Пленница разбойников - Джейд Р. Эванс

Уилл цыкает, глядя на Роба, а тот лишь пожимает плечами.

— Ну и даже если так? Если ты попадешь в беду, Мэриан, ты сама захочешь, чтобы мы знали, где тебя искать. И чем быстрее нашли бы, тем лучше.

По спине пробегает холодок. А ведь он прав. И все же я чувствую себя как дети в сказке про Гензель и Гретель, которых на убой откармливает ведьма. За этой его заботой о моей безопасности стопроцентно кроется какой-то скрытый мотив, что бы он ни говорил.

Люди не берут под крыло посторонних просто так, точно так же, как не восстанавливают машины ради того, чтобы раздать их хорошим владельцам.

Жизнь устроена иначе.

Я сжимаю челюсти, смотрю на телефон и забираю его из его руки.

— Ладно, — бросаю я. — Я возьму его, но если ты поставил сюда прослушку, чтобы… ну не знаю, шпионить за мной в ванной…

Уилл взрывается хохотом, а Роб качает качает головой.

— Я даже не знаю, как это делается. Я парень из леса, а не компьютерный задрот.

Я выдыхаю. Вот в это я охотно верю.

— Ну, я пойду, не буду мешать, — говорит Уилл. — У меня есть дела.

— Аналогично, — подхватывает Роб. — Тебе нужно что-нибудь еще, Мэриан?

Я растрепываю волосы пальцами, лихорадочно соображая.

— Резинка для волос? — спрашиваю я.

Оба смеются. Роб тут же выхватывает свой телефон.

— Сейчас закажу. Тебе тканевые объемные или обычные эластичные?

— Я… я же пошутила, — теряюсь я.

— Поздно. Заказал и те, и другие, доставка до восьми вечера, — ухмыляется Роб. — Серьезно, что-то еще? Если проголодаешься, заходи в дом. Тук сообразит что-нибудь перекусить, ну или сама потроши холодильник.

— Отлично, — говорю я, осматривая гараж. Все необходимое здесь есть, я разберусь. В прошлый раз ведь сориентировалась, и это напоминает мне об одном моменте…

— А Эл-Джей где-то неподалеку? Я не помешаю ему в его спальне, если буду здесь работать? — Я прикусываю губу.

— О, нет, — успокаивает Роб. — На этот счет не переживай. Мы популярно объяснили ему, что возмущаться запрещено. Своей работой ты делаешь всем нам одолжение.

Не совсем тот ответ, на который я рассчитывала, но придется довольствоваться малым. От мысли о пронзительном, режущем взгляде Эл-Джея, особенно во время работы, кожа покрывается мурашками.

— Ладно, — резюмирую я. — Я за работу.



После долгого, грязного и жаркого дня работы в гараже я с дикой жаждой возвращаюсь в дом. Я бы и не заметила, как пролетело время, если бы не экран нового смартфона и вспыхнувшее за окном огненно-розовым и оранжевым цветами небо. Я плетусь через вестибюль, пробираясь к кухне, и мои шаги гулко отдаются в пустоте особняка.

— Эй, — нерешительно зову я. — Есть кто?

Наверное, они могут быть в дальнем крыле и просто меня не слышать. Дом действительно гигантский. Желудок громко урчит, и я решаю воспользоваться предложением и совершить набег на холодильник. Я распахиваю прохладную дверцу из матовой стали, за которой обнаруживается невероятное изобилие: салаты, закуски, сыры, фрукты, куча всякой модной газировки и мясная нарезка. От голода я соображаю туго, поэтому наскоро собираю сэндвич из всего, что попадается под руку: ветчина, сыр, маринованные огурцы, горчица, майонез, листья салата и щепотка какой-то дорогой копченой соли, которую я подцепила из баночки. Прихватив банку персиковой шипучки, я устраиваюсь за стойкой. И только собираюсь откусить неприлично огромного размера, кусок как слышу свое имя.

— Мэриан?

Это Тук. Густо покраснев, я пытаюсь положить сэндвич обратно, но он жестом останавливает меня:

— О, не обращай на меня внимания. Я сразу вижу классный сэндвич.

Я слегка усмехаюсь.

— С твоей стороны это огромный комплимент. — Я делаю укус, пусть и поскромнее того, что планировала до его появления. — А ты вообще где готовить научился?

Тук пожимает плечами, усаживаясь на стул напротив меня.

— Да сам, по сути. Ютуб, интернет, пара хороших кулинарных книг. Подумал, что это полезный навык, раз уж собираюсь жить один.

— Один, — повторяю я, проглотив еду. Вскрываю газировку и делаю глоток. Вкусно, прохладно и с приятной кислинкой.

— Ну да, я уже какое-то время был сам по себе. До того как съехался с парнями, вел типичную холостяцкую жизнь. — Он коротко смеется. — Жалкое зрелище, если честно. Сейчас-то условия явно получше.

— И давно вы знакомы? — спрашиваю я. Любопытство раздирает изнутри, но я боюсь давить слишком сильно, чтобы он не замкнулся.

Тук трет затылок.

— Боже, даже не знаю. С Робом мы знакомы еще с детства. Потом потеряли связь, но позже снова сошлись. А остальные двое как-то сами собой… — он осекается. — В общем, там все непросто, — выдыхает. — Чувствую, мы держим от тебя кучу секретов, Мэриан, и это нечестно.

Теперь моя очередь пожимать плечами.

— Твоя правда. Нечестно. Но, полагаю, мне положено знать только то, что положено. Или что-то в духе: «если я расскажу, мне придется тебя убить».

Тук смеется, но смех не касается глаз, что для него странно.

— Вроде того, — соглашается он. — Но вот что я могу сказать точно. Я знаю Роба с десяти лет, остальных парней почти столько же, и они буквально лучшие люди, которых только можно пожелать иметь в жизни. Даже Эл-Джей. Я знаю, он кажется резким, но если надо, он за тебя кому угодно шею сломает.

— За меня — вряд ли, — возражаю я.

Тук поджимает губы.

— Не будь так уверена. В этом плане мы стоим друг за друга до конца.

— Заметно. — Я пытаюсь перевести разговор на тему, не связанную с убийством людей ради защиты. — Чем занимался целый день?

— Да так, читал, копался в сети, всякие хобби в свободное время. Я вообще-то задрот, если по мне еще не видно.

Я с трудом сдерживаю смех. Тук, может, немного и стеснителен, и очки носит, но он бесконечно далек от стереотипного хилого ботаника. На его лице появляется недоумение.

— Извини, — говорю я. — Я не издеваюсь. Просто от тебя вообще не веет задротством.

Улыбка Тука становится мягче.

— Ну ладно тебе, Мэриан. Не нужно льстить моему эго. На лицо я, может, и ничего, но до габаритов Эл-Джея мне далеко.

— То есть за меня ты шею ломать не станешь, если придется? — шучу я.

Лицо Тука мгновенно становится серьезным.

— Если придется, — отчетливо произносит он, — я сделаю это, Мэриан. К защите женской чести я отношусь очень серьезно.

В его устах это должно было прозвучать жутко пафосно, будто реплика из средневекового фэнтези. Ну серьезно, кто в наше время говорит о «защите женской