Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

трубку, стараясь сдержать свои слезы, свернулась калачиком в кровати и пыталась игнорировать людей, которые ходили вокруг и устраивали мою новую жизнь.

Через несколько мгновений все люди исчезли. Деклан постучал в дубовую входную дверь. Я босиком прошлась по мягкому ковру кремового цвета, чтобы открыть ее.

– Привет? – произнесла я, протирая сонные глаза. Я не понимала, зачем он пришел.

– Ты спала? – он прищурился, как будто это было чем-то невероятным.

Я попыталась разгладить свое худи. Мужчина передо мной выглядел таким же бодрым и сияющим, как само солнце.

– Я не жаворонок. Но ваша помощница заходила.

Он кивнул.

– Все получила?

Я бросила взгляд на рейл с нижним бельем и одеждой.

– Даже больше, чем ожидала.

Он усмехнулся.

– Носи то, что хочешь. Верни то, что не понравится. Я обещал купить тебе магазин белья.

Я прикусила губу, стараясь не растаять от того, с какой легкостью он об этом говорил.

– Мне правда не нужно было все это…

– Но мне очень хотелось подарить. Вот и все, – сказал он без тени сомнения. – Кстати, ты всегда так поздно просыпаешься перед работой?

Я пожала плечами и кивнула.

Он рассмеялся:

– Это, честно говоря, удивительно.

Желание захлопнуть дверь перед его носом росло с каждой минутой, особенно когда его глаза блеснули смесью веселья и той энергии, которую я могла бы получить разве что от огромной дозы кофеина.

– Обычно ты очень бодра, когда приходишь в зал.

– Странно, что вы это знаете, учитывая, что раньше вы даже не здоровались со мной по утрам и, казалось, не замечали меня.

Он облокотился о дверной косяк.

– Я всегда замечал тебя, Капелька, как бы ни старался этого не делать.

Мое сердце забилось чаще от его слов.

– Ну, обычно я выпиваю литр кофе. К тому времени я уже в норме. – Я попыталась сдержать зевок и указала пальцем на грудь Деклана. – Вы решили поработать будильником или вам нужно что-то в гостевом доме?

Тут я наконец внимательно его рассмотрела. Обычно, когда Деклан тренировался, на нем были спортивные шорты или футболка – иногда он был без нее. Но сейчас он стоял у меня на пороге в темно-синем костюме с блестящими золотыми запонками и значком HEAT на лацкане. Безупречном, идеально сидящем по фигуре.

– Вы на работу собрались или куда-то еще в таком виде?

Он поправил ворот рубашки.

– У меня встречи почти весь день. Заедут братья, будем обсуждать с акционерами новые проекты, планы на следующий год для залов, спа и курортов.

– А, понятно. – Я вдруг осознала, что только Деклан и братья приглашены, наследством Карла я никак не распоряжалась. – Думаю, это логично.

– Думаешь? – он приподнял бровь.

– Ну, теперь у вас большинство голосов, так? Вам стоит обратить внимание на некоторые тонкости…

– Ты думаешь, мы этого не делаем?

– Мелинда управляет спа, она, возможно, захочет…

– Эта женщина больше ничем управлять не будет, – резко оборвал меня он. – Я говорил с ней и Анастасией прошлой ночью. Они передали мне право голоса, потому что у них там какие-то занятия по сайклингу.

Боже, неужели их вообще ничего не волнует, кроме сраных тренировок в HEAT?

– Ладно. Я знаю, что в клуб нельзя попасть просто так, но детям, которые ходят к нам сейчас, очень нравится заниматься у нас. HEAT мог бы извлечь выгоду, участвуя в других благотворительных проектах, и… – я остановила себя. – Уверена, вы и так это знаете.

Он сузил глаза.

– Я учту.

Я была уверена, что он забудет мои слова.

– Что ж, вы хотели что-то еще?

– Мы уезжаем через тридцать минут. Мой водитель будет здесь к тому времени.

– Мне не нужен водитель. Я люблю бегать…

– Теперь до работы восемь километров, Эверли.

– Отлично. Я могу часть пройти, а часть…

– Бегай на треке на работе. Нам нужно обсудить, как мы будем жить весь этот год, и, думаю, ты не представляешь, насколько сильно изменится твоя жизнь, как только новостные агентства узнают, что ты переехала ко мне. Тебе больше нельзя бегать одной.

Эти слова мгновенно оборвали мою готовую отповедь.

– Папарацци, – прошептала я, раздраженная тем, что он был прав. – Но они еще не знают.

– Нет. Я намерен держать все в тайне как можно дольше.

Я кивнула и посмотрела в окно.

– Хочешь кофе?

– Нет. У меня и так достаточно энергии.

Как бы я ни старалась избегать новостей о нем в последние месяцы, заголовки все равно попадались на глаза. Деклан Харди вел яркую, насыщенную жизнь, которой восхищались. Он выжимал из себя максимум, как только мог. Он мог отправиться на банджи-джампинг в свой выходной, или, как однажды рассказала мне Юна, его сфотографировали с зятем – бизнесменом с сомнительной репутацией, который также был ответственен за кибербезопасность нашей страны – во время гонок на электромобилях. Говорят, его зять помог их настроить.

– В таком случае, пожалуй, я приму ваше предложение и буду готова через двадцать минут.

– Ты пригласишь меня в дом?

– Мне нужно одеться.

Он приподнял бровь и рассмеялся, а потом оттолкнуться от дверного косяка и вошел.

– Я видел тебя голой, Капелька. Вообще-то, я бы предпочел подождать здесь и еще раз на тебя взглянуть.

– Вы всегда такой по утрам?

– Какой?

– Нарушающий границы.

– Конечно. Сонные люди уязвимы. Так я смогу узнать что-то новое о своей жене. – Он пожал плечами и усмехнулся, словно мы вдруг стали друзьями.

– Я не… Слишком рано для этого. Не называйте меня так.

– А как мне тебя называть? Дочь моего покойного делового партнера?

Я бросила на него сердитый взгляд.

– Пожалуй, так лучше.

– А мне кажется, нет, потому что, даже зная, что ты дочь моего делового партнера, в первый раз, когда увидел тебя, представил, как трахаю тебя на столе в конференц-зале.

– Боже мой, – я закатила глаза, но не смогла сдержать румянец, заливший мои щеки.

– В свое оправдание скажу, что я не знал, что ты будешь работать на нас или что ты его дочь, пока тебя не представили.

– Я не знаю, обижаться мне или…

– Или возбудиться? Выбери второе.

О нет. Игривый Деклан с утра – это то, с чем я не могла справиться без кофеина.

– Думаю, вам стоит вернуться в свой особняк, мистер Харди, – отшила его я. Я не поняла, почему сердце екнуло, когда он вместо того, чтобы отступить, схватил меня за запястье и притянул к себе.

– Я чувствую себя одиноко в своем особняке, особенно зная, что в гостевом доме есть женщина, которая на вкус так же сладка, как и на запах.

– Думаю, у нас будут проблемы с нашими