном фронте!

Дознавательница кивнула, припомнив, что лорд Магарыч захватил с собой Грайси в основном для того, чтобы драматически влюбленный преподаватель хороших манер развеялся, переключился на чужие проблемы и забыл о том, что леди Агата снова предпочитает ему своего первого возлюбленного, лорда Ригаллиона.

Задача «отвлечь лорда Грайси от его любовных терзаний» выполнялась с переменным успехом, но Кларисса и Магарыч смели надеяться, что совместные приключения, и, в особенности, ловушки культистов, в которые лорд попадал с пугающей регулярностью, смогут помочь. Увы! Если и помогло, то совсем ненадолго — канализация культистов оказалась забыта, как только Агате понадобилась помощь.

Молодая леди была слишком гордой, чтобы писать, но с Грайси связался лорд Рикошет. Ректор сообщил что в Академии уже второй день орудует тетка-опекунша леди Агаты. Дело в том, что до обитающей где-то на другом конце страны вечно занятой дамы наконец-то дошла информация о сомнительных любовных делах подопечных, и она примчалась разбираться.

Лорда Ригаллиона строгая опекунша забраковала сразу. Не помогло и то, что он красавец, умница, особенно когда думает головой, а не другими частями тела, блестящий юрист и отличный преподаватель — тетка заявила, что лорд недостаточно богат и знатен, чтобы стать хорошей партией для Агаты.

Устроив несчастный Агате выволочку за привычку давать всем подряд, тетушка уже собралась забрать ее из Академии, запихнуть в какого-то закрытый пансион, лишить наследства за разврат и применить прочие санкции из своего списка, но тут вмешался лорд Рикошет.

Ректор несколько лет вел дела с родителями своих воспитанниц, и, конечно же, был в курсе всего. Страдая от необходимости лгать и плести интриги, он заявил, что строгая тетушка в корне неверно информировала, и что на ее месте он бы не стал доверять идиотским сплетням, ползущим из Академии.

Да, леди Агата действительно встречалась с лордом Ригаллионом, но он, Рикошет, лично вышвырнул этого проходимца из Академии. А у Агаты появился другой воздыхатель — благородный дракон, аристократ первого круга и владелец одного из самых внушительных состоянии в Розенгарде, лорд Грайсиэль Давирес-Оро.

На этом месте Мелли не выдержала и хихикнула:

— Ты знала, что Грайси — аристократ первого круга? Он поэтому такой сноб? Я думала, это у него профессиональное!

— Нет, Мелли, если ты помнишь, он терпеть не может преподавать хорошие манеры, — фыркнула дознавательница. — Рассказывай дальше. Рикошет попросил Грайси вылететь в Академию и защитить Агату от тетушкиных притязаний, изобразив ее жениха?

— Сама я письмо не видела, но Грайси полдня шипел, где он видел этого белобрысого интригана!

Дознавательница улыбнулась: она-то помнила, как ректор все это ненавидит! Только он и за студентов вечно переживает, поэтому вынужден брать все в свои руки и действовать.

А насчет Грайси Кларисса была абсолютно согласна. Лорд действительно был весьма знатен, богат, холост и к тому же известен строгими моральными принципами. А то, что что к этому набору завидного жениха прилагается длинный язык и сложный характер, так это дело десятое! К лорду Магарычу, например, до недавнего времени прилагалась драконья цепь.

Лорд Грайси согласился не сразу — он очень переживал за исчезнувших в другом мире Магарыча и Клариссу. Успокоился лорд только после того, как в Истинную землю драконов прилетел Крылатый Король — тот нервно готовился к перемещению, сокрушаясь, что должен был изначально взять вопрос отправки демона в свои руки, а не ехидно наблюдать, как тот пытается найти способ вернуться, параллельно удирая от гнусных культистов,

Грайси в мир демонов, конечно, не брали — Крылатый Король не хотел осложнять и без того непростую ситуацию. Поэтому преподаватель хороших манер вернулся в Академию, чтобы успокоить переживающего из-за пропажи Магарыча Рикошета и, главное, продемонстрировать тетушке, что богатство и знатность — это недостаточно убедительные причины, чтобы терпеть его в своем семействе.

— Наверно, в Академии уже делают ставки, — фыркнула дознавательница. — Знаешь, Мелли, если бы Грайси не был влюблен в Агату, я бы поставила на то, что он женится на ее тетке.

Сестра азартно заспорила, что Грайси — душка, его нельзя отдавать вредным теткам. Из него еще можно сделать приличного жениха, нужно только научить его красиво ухаживать — дарить розы и говорить комплименты, а не ехидничать и говорить гадости.

— План-то прекрасный, вот только у Магарыча