Чтоб ты подавился! - Виктория Браунли

Одним из первых воспоминаний о рыбалке были мои братья, почти неслышно перешептывающиеся во время ловли. Что было на них не похоже. Они не из тех, кто понижает голос. Но на воде действовали свои правила.

Белль посмотрела на меня со смесью страха и восторга. Никто еще не заметил, что у нее клюет, и я могла помочь ей так, чтобы меня не обвинили во вмешательстве. Нам, конечно, не запрещали помогать, но я догадывалась, что правила этого не предусматривают.

Я показала, как тянуть леску, на своей удочке – медленно потягивая и наматывая ее на бобину, – и Белль, будучи отличной ученицей, выудила рыбу из воды.

Нам явилась треска, причем весьма внушительная. Оказавшись на палубе, она вызвала всеобщую панику.

Белль подпрыгивала на месте, Джульетта попятилась, спрятавшись за Грегорио, а мальчики наконец повернулись к нам.

– Господи боже, – изрек Кристофер, явно ошарашенный видом живой рыбы.

Белль успешно выудила рыбину, а вот как снять ее с крючка, решительно не знала. Генри и Бальтазар с невинным видом взирали на нее в ожидании, когда она проявит себя во всей красе. Джульетта надула губки.

Рыба в последней лихой попытке ускакать обратно в воду ринулась в сторону парней. Кристофер ахнул и попятился. Рыба за ним. Кристофер сделал еще шаг назад, в панике потерял равновесие и вывалился за борт. Раздался плеск.

Он издал какой-то звук, похожий на поросячье хрюканье со смесью злобного лая чихуахуа, – вопль, недостойный истинного джентльмена, что еще пару минут назад побрезговал насадить живца на крючок.

Происходящее переросло в какой-то сюр; я с трудом верила своим глазам. Вот Кристофер перепугался рыбины – и в следующую секунду уже плещется за бортом, теперь уже перепугавшись за свою жизнь.

Грегорио не растерялся и бросил в воду спасательный круг. Но Кристофер так и барахтался, сам похожий на рыбу, явно не способный ухватиться за круг.

И тут я спросила себя: а умеет ли он плавать? Сердце сжалось при мысли, что он и правда может быть в опасности. Я подбежала к тому борту, откуда он выпал, и закричала:

– Кристофер, тебе нужна помощь?

Его голова то и дело уходила под воду, а руки бессильно молотили по поверхности. Брызги, плеск и никакого ответа. Неужели этот гордец не в состоянии просить о помощи?

И прежде чем я успела понять, что происходит, Генри стянул майку и бросился в воду.

Не знаю, сделал он это ради Кристофера или захотел набить себе цену. Он знал, что Макс за нами наблюдает и доложит о случившемся Карле. Не это ли стояло за его благородным поступком? Неужели кто-то мог вот так отчаянно броситься спасать Кристофера?

Генри без труда подплыл к кругу и сунул его Кристоферу в руки, а потом затащил того на лодку. День был ясный, море спокойное, и все же хорошо, что Генри меня опередил. Я отлично плавала, но Кристофер – крупный мужчина, и для его спасения требуется недюжинная сила. Генри и Грегорио затащили беднягу на борт, и тот, делая отчаянные вдохи, распластался на палубе.

Мое внимание привлекло куда более интересное зрелище: идеальный торс Генри. Бывают в жизни такие моменты, которые отпечатываются в памяти навсегда, и кубики преса Генри я никогда не забуду.

Кристофер наконец перестал кашлять, устыдился произошедшего, а потом и вовсе впал в ярость.

– Что мы вообще делаем на яхте? – вопросил он, гневно взирая на Макса. – Я приехал на собеседование как писатель, а не как ловец долбаной рыбы. Если Карла решила над нами пошутить, то я, пожалуй, выйду из игры.

Все молчали.

Я посмотрела на рыбу Белль. Та бросила попытки спастись и мирно загорала на палубе.

Грегорио многозначительно посмотрел на Макса, снял рыбу с крючка и положил ее в переносной холодильник. Сполоснув руки в морской воде, он дал Генри и Кристоферу по полотенцу.

– Ладно, давайте продолжим, – заявил он.

Обменявшись взглядами с Белль, которая глубоко дышала, явно подавляя смех, я посмотрела на море. Чтобы самой не рассмеяться, я напомнила себе, что море может быть очень опасным. Учитывая, что мы были на великолепной яхте посреди Средиземного моря, в нашей группе царило слишком много напряжения. Я надеялась, что после поимки нашей первой рыбы и спасения первого утопающего мы все немного расслабимся.

Время замедлилось, все успокоилось, и вновь настала желанная тишина. Наверное, заданный Кристофером вопрос крутился в голове у всех собравшихся. Почему Макс ему не ответил? И почему Карла заставила нас все это проделывать? Кристофер нахмурился, воззрился в сторону берега и наотрез отказался брать удочку в руки.

* * *

Но тишина длилась недолго. Вскоре клюнуло у Бальтазара и у меня.

Я медленно наматывала леску на катушку, ощущая, что рыба будет вполне достойная, так что мы сможем отвезти ее Карле, а не кидать обратно в воду. Грегорио и Макс подошли посмотреть, и, когда рыба была доставлена на палубу, Грегорио зааплодировал. Я не смогла сдержать улыбку – это был один из самых больших морских лещей, которых я когда-либо видела. И это на хлипкую-то удочку! Я поклялась похвастаться отцу и братьям, пусть завидуют.

Но когда я сняла свою рыбу с крючка, то заметила, что у Бальтазара тоже клюет. Рыба была меньше моей, но все равно неплохого размера.

Генри тихонько вынул крючок и бросил рыбку Бальтазара обратно в воду.

– Эй, – удивленно окликнула я, – ты что делаешь?

Все повернулись к Генри, и тот покраснел.

– Она была маленькая, – с вызовом бросил он.

– Уверен? – спросила я, хотя своими глазами видела, что это не так. – Сначала надо было проверить.

– Уверен, – бросил он.

Ища поддержки, я посмотрела на Бальтазара, но он лишь взирал на рыбалку издалека; он сидел на скамье, убирая волосы с лица с таким видом, словно находил рыбалку крайне отталкивающим занятием.

Я вопросительно посмотрела на Генри, но он, как истинный француз, лишь пожал плечами. Он правда пытался оставить Бальтазара без улова или и впрямь ошибся?

Наша удача завершилась на моем леще, и через какое-то время Грегорио объявил, что мы скоро поднимем якорь и поплывем в порт.

Солнце светило вовсю, и кто-то предложил по-быстрому искупаться. Удочки были собраны, и мы (за исключением Грегорио, Макса и Кристофера) бросились в воду.

Нырнув, я почти забыла про нараставшее между нами соперничество и просто наслаждалась прохладной, соленой водой на своей коже. Это была почти перезагрузка. Я немного отплыла от борта, чтобы прочистить голову. Возможно, по приезде на виллу мы увидим Карлу, и наконец начнется настоящее собеседование. И в сотый раз за день я приказала себе собраться с мыслями.