Позволь мне остаться - Екатерина Аверина

— Не спится? — вздыхает он.

Отрицательно кручу головой.

— Иди сюда, — хлопает ладонью по свободному месту рядом с собой.

Живот обжигает волной кипятка, мышцы напрягаются, но я все равно иду вперед. Сама ведь пришла, надо заплатить. Теперь он имеет право требовать все, что захочет.

Ставлю одно колено на упругий матрас. Подтягиваю второе. Мирон, подперев ладонью висок, внимательно наблюдает за мной.

Что делать дальше? Единственное, что я теперь хорошо умею.

Скрестив руки, хватаюсь за края футболки и тяну ее вверх. Горячая мужская ладонь неожиданно перехватывает меня за запястье, останавливая как раз в момент, когда должна оголиться грудь.

Мы сталкиваемся с ним взглядами. Я теряюсь, а он… Я не понимаю, что чувствует он! И спросить не могу, в темноте по губам не прочитает, язык жестов он не знает.

«Что делать? Что делать? Что делать?» — носится в голове. Все вложенные в меня сценарии ломаются рядом с ним.

Мирон опускает на мне футболку, включает ночник, стоящий на тумбочке с его стороны. Мягкий приглушенный свет подчеркивает мощь полуголого мужчины.

— Поговорим? — предлагает он, вручив мне листочки и простой карандаш.

«Ты меня не хочешь?» — быстро пишу ему и разворачиваю один из прямоугольных блокнотных листов.

— Хочу, — ухмыляется он, подтягивая к паху простыню. Я успеваю заметить внушительную эрекцию, как прямое доказательство его слов.

В голову приходит следующий, очевидный вопрос:

«Почему не берешь?» — я правда не понимаю. Наверное, внутри меня действительно все давно переломалось.

— Потому, что ты не хочешь меня, — удивляет Мирон.

Повторяю его фразу, едва шевеля губами, и поднимаю растерянный взгляд.

— Ты знаешь разницу между сексом и занятием любовью?

Задумавшись, отрицательно кручу головой.

— Секс — это физическое явление. Чтобы получить его, я могу вызвать шлюху, которая отлично знает, что делать с моим телом. Занятие любовью — это эмоции, которые добавляются к сексу, в конечном итоге опустошая тебя физически, но наполняя каждую клетку настоящим удовлетворением. И когда ты даже жестко трахаешься, но с этими эмоциями, со своей женщиной, то кончаешь еще и вот здесь, — стучит пальцами по виску. — Чтобы получить эмоции, не только ты должен хотеть женщину, но и она тебя. Понимаешь теперь?

— «Да» — шевелю губами. — «Но я не...»

— Ты больше не вещь и не рабыня. У тебя есть выбор. Не заставлять себя хотеть, Лия, а именно желать. И тоже не только телом, — поясняет он.

А я неожиданно для самой себя подушечками пальцев касаюсь собственных губ, вспоминая его короткий поцелуй, который смазался и утонул в страхах. Проследив за мной, подполковник мягко спрашивает:

— Хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

Застываю, глядя на него. От того, что мое мнение имеет значение, в груди взрываются маленькие фейерверки.

Поцеловал?

Ищу в себе ответ на такой простой вопрос, но поцелуй в моем случае — значит очень много. То, что делал с моим ртом Хозяин, сложно назвать поцелуями. А как это, когда по-настоящему? Я не уверена, что в наборе моих навыков есть такое. Понравится ли Мирону? А если нет, и он будет злиться?

— Лия, — его пальцы осторожно касаются моей руки, возвращая в реальность. — Если не хочешь, мы…

— «Хо-чу».

— Ты можешь остановить меня в любой момент. Это твое право.

Я киваю, а он подается вперед, прижимаясь к моим губам. Его губы такие теплые и мягкие. А еще осторожные. Мирон очень бережно втягивает в рот мою верхнюю губу, касается ее кончиком языка, тут же ласкает нижнюю. Обнимает, вжимаясь пальцами в кожу на спине. Подтягивает ближе к себе, размыкает мои губы чуть откровеннее, рисует по контуру языком, оставляя влагу на тонкой, чувствительной коже, а затем плавно толкается мне в рот и по телу проносится горячая волна вперемешку с мурашками. Сосредотачивается внизу живота приятной тяжестью. Сердце стучит быстрее, а перед глазами от вкуса этого мужчины вспыхивают яркие звездочки.

Такой поцелуя я точно никогда не забуду. Он у меня первый.

Глава 20

Мирон

Вкусная моя девочка, такая трепетная и совсем еще юная. Но очень податливая и доверчивая. Ласкаю ее мягкие губки, касаюсь языка своим и утекаю в другое измерение от наслаждения. Она не отвечает мне, но и не отталкивает, просто принимает все, что я даю, и не сопротивляется.

А я с ума схожу от ее близости. Хочется взять прямо сейчас, член ломит от болезненной эрекции, но я не могу. С большим трудом сдерживаю своих демонов и стараюсь не перейти тонкую грань. Лишь бы не напугать, лишь бы не причинить боль. Но как представлю, что делало с ней то животное, внутри происходит атомный взрыв, который мгновенно отрезвляет. Я не он и никогда не поступлю так с женщиной. Да просто перестану себя уважать, перестану быть мужчиной.

Отстраняюсь и, тяжело дыша, смотрю в лицо девочке. Пухлые губки приоткрыты и манят к поцелуям, а пушистые ресницы подрагивают. Лия открывает глаза, черные, как крепкий кофе, и смотрит на меня.

— Малышка, — мой голос предательски просаживается. — Ты боишься спать одна?

Лия отрицательно качает головой.

«Без те-бя» — говорит она по слогам и облизывает свои трепетные губки, заставляя кровь с новой силой хлынуть к паху.

Это чистый секс. Все в этой девочке притягательно. Но в то же время и отталкивает, просто потому что я не знаю, что с ней делать. Она какая-то неземная, ее хочется любить и защищать где-то на высшем уровне, а не тупо трахать. Грязный секс и эта малышка совсем не вяжутся.

— Давай спать? — спрашиваю я, а она неожиданно ложится мне на руку и поворачивается спиной.

О-о-о, фак. Что ж ты творишь, девочка. Я же сейчас кончу. Стискиваю зубы и обнимаю ее, прижимаясь теснее. Пошло все нахрен. Мне тоже нужно ее чувствовать, дарить тепло и защиту. Утыкаюсь в макушку и прикрываю глаза. Дышу ей и никак не могу надышаться.

Я понимаю, почему Анзор захотел себе эту девочку, но почему таким мерзким способом? Я спрошу с него за все. За каждую слезинку своей малышки.

Когда она стала твоей? Присвоил уже?

Да, черт, присвоил! Как только увидел понял, что моя. Никому не отдам. Грызть буду зубами и рвать голыми руками. И пусть потом придется отпустить, я все равно помогу ей. Чего бы мне это ни стоило. А эту