Пленница разбойников - Джейд Р. Эванс

— Все нормально, — говорю я, перебивая его, пока он окончательно не запутался. Я сдерживаю улыбку. — Шоппинг удался. Кажется, сюда уже везут целый гардероб.

Роб, который уже начал подниматься по лестнице, кивает, смахивая сообщение на телефоне:

— Джек организует доставку завтра.

— Отлично, — произносит Тук с явным облегчением, когда мы с Робом поднимаемся на балкон.

— Похоже, это требует выпивки, — добавляет Уилл.

— А что, по-твоему, не требует выпивки? — Тук хмурится, глядя на него.

— Кто бы говорил, мистер «Индийский светлый эль», — Уилл кивает на бокал Тука.

— Эй, это мое домашнее пиво!

— Только не навязывай его ей, — говорит Уилл, кивая в мою сторону. — Она слишком вежлива, чтобы сказать тебе, что оно на вкус как дерьмо.

Тук краснеет.

— Рецепт еще в доработке, — оправдывается он.

Уилл поворачивается ко мне:

— Как насчет бокала вина? — предлагает он. — У меня есть отличное Côtes-du-Rhône…

— Боже, какой же ты сноб, — стонет Тук. — Мэриан, я извиняюсь за него.

Я не могу сдержать смех. После абсолютного безумия с моей второй — почти — автомобильной погоней за столько же дней приятно видеть что-то такое обыденное, как препирательства двух парней.

— Вино подойдет, — говорю я Уиллу. — На твой вкус.

Он расплывается в улыбке.

— Прекрасно. Я сейчас.

Роб бросает взгляд на Уилла, и они вместе уходят в дом обсуждать, какую очередную секретную чушь… не знаю и знать не хочу. Я просто рада сидеть на твердой земле.

Мы с Туком проходим к обеденному столу у края балкона, откуда открывается вид на территорию. Здесь теплее, и я наслаждаюсь легким ветерком, перебирающим мои волосы, — явное облегчение по сравнению со шквальным ветром в машине.

Я оглядываюсь, садясь на стул:

— А где Эл-Джей? — спрашиваю я.

— Он… — Тук колеблется, присаживаясь напротив. — Его нет, — признает он.

— Он меня ненавидит, — констатирую я как факт.

— Нет! — настаивает Тук. — Я имею в виду, ну… он не ненавидит тебя, Мэриан. Ему просто нужно привыкнуть к тебе.

Нам обоим, думаю я. Но, честно говоря, к Эл-Джею я не испытываю особого сочувствия. Если кто здесь и должен стрессовать из-за моего пребывания, так это я. А не один из этих богатых мальчиков, которому не приходится отказываться ни от чего значимого, чтобы меня приютить.

— Что с ним вообще не так?

Тук отпивает пиво.

— В каком смысле?

— В смысле, у него явно… какие-то проблемы. — Я кручу пальцем у виска. — Это… ПТСР или что-то в этом роде?

— А, — выдыхает Тук. — Это… да, все сложно. — Его взгляд становится отстраненным. — Эл-Джей просто очень… ревностно относится к своей территории. Он не хочет, чтобы кто-то попал в неприятности. Снова, я имею в виду. — Он чешет сзади шею. — У каждого из нас было, так сказать… темное прошлое до того, как мы оказались здесь, если можешь в это поверить.

Гигантский секретный лесной особняк, скрывающий какую-то негласную незаконную деятельность?

— Да уж, могу.

Уилл и Роб возвращаются. Роб прихлебывает виски из тумблера, а Уилл несет винный бокал размером едва ли не с мою голову, щедро наполненный красным.

— Прошу, — говорит Уилл. — Côtes-du-Rhône, винтаж две тысячи девятого года. Расскажи, что ты чувствуешь.

Я вскидываю бровь, принимая бокал. Но пожимаю плечами. Ладно, подыграю тебе. Я подношу бокал к губам и делаю большой глоток.

А затем еще один.

— Ну? — спрашивает Уилл. Все трое смотрят на меня с ожиданием.

Я понятия не имею, что думать об этом вине, кроме того, что оно довольно вкусное и оно красное.

— Что я должна там почувствовать?

— В аромате преобладают специи, — говорит Уилл. — С джемовым послевкусием.

— А что чувствуешь ты? — спрашивает Роб. — Просто из любопытства.

Я делаю еще один, третий глоток, чтобы убедиться наверняка:

— Виноград, — отвечаю я.

Роб и Тук взрываются смехом. Уилл хмурится, но тоже слегка улыбается. Я расплываюсь в улыбке.

Трудно не чувствовать себя непринужденно. Да, я буквально нахожусь в бегах от закона. Нет, я совсем не знаю этих парней. Но это прекрасный вечер поздней весны, вокруг великолепные пейзажи, вино приятно обволакивает язык, и они уже несколько раз доказали, что щедры, если уж не надежны.

Может быть… просто может быть, я смогу получить от этого удовольствие.



— В меня больше ни кусочка не влезет, — говорю я. — Серьезно.

Ужин Тука был невероятно хорош — запеченная свинина с огромной порцией зеленого салата, заправленного пикантным лимоном и усыпанного инжиром.

— Не сдерживайся из-за нас, — лениво водит пальцем по ободку бокала Уилл. — Терпеть не могу девиц, которые не едят.

Я наклоняю голову, глядя на него. Второй бокал вина, судя по всему, сделал меня смелой:

— Ты серьезно думаешь после этого представления, что я из тех, кто не ест? — Я смотрю на свою абсолютно чистую тарелку. — Я ем прилично. Просто обычно мой рацион — это макароны с сыром из коробки. Но это тоже сойдет.

— Тут она тебя умыла, Скарлет, — ухмыляется Роб. — Красивая девушка с хорошим аппетитом.

Вопреки воле я краснею. Неужели я настолько изголодалась по похвале, что мимолетного комплимента достаточно, чтобы я замялась? Или это вино действительно бьет в голову?

Надеюсь, не последнее, потому что я не отказываюсь, когда Уилл снова подходит с бутылкой, чтобы обновить мой бокал.

Второй бокал сменяется третьим, парни подкалывают друг друга и шутят, и вскоре мы оказываемся втянуты в игру «Две правды, одна ложь».

— Ложь, — тянет Уилл, тыча бокалом в сторону Тука. — Прыжки со скалы в Мексике? Да ты ни разу не выезжал из страны.

Тук играет бровями и отпивает пиво. Я хихикаю, а я вообще-то не хохотушка. Вино реально ударило в голову. Он смотрит на меня:

— Ты согласна с ним, Мэриан?

Я приподнимаю плечо.

— Ну, то, что ты оставался в классе на перемене, чтобы почитать, будучи ребенком, — это настолько стыдно, что обязано быть правдой.

Роб слегка толкает Тука в плечо:

— Тут она тебя сделала, друг мой. Никто бы не стал выдумывать такую ложь.

— Да ладно вам. — Но Тук улыбается. Он разводит ладони в стороны. — Ладно. Вы меня раскусили. Никаких прыжков со скалы… пока что.

Все трое пускаются в рассуждения о том, кто из них скорее всего струсит в экстремальном спорте, а я откидываюсь на спинку стула и наблюдаю. Эта легкая пикировка троих парней, напоминающая братские отношения, вся эта расслабленная мужская атмосфера… Я не могу не наслаждаться зрелищем.

Интересно, кто из них лучше всех целуется?

Мысль возникает из ниоткуда, но мой внутренний фильтр, судя по всему, отключился, потому что я улыбаюсь про себя, когда это