Праздник не по плану - Наташа Мэдисон

— Нет. — Парень качает головой. — Я купил этот дом после того, как мы расстались.

— Почему вы расстались? — спрашиваю я, чувствуя, как пицца в моем животе, кажется, вот-вот свернется.

— Она хотела перейти на следующий уровень, — отвечает Нейт, поднимаясь и отпивая пиво.

— Ты имеешь в виду, она хотела замуж? — говорю я, игнорируя бешеный стук своего сердца и то, как эта новость на меня влияет. Мне становится все труднее дышать, такое чувство, будто моя грудная клетка сжимается.

— Да.

— Ну, очевидно. — Я закатываю глаза. — После трех лет, почему ты не сделал ей предложение? — задавая вопрос, я чувствую покалывание в затылке.

— Не совсем уверен, чего-то просто не хватало.

— Три года? — повторяю я.

— Три года.

— Кто с кем расстался? — спрашиваю я.

— Она, по сути, сказала, что если я сейчас не думаю о браке, то никогда о нем не задумаюсь, — заявляет он, глядя на меня. — Так что у нас состоялся откровенный разговор, и мне пришлось признать, что я не вижу нас женатыми. Ни тогда, ни в будущем.

— Тебе повезло, — говорю я, и его брови сходятся на переносице. — Если бы это была я, и через три года ты бы сказал, что ничего не получится. — Я фыркаю. — Я бы сожгла все твое барахло, абсолютно все. Ты бы жил в своей машине, голый.

— Почему я должен быть голым? — Он переступает с ноги на ногу.

— Потому что я сожгла бы все твое барахло. Абсолютно все. Вплоть до твоих презервативов.

Парень запрокидывает голову и смеется еще сильнее.

— Я не шучу с тобой, Нейт.

— О, я прекрасно понимаю, что ты не шутишь, Элизабет. — Клянусь, каждый раз, когда он произносит мое имя, у меня бабочки порхают в животе.

— Где она сейчас? — спрашиваю я, думая, что она все еще живет где-то поблизости, и есть шанс, что я столкнусь с ней лицом к лицу.

— Переехала ближе к городу вскоре после того, как я купил этот дом. Она почему-то думала, что я пожалею об этом.

— Пожалел? — спрашиваю я, чувствуя, что задерживаю дыхание. — Жалеешь сейчас?

— Нет. — Парень качает головой, делая еще один глоток пива. — Ни капельки. К тому же она вышла замуж через год после отъезда и родила ребенка.

— Девочка или мальчик? — спрашиваю я.

— Без понятия. — Он ставит бутылку пива рядом с коробкой от пиццы.

— Это значит, тебе действительно все равно. — Я беру свою бутылку пива и делаю глоток. — Потому что если бы тебе было не все равно, ты бы знал каждую деталь о другом человеке.

— Так ты не знала, что я был с Бритт? — Нейт смотрит мне прямо в глаза, задавая этот вопрос.

— Не знала, — отвечаю я, и он просто кивает головой, — но это потому, что...

— Все в порядке, — говорит он, бросая корочку пиццы. — Пойду принесу коробки.

Он начинает выходить из комнаты, и у меня так сжимается в груди, что становится трудно даже глотать.

— Нейт, — вырывается у меня дрожащим голосом.

— Все в порядке, Элизабет, — отвечает он, оборачиваясь. В его глазах я вижу то, чего никогда раньше не замечала. Этот взгляд преследует меня и лишает дара речи. — Сейчас вернусь.

Виски провожает его до гаража, а затем возвращается вместе с ним, когда парень несет синий пластиковый контейнер.

— Сколько их? — спрашиваю я, когда он ставит первый контейнер.

— Семь.

Мой рот открывается от удивления.

— Мама очень любила Рождество, — говорит он, глядя на Виски, который трется о его ногу, требуя ласки, и избегая смотреть на меня.

Ему требуется около получаса, чтобы занести все контейнеры, а я убираю беспорядок из коробок пиццы, ставя их на плиту.

— У тебя есть что-нибудь, на чем можно включить музыку? — спрашиваю я, когда Нейт ставит последний контейнер и вытирает лоб тыльной стороной ладони.

— Возьми мой телефон, — он кивает в сторону стойки, — открой музыкальное приложение, оно подключено к системе.

Я беру его телефон и провожу пальцем вверх, появляется Face ID, а затем быстро запрашивается код, когда телефон понимает, что я не он.

— Код — твой день рождения? — спрашиваю я, и парень качает головой.

— Я сам введу, — предлагает он, забирая телефон и вводя пароль. — Готово. — Он протягивает мне телефон, я открываю музыкальное приложение, и дом наполняется звуками колокольчиков. — Рождественская музыка?

— Ну, раз уж мы ставим елку, почему бы не устроить настоящий рождественский бум повсюду. — Я улыбаюсь ему, беря ножницы, когда из колонок начинает греметь «Под ёлкой» Келли Кларксон.

Подпевая песне, я разрезаю веревки, и вот елка раскрывается. Каждый раз, когда она расправляет ветки, мне кажется, что с нее сыплются сотни иголок.

— Нужно налить воды в подставку, — говорит Нейт за моей спиной.

— Что? Зачем? — спрашиваю я, обернувшись.

— Элизабет, это же дерево. — Он указывает на елку. — Это как с цветами, ему нужна вода, иначе оно засохнет или загорится от гирлянды. Я очень люблю свой дом и не хочу его поджигать.

Он начинает открывать контейнеры с игрушками, а я иду на кухню, беру самый большой стакан, который у него есть, и наполняю его водой.

— Сколько воды? — спрашиваю я, возвращаясь и вставая на колени, чтобы вылить воду в подставку.

— Доверху, наверное, — отвечает он, находя гирлянду и подходя с ней. — Похоже понадобится стремянка.

Парень кладет гирлянду на диван, где теперь лежит Виски, наблюдая за нами. Нейт выходит из комнаты, и тут в комнату заходит Малыш, осторожно осматриваясь среди коробок. Наступает на пару еловых иголок и тут же трясет лапой, чтобы избавиться от них.

Нейт возвращается с небольшой белой стремянкой и подходит к елке.

— Можешь подать мне гирлянду? — спрашивает он, и я подхожу к гирлянде и возвращаюсь, чтобы отдать ее ему. — Нам придется отодвинуть елку от стены, чтобы я мог подобраться туда с гирляндой, — говорит он, спускаясь.

— Не знаю, хорошая ли это идея.

Я наблюдаю, как он берется за середину ствола елки и медленно двигает ее к нам.

— Чертовы иголки, — жалуется он, когда мы слышим, как они падают. — Я до самого марта буду находить их по всему дому, пришлю тебе фотки.

Не могу удержаться от смеха, но потом в голову лезут другие мысли, и я отгоняю их. Я дома всего дня четыре, и каждый день приближает меня к отъезду. Обычно я к этому нормально отношусь и начинаю чувствовать себя так только в день отъезда. Начинает подкрадываться страх, осознание того, что я снова буду так далеко.

— Ты в порядке? — спрашивает он, а я прокашливаюсь, комок в горле растет все больше, когда я думаю о