Княжна из цветочной лавки - Мила Ваниль

красивый букет, — сказала я, едва Гордей, похвалив работу Милены, отошел вместе с Леонидом. — Сочетание орхидей и роз в такой цветовой гамме смотрится роскошно.

— А ты знаток? — скривилась она.

— Думаю, да. Составление букетов — мое лучшее умение. Это единственное соревнование, где я могла победить.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Хочу знать, зачем ты это сделала, — сказала я тихо.

— Как зачем? Это же задание первого тура!

— Не прикидывайся дурочкой. Я спрашиваю не о букете, а о том, зачем ты заперла меня в подвале.

Мы медленно шли к дворцу, чуть ли ни под руку, как лучшие подруги. Братья тоже о чем-то беседовали, то и дело поглядывая в нашу сторону. Надеюсь, не сравнивали, кто из нас лучше.

— Я не запирала, — пробормотала Милена. — Я ждала, когда ты выберешься, но внезапно появились двое в черных масках. Они велели молчать, если я не хочу, чтобы со мной поступили так же. Я испугалась, да! И никому ничего не сказала. Они пообещали, что выпустят тебя, как только первый тур закончится. Но ты выбралась раньше? Тебе кто-то помог?

— Ой, не ври, — вздохнула я. — Скажи честно, что плохого я тебе сделала.

— Почему ты мне не веришь?!

— Потому что никакой кошки княгини Воронцовой в подвале не было. Значит, она не просила тебя о помощи.

— Да, тут я соврала, — неожиданно призналась Милена. — Про кошку мне рассказала не княгиня, а какая-то служанка.

— Какая-то? Кто это был?

— Да откуда я знаю! Просто я тоже… хотела тебя запереть, раз уж случай представился, — выпалила она. — Но это сделали другие, честное слово!

— Почему хотела? — устало поинтересовалась я. — Скажешь, наконец?

— Потому что ты с Лёнечкой заигрывала, когда Гордей тебя бросил, — ответила Милена и обиженно оттопырила нижнюю губу.

— Что? — возмутилась я. — Когда?!

— Вчера, на балу. Я сама видела, как он придерживал тебя за талию!

Вот же… Еще одна ревнивица на мою голову! Но если Гордей подумал бог весть что, то чем Милена хуже? А, так вот кого я видела вдалеке перед тем, как чуть не упала…

— Глупости, — отрезала я. — Леонид подходил познакомиться, просил не обижаться на брата. А мне стало плохо от голода и нервотрепки, и он не позволил упасть, когда голова закружилась.

— Теперь, когда Гордей сделал тебе предложение, я жалею о том, что хотела сделать…

Ага, а если бы не так, то продолжала бы строить план мести? Что ж, это точно честно.

— Милена, и все же… Обещаю, что никому не расскажу о том, что ты была у подвала. Это ты заперла меня или кто-то другой?

— Ой, да не верь! — обиделась она. — Я правду сказала. Если у тебя нет планов на Лёнечку, у меня нет повода злиться на тебя. Наоборот, мы скоро станем родственницами.

— Ты уверена, что выиграешь отбор и принца? — усмехнулась я.

— Да! Потому что я — лучшая! — заявила Милена.

Час от часу не легче. Мне плевать на ее «наполеоновские» планы, однако если не она заперла меня в подвале, то… кто? Кому еще я перешла дорогу?

Впрочем, даже если Гордей и не участвовал в играх, жених он завидный. Любая мечтала бы очутиться на моем месте. Значит, подозревать можно любую из девушек? Но ведь до того, как Гордей сделал мне предложение, все были уверены, что мы расстались!

У меня голова лопнет…

— Поговорили? — Гордей подошел ближе, а Милена убежала к Леониду. — Со стороны казалось, что вы ссоритесь.

— Не обращай внимания, — попросила я. — Это такое… между нами, девочками. Все в порядке.

— Все в порядке будет, когда ты расскажешь, как очутилась в подвале, — усмехнулся Гордей. — И то, если я решу, что все в порядке.

— Я не отказываюсь от данного слова. Но, если честно… — Я перешла на шепот. — Я жутко проголодалась.

— Замечательно. В смысле, замечательно, что я уже распорядился накрыть стол к обеду.

— О, тогда я поспешу в покои. Встретимся позже? — обрадовалась я.

— Разбежалась, — фыркнул Гордей. — Единственное, что я позволю, так это переодеться. Ты платье выпачкала, пока по подвалу, да по огороду лазила. А после приглашаю тебя в одну из малых королевских столовых. Мы будем там вдвоем, и ты мне все расскажешь за обедом.

— Нам уже можно оставаться наедине?

— В столовой точно можно, — рассмеялся он. — А вот в спальню ко мне тебя навряд ли пустят.

Черт… Я даже покраснела от смущения. Умеет же он… троллить! Хоть и не знает этого слова. И за платье упрекнул, и высмеял…

— Ты чего? — нахмурился вдруг Гордей. — Риша, я опять тебя обидел?

— Нет, конечно, — ответила я, улыбнувшись. — Всего лишь пристыдил. Но вы имеете на это право, ваше высочество. Вы же мой будущий муж.

Зря он думает, что я буду молча терпеть его подколки. Очень удобно доводить жениха вежливым обращением «согласно этикету». Вон как глаза вспыхнули! Чисто дракон.

Я поспешила к лестнице, ведущей к моим покоям.

Глава 23

«Раздраконив» Гордея, я забыла об обиде. Если он любит так шутить, то и я в долгу не останусь. А вот о серьезном разговоре стоило подумать. Только кто ж мне позволит!

Нет, я Гордея понимала. Он невесту запертой в подвале обнаружил, а после этого морковку от земли отмывал в ледяном ручье, палочки строгал, предложение делал. В общем, страдал ерундой, когда надо раскрывать преступление по горячим следам. Терпеливый он, заботливый. Даже сейчас не просто допрос устраивает, а обедом накормить хочет.

Не был бы Гордей таким, я не мучилась бы, говорить ему о Милене или нет. Вот как его обмануть, а? Тем более, Милена ему не нравится, а она в невесты младшему брату метит.

Лотта помогла мне переодеться и переплела волосы. Платье «из новой коллекции», как я их называла, сидело идеально. Единственное, что удручало, гардероб мне подобрали, не интересуясь моим вкусом. В рюшах и кружевах я, конечно же, не разбиралась, но по поводу цвета могли бы посоветоваться. Или даже фасоны показать. Я видела, что у портних есть альбомы с рисунками нарядов.

— Лотта, а почему это платье? — спросила я, рассматривая себя в зеркале.

— Что-то не так? — тут же испугалась она.

— Почему ты выбрала его, а не другое?

— А-а… Так его высочество велели… к обеду. А на вечер я вам платье из шелковой парчи приготовлю.

— У меня и такое есть?!

Брови поползли вверх. Стоит такое платье целое состояние. Да и шьется долго.

— Его высочество прислали семнадцать платьев. Среди них три шелковых, три атласных, два кружевных… — начала перечислять Лотта.

— Остановись, — попросила я. —