Двойной соблазн. Малышка для мажоров - Ольга Дашкова

Никита сжимает грудь девушки, глушит стоны поцелуями, трется стоячим членом о половые губы, чуть меняет позу, толкается, проникает во влагалище.

– Какая же ты узкая, какая горячая, я словно и не кончал минуту назад. Хочу тебя, моя малышка, хочу тебя, Ягодка.

Максим наблюдает за тем, как брат имеет их девочку, как она максимально раскрыта перед ним, как вздернута ее попка, как она течет на члене Ника и стонет. Тянется к полу, достает из внутреннего кармана куртки презерватив, надрывает его зубами, раскатывает латекс по члену.

Они делят с братом одну девушку на двоих, и это не игра, не просто секс, о котором он завтра забудет. Макс бы сейчас просто ушел, не стал ждать продолжения, но он не может. Уже не может и не уйдет. Не сейчас. Точно не сейчас.

Сейчас он хочет ее. Она возбуждает. Провоцирует, сама того не понимая. Она чиста, как ангел, и порочна одновременно. Пряди волос прилипли к спине, стоны становятся громче. Макс встает на колени рядом, раздвигает ягодицы, касается тугих мышц ануса, массирует их пальцами.

Вероника вздрагивает, она готова была уже кончить на члене Никиты, мышцы уже начало скручивать от приближающегося удовольствия, но вот ее накрыли новые ощущения. Господи, да она и не думала, что настолько озабоченная и раскованная в интимном плане.

– Кит даст тебе кончить, малышка, а потом ты примешь меня в свою девственную узкую попку – Макс сказал все это громким шепотом, облизывая мочку уха девушки, продолжая стимулировать попку.

– Я… а-а-а… а-а-а… Боже мой… Да-а-а-а…

– Какая чувствительная попка, она хочет меня, я вижу.

Зорин увеличивает давление пальца на сфинктер, чуть проникая внутрь, лаская его чувствительные нервные окончания. Девушка дергается от острых ощущений, Никита продолжает не спеша трахать, насаживая на свой член, но не до конца, лобком трется о ее клитор.

– А-а-а… Боже… Макс… Ник…

Вероника растворяется в этих безумных ощущениях, внутри закручивается вихрь наслаждения. Оргазм накатывает медленно, словно большой снежный ком, набирает свою скорость, накрывая ее с головой.

– Да… а-а-а… Да-а-а…

– Не могу больше, не могу больше сдерживаться. Ее киска так сжимает меня…

Максим проникает сразу двумя пальцами в анус, резко входит в ее попку. Вероника срывает голос, оргазм почти лишает ее чувств, слишком остро и необычно. Она кончает, Никита замирает, не двигается, он все еще внутри нее, чувствует, как Ягодка мышцами пульсирует на его члене.

– А-а-а… нет… нет… а-а-а…

Вероника пытается вырваться из объятий мужчин, но ее удерживают, тело колотит, оргазм долгий, по бедрам бежит какая-то жидкость, слишком мокро. Но новый крик пронзает тишину, когда Макс толкается в ее попку, направляя член через тугие мышцы.

Всего несколько секунд, и девушка наполнена двумя членами. Они распирают, разрывают, слезы текут по щекам. Никита целует, скользит рукой между их тел, начинает стимулировать клитор, отвлекая девушку от боли.

– Все хорошо, малышка, все хорошо. Дыши, смотри на меня, все хорошо. Ты такая красивая, безумно красивая.

Глава 23

Откуда-то шел звук, но Вероника не могла понять откуда. Такой противный и настойчивый, что хотелось заткнуть уши, накрыться одеялом с головой и не слышать его никогда.

Веки были тяжелые, глаза не открывались, не было сил даже пошевелить рукой, но когда девушка это все-таки сделала, наткнулась на чье-то тело и все вспомнила.

Зажмурилась, мозг мгновенно проснулся, Вероника открыла глаза, задержала дыхание, повернулась, прикрывая голую грудь. Максим спал, положив на ее живот руку, хмурясь во сне от назойливого звука где-то на полу под ворохом одежды звонящего телефона.

– Мм… Черт, да выключите вы его… – Никита повернулся с другой стороны, прижимаясь к бедру девушки пахом, потерся членом.

Вероника посмотрела в потолок, закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Ночь была необычной, и это легко сказано, она была невероятной, а еще развратной. Ее трогали, ласкали, целовали, лизали, брали сразу вдвоем и по очереди.

После ее оргазма на языке Максима Никита усадил девушку верхом на себя, вошел медленно и глубоко. А когда Вероника взорвалась во втором своем оргазме, сквозь тугие мышцы ануса проник второй член, причиняя острую боль.

Сейчас по телу девушки прошла легкая судорога удовольствия, тело помнит, откликается на малейшее воспоминание о прошедшей ночи. Мышцы болят, между ног саднит, но Вероника отчетливо помнит тот оргазм, когда члены молодых людей внутри нее стали еще больше. Но потом Никита вышел, что-то шептал на ухо, целовал, стимулировал пальцами клитор, Максим мял грудь, проникал в попку глубже.

В какой-то момент боль сменилась чем-то иным – более сильными, до этого момента незнакомыми ощущениями. Вероника, как ее и просили, расслабилась, отдалась чувствам, отдалась двум мужчинам, закрыла глаза, выгнула спину, закричала.

Никита, взяв ее за бедра, начал тереть клитором и раскрытой промежностью о свой стояк, а Максим проникал глубже. Вероника была нецелованной девственницей до встречи с этими парнями, а сейчас она занимается анальным сексом, о котором даже не знала.

Не знала, что возможно сходить с ума от него, двигаться навстречу, насаживаться самой сильнее. Хорошо, что в эту ночь они в доме были одни, что тетя уехала в город. Иначе бы она давно застукала свою милую и невинную племянницу за таким развратным занятием и была бы в шоке.

В какой-то момент Вероника напряглась, чувствуя, что вот-вот внутри нее лопнет огромный огненный шар, впилась в плечи Никиты ногтями. А когда шар лопнул, взвыла, срывая голос, начала кончать, чувствуя, что из нее выливается жидкость, не в силах контролировать реакцию своего тела.

Член Никиты терся о клитор, Макс с хрипом кончал в презерватив, Вероника, соскочив, упала на грудь его брата, который в этот момент изливался спермой себе и ей на живот. Но тут же вошел во влагалище, которое сжималось вокруг него мышцами, а Максим смотрел на то, как пульсирует колечко ануса, продлевал оргазм, лаская его пальцами.

Все это Вероника помнит, как и то, что после этого все долго приходили в себя, и она лежала, зажатая между двух сильных тел. Никита говорил какие-то пошлости, Макс смотрел в глаза, а ей вновь было стыдно.

Затем долго принимали душ, парни и не думали уходить, и снова были ласки, поцелуи, но уже медленные и нежные. Вероника теряла голову, да что там говорить, она уже ее потеряла вместе с девственностью. Отдалась первым попавшимся парням и не могла понять, как это произошло. Как так у них получилось свести ее с ума? Может, это и есть судьба?

Но разве