Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Мы рады это слышать, — бросает мимолетную улыбку Терренс. — Надеюсь, теперь у вас все будет хорошо, и вы не повторите прежних ошибок и не упустите шанс.

— Мы сделаем все возможное, — тихо обещает Эдвард. — Чтобы стать счастливыми.

Терренс и Ракель сдержанно улыбаются, заставляя Наталию и Эдварда почувствовать себя как-то неловко. В какой-то момент у них возникает мысль, что влюбленные совсем не рады их воссоединению, хотя они и делают вид, что ничего не замечают. В воздухе на несколько секунд воцаряется еще более неловкая пауза, что вызывает у всех желание поскорее закончить этот разговор. А затем Наталия решает сменить тему, лишь бы они не стояли и не молчали как рыбы в воде.

— Кстати, а что-нибудь уже известно насчет суда? — неуверенно интересуется Наталия.

— Пока нам ничего неизвестно, — с грустью на лице пожимает плечами Ракель. — Но если что, я тут же сообщу.

— И новостей по этому делу тоже никаких?

— Тоже. Все по-прежнему.

— Понятно… — задумчиво произносит Наталия и на секунду отводит взгляд в сторону. — А как вы с Терренсом позавчера съездили к мистеру Кэмерону?

— Хорошо, — спокойно отвечает Терренс. — Мы были у него дома, выпили кофе и обсудили суд.

— А перед этим съездили в Кингстон на кладбище к моим родителям, — добавляет Ракель.

— А что твой дедушка думает насчет суда? — задумчиво интересуется Наталия.

— Тоже переживает. И сказал, что приедет в суд поддержать нас.

— Здорово. Повезло, что так много людей находятся на нашей стороне. Осознание того, что мы не одиноки, заставляет меня чувствовать себя намного лучше.

— Нам тоже намного легче, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Приятно, что люди, не имеющие отношение к этому делу, так переживают за нас, и готовы бросить все свои дела, чтобы поддержать.

— Это верно.

— Все-таки тяжело бороться за справедливость, когда нет никого, кто мог бы поддержать тебя, — спокойно отмечает Терренс. — Но когда рядом есть люди, которые поддержат тебя даже на расстоянии, то от этого становится намного легче.

— Согласен, — скромно отвечает Эдвард. — Пока нас будет поддерживать куча людей, в группе поддержки дяди Майкла и его дружков будет только его адвокат.

— Согласна, никто не будет на стороне Майкла, — соглашается Ракель.

— Ему и не нужна ничья поддержка, — отмечает Терренс. — Хотя я не думаю, что она ему пригодится, потому что все против него.

— Да, у нас нет никаких проблем с доказательствами его вины. Полиция заблаговременно позаботилась об этом.

— Другие свидетели тоже согласны дать показания? — интересуется Наталия.

— Согласны. Мистер Джонсон уверил меня, что все свидетели злодеяний Майкла будут присутствовать в зале.

— Однако даже если он сейчас в тюрьме, это не значит, что дядя не может сделать что-то, чтобы и на этот раз выйти сухим из воды, — отмечает Эдвард. — Если он успеет что-то сделать или найти человека, который провернет дело не в нашу пользу, то мы уже ничего не сможем изменить. Останется лишь ждать его смерти. Только нас этот человек оставит нас в покое.

— Нет, не думаю, что это случится. К тому же, сейчас за ним внимательно следят и глаз с него не спускают. Даже на все его встречи с адвокатом присылают человека, который следит за тем, чтобы они не обсуждали лишнего и ничего друг другу не передавали.

— И если он найдет адвоката, который будет во много раз лучше нашего, то все случиться так, как и предполагает Эдвард, — неуверенно говорит Наталия.

— Даже если он и попытается кого-то подкупить или найти человека, который даст показания в суде против нас, у него ничего не получится, — вполне уверенно отвечает Терренс. — Дядя Майкл и его адвокат на крючке.

— Вот именно! — восклицает Ракель. — Что касается Майкла, то у нас есть отличный шанс посадить его. И мы добьемся своего.

— Хотелось бы, чтобы так все и было, — тихо вздыхает Наталия, обняв себя руками.

— Самое главное для нас – это явиться в суд и рассказать обо всем, что с нами произошло. Все, что мы знаем. Ничего не скрывая.

— Лично я очень нервничаю из-за этого суда, — признается Наталия и нервно сглатывает. — Мне как-то неспокойно.

— Все будет хорошо, подружка. Никто не даст тебя в обиду.

— Я больше нервничаю из-за того, что мне придется увидеть того типа… — Наталия крепко обнимает себя руками. — Меня трясет от мысли, что я окажусь с ним в одном помещении.

— Не бойся, Наталия, он ничего тебе сделает, — уверенно отвечает Терренс. — Этот тип будет находиться под присмотром полицейских и приставов. Никто не позволит ему и пальцем тронуть тебя.

— К тому же, мне придется во всех деталях вспомнить тот ночной кошмар, который изменил мою жизнь к худшему. Разделил жизнь на до и после.

— Уверен, что ты сможешь рассказать обо всем. Просто помни, что это сыграет важную роль в решении суда. От твоего слова зависит не только то, какое наказание получит твой обидчик, но и дядя Майкл, который удерживал тебя в своем доме.

— О, боже, я не представляю, как я смогу пережить эту невыносимую пытку.

— Мы будем с тобой, милая, — мягко говорит Ракель. — Даже твои родители пообещали отложить все свои дела и приехать в суд.

— А мне еще предстоит рассказать им обо всем этом… — Наталия тяжело вздыхает и прикладывает руки ко лбу. — О, господи…

— Если ты расскажешь им обо всем, то тебе будет намного легче. Не надо рассказывать все. Просто расскажи, почему это случилось, когда и как…

— Нет, мне придется рассказать им все. Я пообещала, что больше не буду ничего утаивать. Те воспоминания причиняют мне невыносимую боль, но я постараюсь пересилить себя и пройти через тот ад еще два раза: