Point/Точка - Вероника Благосклонная

class="p1">Нэл. Что он мог дать ей? Смог ли он быть рядом с ней и думать, что в любой момент ей могут причинить зло. В чем причина? Причина в нем. Он просто не хотел, не мог приносить ей несчастья.

Брат прав. Он не сможет что либо сделать, пока все его мысли заняты Нэл и Томом.

Неуязвимый. Ты сделал свой выбор. Но ведь людям свойственно ошибаться, верно?

Утро пришло слишком неожиданно и резко. Он даже глаз не сомкнул, как пришлось просыпаться. Пришлось встать, принять душ, одеться и спуститься вниз.

Он не был готов к разговору с девушкой, он не был готов к великим свершениям.

«Ты будешь жалеть. Ты без них не сможешь.» — от мыслей затошнило.

— Нервничаешь? — отстраненный голос брата вывел его из оцепенния. Джастин спрятал свои дрожащие руки в карманы и повернул голову в сторону.

— Я совершаю ошибку.

— Это не ошибка. — мягко возразил Маэль. — Война требует жертв. Или сдавайся.

— Я не хочу делать ей больно. — голос не слушался. Низкий и хриплый. Джастин осушил стакан с водой и зажмурился. Было страшно. — Ты не знаешь, как это! Ты не поймешь, потому что никогда никого не любил.

— Не говори о том, чего не знаешь. — спокойно произнес брат и встал из-за стола.

Вероника Благосклонная

Ему предстоял нелегкий разговор, которого он боялся. Боялся увидеть слезы в ее глазах. Боялся, что тогда не сможет спать ночами. Он знал, что никогда никого больше не полюбит, так, как полюбил Элеонору. А это означало, что он останется один. Рядом с ним больше не будет любимой девушки, которая успокоит и приласкает. Ему предстоит научиться справляться одному.

И когда он медленно шел по пустому коридору 4 этажа волнение жгучей волной топило все внутри. Он еле сдерживал дрожь в теле. Было страшно, как никогда.

Один шаг, который разрушит всё, что они так упорно строили….

Все о чем мечтали и к чему стремились.

Он заметил две фигуры в конце коридора. Женскую и мужскую. Том, сидящий на подоконнике и Нэл расхаживающая слева направо. Она, видимо, нервничала. А Том, заметив друга ласково улыбнулся. Джастин хотел улыбнуться в ответ. Хотел…..и не смог.

Чувство будто окатили ледяной водой. Захотелось вдруг схватить Вейн за руку и уехать вместе с ней. И Томом. В другую страну, на другую планету. Куда угодно, только, чтобы они были вместе.

— Джастин! — девушка побежала навстречу ему и он даже не успел выдохнуть, как ощутил ее ручки, обнимающие его талию. А ведь он даже не успеет поцеловать ее на прощание, прежде чем все разрушит. Он боялся, что если снова ощутит вкус ее губ, то не сможет заставить себя отказаться от нее.

Он открыл рот, но она заговорила первой.

— Ты должен помочь мне, Джастин! — зашептала она. — Я не знаю, что делать. Дядя хочет забрать меня из колледжа. Он говорит, что мы уезжаем! Надолго! Он так взволнован в последнее время… Я не хочу уезжать! Ты должен поговорить с ним, пожалуйста. Это ведь не правильно!

Джастин прикрыл глаза и внутренне усмехнулся. Надо же. Даже сама судьба приподносит такие сюрпризы. Это лишь доказательство того, что им действительно нужно расстаться. Ему даже не придется что либо придумывать, обстоятельства говорят сами за себя.

— Правильно. — спокойно сказал он.

— Что? — не поняла девушка.

— Это правильно. — повторил он.

— О чем ты, Джастин… — она нахмурилась, подняв к нему глазки. — Я не понимаю.

— У тебя проблемы со слухом, Вейн? — язвительно вскинул брови Бибер. Чему быть-того не миновать. — Он твой дядя. В конце концов он знает, что правильно, а что нет.

Кажется, это ее поразило. Она приоткрыла губы, не понимая, чем вызван такой тон.

— Ты должна уехать с ним. — спокойно добавил он.

— Джастин…..- девочка опустила руки и покачала головой, не понимая, что происходит. — А как же мы?

Ты поедешь со мной?

— Нет. — он покачал головой. — Я останусь здесь.

Голубые глаза распахнулись. В них — сотни немых вопросов.

— Я долго думал, Вейн. И решил, что мы не можем быть вместе. — произнес блондин. — Потому что я тебя не достоин. Я не хранил тебе верность, Нэл. И когда ты ночами сидела возле меня в больнице, ты не знала, что я чуть не сдох, потому что всего лишь трахнул чужую девушку.

Он услышал короткий мужской вздох. Том. Он смотрел на Джастина немигающим взглядом. Он покачал головой и Джастин увидел, как в его глазах, что-то гаснет.

— Что ты несешь, Джастин? — голос малышки дрожал. То ли от обиды. То ли от осознания, того, что слова сказанные любимым человеком могут оказаться правдой. — Ты шутишь? Не нужно так шутить, Джастин. Это жестоко.

Бибер мрачно усмехнулся. Правильно, правильно. Улыбайся, скатина.

— Это правда, Вейн. — пожал он плечами. Вздохнул и нагло взглянул ей в глаза. В глаза, в которых стояли слезы. — Ну ты не расстраивайся так, детка. Я ни о чем не жалею. Мы провели вместе хорошее время. — поднять руку, коснуться ее щеки. — Уверен, тебе было хорошо со мной.

Она поверила во все его слова. Поверила и отступила от него на два шага назад. По бледным щекам уже скатывались слезы, а ему вдруг захотелось повеситься. Утопиться. Захотелось, чтобы кто-то сделал ему больно — больно, чтобы он не смог думать о том, что происходит сейчас.

Том встал с подоконника. Он ничего не говорил. Лишь медленно пошел к ним навстречу.

Бибер еле заставил себя заговорить снова. Да еще и улыбнуться. Легко и язвительно. Слезы девушки убивали, но уже было поздно идти назад. Она никогда не устраивала ему истерик. И даже плакала она молча. А он решил, что нужно добить. Чтобы она его возненавидела. Чтобы ненавидела, а потом забыла. Потому что если она захочет к нему вернуться у него не хватит сил оттолкнуть ее снова.

— Знаешь, а я буду скучать. — заявил он, окинув ее фигурку наглым похотливым взглядом. — Из тебя получилась неплохая шлюха, Вейн. Мне нравилось трахать тебя. Но, увы… — он сожалеюще улыбнулся и возвел глаза к потолку. — Рано или поздно надоедает. — надул губы в притворной обиде. — Сама понимаешь.

Она уже на него не смотрит. Отворачивает голову в сторону, потому что больно. И эта боль на ее лице заставляет Джастина возненавидеть себя до глубини души.

Она даже не в состоянии сказать ему что либо. И Том тоже. Он молча обнимает Вейн за плечи. А Джастин чувствует, что это слишком. Что-то внутри него ломается. Рушиться, падает. Но он продолжает.

— Кто знает,