Сплоченные нитью - Дениз Стоун

Мы идем через роскошные живые изгороди к огромной оранжерее, достойной королевской семьи. Кэмерон, возможно, заставил меня почувствовать себя принцессой, когда попросил покружиться, но я явно недоодета для такого места.

— Это твое? — я запинаюсь, когда он достает из кармана кованый ключ. Нет сомнений, что Кэмерон очень богат. Но мысль о том, что он запросто владеет садом размером с поместье, выходит за рамки моего понимания.

— Нет, — он открывает ворота и придерживает их для меня. — Я здесь никогда не был. Мой очень хорошо связанный брат порекомендовал это место.

— Тебе придется как следует рассказать мне про свою семью, — смеюсь я.

Мы заходим внутрь, и у меня отвисает челюсть. Несмотря на хмурое небо, сад полон жизни и красок. Легкий ветерок заставляет зелень танцевать, а воздух наполнен сладким ароматом. Вдалеке арка мерцает гирляндами, окутывая все волшебным светом. Это как переход в Нарнию — в совершенно другой мир.

— Мои родители назвали нас в алфавитном порядке, так что это обычно помогает не запутаться, — объясняет он, идя впереди меня. — Алек, Бруклин, я, Данте — который за все это в ответе, Эзра и Франческа. Между нами разница в год.

Я вытягиваю шею, осматривая это волшебное место.

— Должно быть, здорово — расти с кучей готовых лучших друзей.

— Да, — равнодушно отвечает он. — Ты это слышишь?

Вдалеке раздается глухой бас.

— Музыка?

Мы идем на звук, углубляясь в сад, пока не натыкаемся на толпу людей, одетых в блеск и гламур. Они танцуют вокруг мраморной беседки, которая служит DJ-будкой. Громкая музыка пульсирует в самом сердце сада, заставляя растения ритмично раскачиваться, а цветы — распускаться в такт.

— Я убью Данте.

— Тайная садовая вечеринка? — произносим мы одновременно.

— Я не ожидал, что это будет полноценный рейв, — он потирает виски. — Мой брат любит такие выходки. В отличие от тебя, он не ненавидит сюрпризы. Мы можем уйти.

— Ты с ума сошел? Это именно тот сюрприз, который мне по душе! — я визжу от восторга, подпрыгивая на носочках. — Я пыталась сходить в клуб, когда только приехала, но ничего не вышло. Некоторые моменты из моего «Года Да» просто не работают в одиночку.

— Ты пошла в клуб одна?

Я удивлено поднимаю бровь.

— Да. — Мое тело тут же начинает двигаться в такт музыке. — Давай, пойдем танцевать! — Он колеблется. — Ты же говорил, что любишь хаус и техно — не притворяйся, что не хочешь под это танцевать!

Я хватаю его за руку. По мне пробегает теплая волна. Его карие глаза вспыхивают. В них есть что-то, но ни он, ни я не задерживаемся на этом взгляде, прежде чем врываемся в толпу.

Электронные вибрации окутывают меня, проникая в кости. Я отдаюсь им, двигаясь так, как чувствую. Время течет, как жидкость. Кэмерон покачивает плечами в такт, слегка подпрыгивая. Он не нарушает дистанцию между нами, но и не отводит от меня взгляда. Маленькая морщинка, обычно лежащая между его бровями, исчезла, сменившись капельками пота. Ужасно несправедливо, насколько он красив, когда немного расслабляется.

Моя голова гудит, будто меня осыпали волшебной пылью, и я парю в небе из сахарной ваты, а мои ноги взбивают сладкую воздушную пену.

Я не планировала выпускать своего внутреннего ребенка сегодня, особенно рядом с Кэмероном, но вот она. Та самая девочка, которую я обычно прячу — та, что была до травли, до того, как мне пришлось заново учиться любить себя. Она громкая, смеется бесцеремонно и двигается так, как хочет, не заботясь о том, кто на нее смотрит. И когда она смотрит на Кэмерона, она видит мальчика, которым он, возможно, когда-то был. Мальчика, который позволяет мне быть собой. Ей хочется схватить его за руку, раскрутить и вытрясти из него всю эту мрачность.

Бит падает.

Толпа взрывается, прежде чем волна людей обрушивается обратно на землю, заставляя ее дрожать. Внезапно девушка, одетая как блестящая фея, врезается в меня, и мое тело летит прямо в грудь Кэмерона.

Запах свежей травы, исходящий от его кожи, сильнее, чем аромат самого сада.

— О-о-о, — я задыхаюсь, чувствуя под пальцами твердость его мышц, цепляясь за него, чтобы удержать равновесие. Наши дыхания смешиваются — его теплое и слегка прерывистое, мое — между вздохом и стоном.

— Мне все труднее верить, что тебе не нравится, когда я тебя ловлю, — он тихо смеется.

Может, мне и правда нравится, когда он меня ловит. Совсем чуть-чуть. Но я точно не делаю это специально.

Разве что мое подсознание меня подставляет.

Я украдкой смотрю на него, вытягивая шею, чтобы встретиться с его взглядом. Между нами пробегает безмолвный разговор. Мурашки бегут по моей коже. Его рука перемещается с моей талии на поясницу, притягивая меня к себе вплотную.

Моя ладонь скользит вверх по его груди, ощущая твердые мышцы. От прикосновения кружится голова, а пульс учащается. Наши тела движутся в ритме музыки, с каждым тактом приближаясь друг к другу, пока весь мир вокруг не растворяется. Сознание то возвращается в настоящее, то снова уносится в ту ночь, которую мы провели вместе.

Боже, как я хочу снова поцеловать его, почувствовать вкус его кожи на губах. Может, вместо звезд он покажет мне небо над нами, увитое плющом стены…

Но я не могу. Знаю, что не должна. Если между нами повторится хоть часть того, что было той ночью, я снова превращусь в мягкотелую, чувствительную размазню.

Почему я такая дурочка? Женщины с острым умом и железной самооценкой не влюбляются в своих партнеров на одну ночь. Или влюбляются?

Он наклоняется, шепча мне на ухо:

— Тебе весело?

— Да! — кричу в ответ, нехотя отстраняясь. Кажется, ему тоже нравится. Ему просто нужна небольшая прелюдия. Медленный разогрев, как говорят на «Острове любви». — Давай возьмем воды. Здесь жарко!

Он переплетает пальцы с моими и ведет к яркому бару, украшенному цветами, усаживая меня на табурет.

— Останься здесь, я скоро вернусь.

— Хорошо!

Кэмерон подходит к бармену с огромными синими крыльями бабочки.

Рядом со мной появляется прекрасный морской царь с блестящим под огнями торсом.

— Это Missoni? — дергает он мой свитер.

— Нет, я связала его сама.

— А можно купить такой?

— Только схему.

Он достает телефон из кармана на хвосте, открывает Instagram и протягивает мне. Я ввожу свой ник, он подписывается и наклоняется ближе.

— Что нужно сделать, чтобы ты связала мне такой?

— Покажи, как ты делаешь такие косы, — смеюсь я, проводя пальцем по его голубой ракушечной прическе.

Он листает профиль. Оказывается, он парикмахер, причем довольно известный.

— Заходи