Двойной соблазн. Малышка для мажоров - Ольга Дашкова

половых губ, задевая раздраженный клитор, Вероника стонет, запрокидывает голову, ее шею покрывают поцелуями. Рядом прогибается матрас, голый Никита гладит свой стояк, опускается ниже.

– Да, Ягодка… потрогай меня… Да… вот так, сожми… Подрочи мой член… Мм… Как сладко.

Вероника сжимает в кулаке стояк Никиты, натирает его, он помогает ей, направляя руку, скользит ладонью вниз, лаская яички, чуть сжимая их.

– Да, вот так, погладь их, а теперь снова на ствол и сожми головку. Вот же дьявол, как хорошо!

Максим тем временем отрывается от груди Вероники, спускается поцелуями вниз по животу, встает перед девушкой на колени, закидывая одну ее ногу себе на плечо. Девушка широко распахивает глаза, приподнимается на локтях. Наблюдает за тем, как Макс проходится по ее воспаленным и покрасневшим от возбуждения половым губам языком. Кричит, когда он начинает натирать клитор.

– Твоя девочка такая вкусная, безумно сладкая… Дай моему брату больше своего сока, дай ему больше сладости.

Никита сжимает волосы на затылке Вероники, запрокидывая голову, заставляет посмотреть в глаза, целует, насилуя рот языком, в то время как увеличившийся клитор девушки пульсирует на губах Максима. Хочется кричать в голос, но ей не дают. Накрывает жар, трясет, внутри начинает все сжиматься и вибрировать, Вероника срывается в первый свой оргазм, а Максим, удерживая ее бедра, разводя ноги шире, все продолжает вылизывать влагу, что дает ее сладкая киска.

– Да, малышка, да… Как же красиво ты кончаешь. И так ты будешь кончать сегодня всю ночь. – Никита успокаивает, гладит по лицу, проводит пальцами по приоткрытым губам.

Макс не мог оторвать взгляда от припухших и покрасневших половых губ, нежно трогая, проникая пальцами в истекающее лоно. Его яйца готовы были лопнуть, такая вкусная была девочка, она кончала на его рот, а парень готов был спустить сам, член плакал предсеменем.

– Подвинься немного, да, вот так, Ягодка, присядь, теперь потрогай нас двоих, как я тебе показывал. Давай же не стесняйся.

Глава 22

Вероника садится на кровати, недавний оргазм отпускает медленно, парни встают рядом на пол. Девушка смотрит на возбужденные половые органы, Максим и Никита поглаживают твердые стволы, сжимают яйца. Непонятно, как они вообще могли в ней поместиться? Багровые раздутые головки, выпуклые вены, темные дорожки волос, уходящие в пах, напряженные мышцы пресса.

– Возьми их в свой сладкий ротик, как ты это уже делала.

Макс говорит тихо, Вероника облизывает губы, двигается вперед, робко протягивает руку, делает, как ей говорят. Все происходит впервые, страшно, волнительно, но больше возбуждающе. Обхватывает сразу два члена пальцами, задержав дыхание, скользит по тонкой коже.

– Вот же черт, маленькая, сожми… сожми его сильнее. – Никита толкается вперед, все нутро уже давно выворачивает желанием, но девочку торопить не нужно. – Да, вот так, еще, а потом возьми в свой сладкий ротик.

Это какой-то гипноз, наваждение, воздух горячий, он обжигает легкие, сушит губы, Вероника постоянно их облизывает и, уже осмелев, сжимает оба члена, но все еще не в силах поднять глаза и посмотреть на братьев. А ведь она пыталась дать им отпор, и ничего не вышло.

– Давай… давай, малышка, открой ротик, возьми его, ты уже делала это, не мучай нас.

Нервы начинают сдавать, Максим уже готов схватить Ягодку за голову и начать вбиваться до самого горла, а потом кончить, залив все лицо спермой.

Робко касается головки члена Макса губами, приоткрыв ротик, слизывает выступившую влагу. Открывает рот шире, берет неглубоко, начинает посасывать ее, помогая одной рукой. Второй продолжает дрочить Никите, спускаясь вниз, лаская яички. Это так возбуждает, так заводит, она и не думала, что доставлять удовольствие может быть так сладко. Между ног снова все набухает, соски покалывает, грудь колышется при каждом движении.

Братья молчат, Макс толкается глубже, гладит лицо Вероники пальцами, касаясь белокурых распущенных волос. Но когда девушка отстраняется и начинает брать в ротик член Никиты, разочарованно выдыхает, а Кит протяжно стонет от удовольствия.

– Дьявол, дьявол, маленькая… вот же… мм… как хорошо… Сейчас сдохну от удовольствия…

Никита следит за тем, как влажная головка пропадает между пухлых губок, а когда появляется, блестит от слюны, как дрожат ресницы девушки, как она ерзает на кровати.

– Остановись… ох… черт… сейчас солью…

Но Вероника не слышит, вбирает член еще глубже, сжимая тугие яйца, делая все на инстинктах. Вновь переключается на член Максима, тот готов сам просить, чтобы она остановилась, хоть и говорит, но хочет лишь одного – чтобы не останавливалась. Язычок так приятно щекочет уздечку, головка разбухает еще больше, сперма подступает, Макс не может контролировать и сдерживать себя.

– Да, малышка, расслабь горло, сейчас кончу.

Никита толкается в руку девушки, чувствуя, что сам вот-вот кончит. Макс толкается глубже, Вероника отстраняется, но сразу принимает член Никиты. Она уже не смыкает губы на стволе, парни по очереди имеют ее открытый рот, это так порочно, так грязно и так безумно возбуждает. Вероника расслабляет горло, чувствует начинающие пульсировать члены, саму колотит от желания получить еще один оргазм.

Парни кончают одновременно, перехватив члены, теплое семя попадет на губы, лицо, шею и грудь Вероники. Все так безумно, красиво и порочно, эта милая, робкая и невинная, как ангел, с виду девушка выворачивает двух мужчин наизнанку, вынимая из них души всего лишь минетом, и то неумелым.

Ника и Макса не держат ноги, внутри все гудит, из груди вырываются хрипы. Безумно и одновременно прекрасно – наблюдать за тем, как их девочка, перепачканная их спермой, слизывает ее кончиком языка с губ. Ведет пальцами по шее, размазывая ее по груди, при этом в серо-голубых глазах плещется желание и откровенный соблазн.

Максим резко поднимает ее с кровати, впивается в губы, на них вкус их с братом спермы. Девушка вскрикивает, когда пальцы мужчины проходятся по припухшим половым губам, давят на клитор. Вероника царапает его плечи, ведет бедрами. Всего за сутки этим парням удалось достать из ее скромной оболочки развратную девицу. Нет, не за сутки, раньше, это случилось, как только она увидела красный огонек сигареты на соседском балконе и почувствовала взгляд.

– Да, Ягодка, сейчас… сейчас ты кончишь, малышка. Кончишь на моем члене.

– На наших членах.

Максим целует жадно, кусая губы, разворачивает к себе спиной, Никита не дает вздохнуть, накрывает ее губы своими. Тянет, ложась на кровать, Вероника седлает его, чувствуя, как Максим ласкает ягодицы, касается раскрытой плоти, неглубоко проникая пальцами во влагалище, вскрикивает, но при этом сама оседает на них. А когда он начинает растирать тугое колечко ануса, по телу