Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

жажды крови. Если последствия будут хотя бы похожи на это, то он не мог так рисковать. А если окажется все намного хуже, то он и представить себе не мог, чем это все обернется.

Но во рту уже становилось слишком сухо. Он ограничивал себя, и теперь ощущал последствия. Его чувства обострились даже сильнее, чем у Наследия, особенно обоняние. Он чуял кровь Кэт с этажа выше, и из-за этого ему приходилось так крепко вцепляться в край стола, что костяшки белели. Он добьет свои запасы за день-два, а что потом?

Разминая шею, он попытался отогнать потребность в крови. Как вообще Дети Ночи учатся это контролировать?

Единственный раз, когда он почувствовал полное насыщение, был тогда, когда он выпил слишком много из Кэт. С другой стороны, возможно, он тогда просто слишком глубоко провалился в кровавую жажду и проклятие. В тот момент столько всего происходило.

Сосредоточься.

Ему нужно сосредоточиться на том, что делать дальше.

Взяв кружку кофе, он изучал карту, стараясь не думать о том, что горячая жидкость — это совсем не кровь. Что она не утоляет ни жажду, ни голод, ни эту нужду. Что это всего лишь…

Сосредоточься.

Он поставил кружку и вместо нее взял стакан воды, заставляя себя вглядываться в линии на карте.

Они находились на одном краю Подземелья. Бри и Дети Ночи занимали Свободный район на противоположном конце. Между ними оставалось много территории и много потенциальных союзников, которых можно склонить на ту или другую сторону. Тех, кто застрял здесь на десятилетия. А то и на века. Многие из них столько же времени не видели ни солнца, ни неба. Это было одним из того, чего ему больше всего не хватало. Свежего воздуха. Воздух внизу был затхлым и сухим. Не то чтобы он теперь вообще мог выйти на солнце. Больше нет.

Сосредоточься.

К кому пойти в первую очередь?

У него были связи со всеми районами, но как у Наследника Ариуса. Теперь он был одним из них. Они могли отвернуться от него просто из ненависти, и он не мог их в этом винить. Остальные три Дома Детей Ночи не пойдут против Бри. Они до сих пор не выбрали замену Генри. Рейелл слишком увлечена драмами. Кейд выслушает его, но в итоге откажет, потому что увидит в нем угрозу своей власти.

Это возвращало его к оставшимся территориям. У него были хорошие отношения со многими фейри в Ремесленном районе, но они все еще были фейри, затаившие обиду на Наследие. Опять же, на то тоже были веские причины. Идеальным вариантом были бы оборотни в районе Развлечений. Непостоянные существа, которые терпеть не могут проигрывать. Победа для них превыше всего. Это хорошо, если они на твоей стороне.

И катастрофично, если нет.

А они всегда выбирали осторожно, чтобы точно оказаться среди победителей. Значит, ему нужно, чтобы другие союзники уже были на борту, прежде чем он пойдет к Альфе и Бете.

Оставались Аптекарский район и ведьмы.

Там у него, вероятно, были шансы. Благодаря отношениям с Сиенной он был на хорошем счету у многих ведьм. Миара была главой района, и к ней было логичнее всего обратиться. Он не мог вечно прятаться в Свободном районе, особенно когда его запасы крови почти иссякли. Более того, он отказывался прятаться от Бри.

— Я проснулась в холодной постели. Снова.

Его рука сжалась вокруг стакана с водой, когда ее запах ударил в нос за мгновение до того, как ее голос наполнил комнату. Осторожно, чуть дрожащим движением, он поставил стакан на стол. Он взглянул на дверной проем и увидел там Кэт. Ее рука лежала на животе. Ребенок рос быстро с каждым днем. Ее черные локоны были собраны в пучок на макушке, а бронзовая темная кожа словно светилась в приглушенном свете. На ней была одна из его рубашек, ее собственные домашние штаны и тапочки, которые они купили в Ремесленном районе на прошлой неделе.

Снова уставившись на карту, он вцепился в край стола.

— Я спал…

— Я знаю, где ты спал, Аксель! — резко перебила она.

— Если бы тебе что-то понадобилось, я бы услышал, — ответил он, глядя на карту, но на самом деле не видя ее. Территории уже сливались в одно размытое пятно.

— Мне нужен муж, который спит в нашей постели рядом со мной, — парировала она. — Или это было просто «импульсивное решение»?

Он резко поднял голову.

— Ты знаешь, что это не так, Кэт.

— Очевидно, не знаю, иначе бы не спрашивала, — сказала она, скрестив руки на груди.

Теперь была видна метка Брачного Союза на тыльной стороне ее ладони, и он взглянул на свою собственную, а потом на ониксовое кольцо на пальце.

— Я не давал тебе повода сомневаться в моих намерениях, — возразил он, снова беря стакан с водой.

Затем Аксель зашипел, стакан выскользнул из руки, потому что вдруг стал слишком горячим, чтобы его держать. Он ударился об пол и разбился, осколки разлетелись, а горячая вода брызнула во все стороны.

Аксель медленно поднял взгляд на нее. Она смотрела на него с вызовом, без капли раскаяния. Более того, он видел слабые отблески пламени в ее зрачках, а вокруг нее плыли тени — «подарок» от ребенка. Если бы он сам сейчас не балансировал на грани, он бы сгреб ее в объятия. Ему нравилось, когда она злилась. Он даже нарочно ее дразнил, потому что в такие моменты она раскрывалась куда сильнее. Но сейчас было не время.

— Я защищаю тебя, Кэт, — ответил он. — У меня на дне последние запасы, а ты находишься прямо здесь.

Она закатила глаза, и Аксель выпрямился. Неужели она правда не понимает всей серьезности ситуации?

— Ты прямо как Теон, — упрекнула она. — Думаешь, что должен все делать сам. Очнись, Аксель! Я прямо здесь! Вместо того чтобы поговорить со мной и вместе придумать план, ты…

Он сорвался с места и внезапно оказался прямо перед ней.

— Хватит так делать, — процедила она, толкнув его в грудь.

Не то чтобы это