Бастард короля. Испытание любовью - Валерия Дымова

Моя речь, манера держаться, привычки и воспитание сразу подсказали ему, что перед ним знатная особа, а не гувернантка.

Мне пришлось раскрыть себя. Молчать не было смысла, учитывая, что мы плыли на корабле в Новый Свет.

К моему удивлению, маркиз спокойно воспринял мой рассказ и приставил ко мне одну из своих служанок. Смышлёная чернокожая девушка стала моей подругой на корабле, полном мужчин. Вместе мы занимаемся рукоделием, я учу её читать на испанском, а она рассказывает мне о далёких африканских землях, откуда её родителей привезли рабами на Кубу.

Помимо этого, мне нравится коротать время за книгами. В капитанской каюте «Санта Терезы» обнаружилась неплохая библиотека. Особенно меня увлекли книги по судоходству, а также истории про клады и пиратов. Больше я не стесняюсь говорить о кораблях, отличаю рею от мачты и даже умею вязать морские узлы.

И вот… Как гром среди ясного неба… Новости о том, что Карлос захвачен пиратами всего через несколько недель после отплытия из Кадиса.

Я отказываюсь в это верить. Он не может пропасть сейчас, когда я плыву к нему с нашим сыном в животе. Не верю, что судьба собирается подшутить над нами ещё раз.

— Клариса, открывай, хватит думать о том, чего мы не знаем наверняка. Возможно, это всего лишь сплетни и домыслы. Герцог Альба управляет твёрдой рукой и не раскланивается перед плантаторами. Многим это не нравится. Вот и сплетничают за спиной. Кроме того порты на пути «Флота Индий» — места, где всегда рады небылицам.

Дон Густаво пытается меня приободрить, и я благодарна ему, но сердце подсказывает — это не вымысел. Последние несколько недель мне было неспокойно, и я связывала моё волнение с беременностью. Теперь же стало ясно: я предчувствовала, что с Карлосом случилось несчастье.

Пираты… Я прочитала про них столько книг, что знаю: сострадание и доброта им неведомы. Зачем они взяли Карлоса в плен? Хотят требовать золото за жизнь губернатора Кубы? Или, может быть, они не знают кто он? А что, если его убили?

Стук в дверь не прекращается, и я нехотя встаю с постели.

— Наконец-то, я уже начал переживать! — Маркиз открывает дверь в мою каюту, едва я поворачиваю ключ в замке. — Как ты себя чувствуешь? С ребёнком всё в порядке?

Молча киваю и сажусь в удобное кресло-качалку. Маркиз встаёт напротив, внимательно вглядываясь в моё лицо, и я чувствую себя лотком со сладостями, который рассматривают дети.

— Не успокаивайте меня, дон Густаво, уверена, что всё это правда.

Маркиз вздыхает.

— Донья Клариса, сейчас нужно быть терпеливой и дождаться прибытия в порт. Если губернатор жив, мы вызволим его. Обменяем на серебро или оружие. Если бы он был мёртв, скорее всего мы бы это уже узнали.

— Да, вы правы, не буду думать о плохом. Ребёнку это не на пользу. Плыть осталось недолго, и мы узнаем наверняка, что случилось.

* * *

Спустя месяц я лежу в каюте с мокрой тряпкой на лбу. Моя служанка с тревогой смотрит на меня, щупая пульс, и я понимаю по её лицу, что всё плохо.

— Нужно держаться, хозяйка! Ещё не подошёл срок. Рано… Терпите!

Легко сказать… Чувствую, как внутри всё разрывается от боли, и понимаю, что не смогу вытерпеть ни минуты. Хочу лишь поскорее очнуться от этого кошмара.

Мы должны были приплыть ещё месяц назад, но капитан, опасаясь пиратов, принял решение сделать небольшой крюк.

Я думала, он говорит о днях, однако этот манёвр длится уже около месяца, а мы всё ещё не пришли в порт.

— Как она там? — Маркиз из-за двери обращается к служанке, не решаясь войти, и я немного привстаю на локтях.

— Я ещё не умерла, входите, дон Густаво.

Не могу удержаться от шутки, но боль снова заставляет меня лечь.

— Донья Клариса, это не страшно, все женщины проходят через такое. Немного рановато, конечно, но ничего. Моя младшенькая тоже родилась раньше срока и всё в порядке. А вот сын дождался правильного времени…

Маркиз де лос Велес замолкает, но я знаю, о чём он думает. Его жена ждала третьего ребёнка. Мальчик родился в срок, но, не прожив и дня, умер. А сеньора де лос Велес, не справившись с тоской по долгожданному сыну, решилась оставить живых и наложила на себя руки. Её мантилью нашли на берегу моря, поэтому она считается утонувшей.

Бескрайний бушующий океан так и не отдал её тело. Хоронить дону Густаво было нечего, а единственной радостью стали дочери. Тихая и рассудительная Роза, и точная копия жены — проказница Мануэла.

Пытаюсь подбодрить маркиза хотя бы словами, но вместо этого кричу от боли.

— Дон Густаво, началось! Велите матросам кипятить воду и нести сюда. И ещё чистое бельё…

Чернокожая служанка выглядит решительно, крепко держа меня за руку. Я благодарна судьбе за встречу с ней. Одна, без женской помощи, я бы здесь точно не выжила.

* * *

Всё закончилось моей единственной мыслью — больше никогда в жизни!

Если бы я знала, через какие мучения проходят женщины при рождении детей, то не торопилась бы замуж. К сожалению, у меня не было мамы, которая могла бы мне об этом рассказать.

30 Глава

Карлос

— Помогите, есть здесь кто-нибудь?

Еле шевелю губами, которые совсем меня не слушаются.

— Брат! Наконец-то! Пришёл в себя? Я уж думал, что остался один на этом свете… Но… почему ты говоришь на испанском?

— Кто вы? — Перехожу на французский. Человеку, разговаривающему со мной, этот язык, видимо, привычнее. А мне?

— Так-то лучше! Как я рад что ты очнулся, дорогой брат!

— Где я?

— Мы в крепости Форт-де-Роше, конечно. Ты не помнишь, но не волнуйся, память вернётся. Не впервой нам с тобой получать по голове!

Судя по словам мужчины, я постоянно участвую в драках. Хотя, возможно…

— Мы солдаты?

Громкий смех отдаётся болью во всём теле, и я откидываюсь на подушку.

— Гийом, похоже, твоего брата сильно приложили по каменной башке. Ты, кстати, уверен, что это он? Лекарь, бездарь, так забинтовал его глаза… Пол лица не видно. Да и говорит он странно. Словно французский ему не родной.

— Хочешь сказать, я не узнаю собственного брата?

— Да не кипятись ты… Просто он мне кажется странным…

— Попридержи-ка свой поганый язык. Когда-нибудь тебя прибьют из-за него. Это твоя мамаша-трактирщица странная, а мой брат скоро