Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Вирман Лиля отправила приглядывать за мелкой. Ее саму обидеть – это если кому жить надоело. А вот малышке похищение тяжело далось. До сих пор иногда кошмары снятся.

Пес активно завилял хвостом. Лиля потрепала его по холке. Умница, барбос, умничка…

– Ты смотри, Фалион, какая тут прелестница, – произнес мужской голос.

Лиля оторвалась от собаки. Слуга словно растворился в стене. Лиля почему-то не сомневалась, что он появится, как только возникнет необходимость. Но вмешиваться в разборки благородных?

Нашли дурака.

Один повыше и помоложе. Средней симпатичности, темно-русые волосы этакого пыльного оттенка, длинный крючковатый нос, тонкие губы. Но серые глаза смотрят спокойно и даже с любопытством. Простое платье темного оттенка, даже кинжал у пояса вроде бы простой. Кажется простым. Эрик объяснял Лиле, что акулу добыть сложно. И рукоять, обтянутая кожей акулы стоит дорого. Если ножик соответствует рукоятке – это серьезное оружие.

Второй – этакий колобок и живчик. Темноволосый, полненький, кареглазый и с широкой улыбкой. Такие всегда свои везде – душа компании, заводилы… вот только завести они могут и в болото.

– Что вам угодно, господа?

Вот так. И арктического льда в голос.

Увы.

На «живчика» не подействовало. Такого надо бы холодильником глушить. Тогда дойдет.

– Госпожа, простите мне мою неучтивость, я надеюсь, что ваша красота равносильна вашему великодушию. Клянусь Альдонаем, невозможно пройти мимо, когда видишь такую красоту!

– А вы постарайтесь, – усмехнулась Лиля.

Голова болела. Ей было капитально не до любезностей. Забрать бы ребенка и свалить.

Бояться она и не думала. Да, коридоры. Да, она одна. Случись что – свидетелей не будет. Лиля была не настолько благородна, чтобы предположить в средневековых парнях чистоту помыслов. Но это работает в обе стороны. С ней Нанук, который прекрасно может откусить что-нибудь важное, а в рукаве, в специальных ножнах, спрятан небольшой кинжал. С ножами Аля Скороленок работать умела. Хирург же. Каждый день с ножичком, да на человека.

Так что бояться она не собиралась. А вот остаться одна хотела.

– Пошли, Тарни, – бросил высокий. Но живчика, похоже, зацепило.

– Фалион, давай хотя бы узнаем имя прекрасной дамы. Госпожа, вы же не оставите нас своей милостью? Прошу вас о малости – или я узнаю ваше имя или умру, и моя смерть будет на вашей совести.

– Умирайте, – «великодушно» разрешила Лиля. – Полагаю, ваш спутник одолжит вам кинжал?

– Что?

Лиля ухмыльнулась. Куда вам до студентов-медиков, ребятки. Там быстро кусаться научишься!

– Вы собираетесь умереть, если я не скажу вам своего имени? Ну так умирайте. Моя совесть выдержит этот груз.

Живчик явно растерялся. Как вывернуться, не потеряв лицо, он не представлял. Но тут ему на глаза попался Нанук.

– Прекрасные дамы теперь ходят во дворец с собаками? А что потом? Коз и овец сюда приведут?

– Козлы и бараны тут уже есть, – парировала Лиля. – Будет вполне изысканное общество.

– Ах ты…

Куртуазность кончилась. Но тут высокий цапнул своего спутника за плечо так, что «кругляшок» скривился от боли.

– Госпожа, прошу простить нам нашу назойливость. Ваше пожелание – закон. Мы – удаляемся.

Лиля чуть присела в реверансе.

– Буду очень признательна, если вы оставите меня одну.

Второй раз повторять не пришлось. Толстячок так просто не ушел бы. Но спутник буквально уволок его за собой. Лиля криво усмехнулась, гладя собаку.

Вот так вот.

Дворцы, короли… и такое вот быдло. Которое кочует из одного века в другой с назойливостью таракана. Лиля уже подозревала, что придется его как следует приложить. Ну да ладно. Избавилась – и слава богу.

Слуга появился, как призрак. И Лиля надвинулась на него.

– Кто эти двое?

– Наследник герцога Фалиона и барон Рейнольдс, Ваше сиятельство.

– Та-аак…

Картотека щелкнула. Герцог Фалион. Старая сволочь и интриган. Довольно богат, земли на границе с Уэльстером, сам участвует в посольстве, кстати, где и ее супруг. Наследник известен своим увлечением. Разводит скаковых лошадей и продает их за бешеные деньги. Мечтает вывести коней не хуже аварцев. Но фиг ему что удается.

Барон Рейнольдс.

Бонвиван, выпивоха, бабник и жуир. Короче – серая дворцовая скотинка. Живет на доходы с поместья.

Лиля чуть перевела дух.

Не следовало бы так нарываться. Но…

Они были одни, честь не пострадает, самомнение – тоже. Да и вроде как она никого не обхамила, все в пределах нормы. Она – графиня. Он – барон. Полез – огреб. Все просто и понятно. Не Фалион же первым начал, ему графиня Иртон вообще по барабану.

– Если я узнаю, – шепнула Лиля слуге, – что кто-то рассказал об этом разговоре – я опять приду во дворец. С собакой. И она тебе что-нибудь откусит. Понял?

Лакей закивал. Лиля довольно кивнула.

– А раз понял – проводи меня к покоям принцесс и подожди, пока не отпущу.

* * *

Александр Фалион протащил своего спутника до выхода из зала. И только за дверью выпустил.

– Ты что – озверел?! – возмутился Тарни. То есть барон Тарни Рейнольдс.

– Нет, это ты объясни мне, что на тебя нашло? Вязаться к женщине, к тому же – знатной даме, не служанке какой-нибудь. Еще бы немного – и поднялся бы скандал. А на тебя король и так смотрит неодобрительно.

Тарни скорчил рожу.

– Слушай, а кто эта красотка? Я ее раньше при дворе не видел.

– Я тоже.

– Надо бы разузнать…

– Хочешь – оставайся и узнавай. Мне сейчас некогда.

Действительно, виконт Фалион опаздывал. Вот что бывает, когда заночуешь у некоей пылкой дамы. Проспал, а Тарни ему вообще встретился по дороге.

– Но ты видел, какая…

Тарни показал на себе весьма выразительными жестами, какие достоинства есть у женщины.

– Видел, видел…

Нельзя сказать, что Фалион был равнодушен к женской красоте, но ему не восемнадцать, чтобы на каждую женщину бросаться. Хотя незнакомка и его зацепила.

Только не внешностью. Хороша, этого не отнимешь. Но понравилось ему, как она отшила Тарни. Быстро и без лишних рассуждений. Такую пустыми комплиментами не возьмешь. Такими женщинами надо заниматься – а зачем? Выгоднее найти ту, которая за колечко с сапфиром выполнит тебе все акробатические позы.

И все же…

В отличие от Тарни Фалион заметил и кольцо с изумрудом, и край обручального браслета, выглядывающего из-под пышного манжета… Графиня.

Интересно, как ее зовут?

* * *

Мири рассказывала про Шерлока Холмса.

Лиля, когда начала рассказывать девочке эти истории, столкнулась с суровой правдой жизни. Половину пришлось выбросить, половину обрезать. Но кое-что проходило почти без правки.

Например, «Голубой карбункул», «Скандал в Богемии», «Пестрая лента», «Вампир в Суссексе»… даже собаку Баскервилей Лиля