Предатель. Я тебе не жена - Юля Шеффер

Верховцевым надеялись, что против расторжения брака Иван возражать не будет, и мы специально развели заявления - о разводе и о разделе имущества. Делить его можно и после прекращения брака, но Безруков преследует свои цели и придержал развод как еще один метод давления на меня.

- Нет, конечно. Он будет тянуть время до тех пор, пока мы не решим вопрос с его долей. Так что составляйте иск и подавайте в суд. Я тоже буду тянуть время.

Глава 27. Официальная версия

Выхожу от папы я в смешанных чувствах.

Мимо кабинета Ивана к лифту прохожу, ускорив шаг - это происходит автоматически. Просто не хочу с ним встречаться даже случайно, даже просто взглядом.

Дверь в кабинет закрыта, и это дает мне надежду проскользнуть незамеченной. Выйдя в лифтовый холл, я выдыхаю - пронесло. Нажимаю кнопки сразу у всех кабинок, не глядя на то, где каждая из них находится, хочу поскорее покинуть здание. Звуковой сигнал оповещает о приходе той кабины, что у меня за спиной. Я оборачиваюсь, одновременно делая шаг к ней, и застываю на месте, едва не врезавшись в Безрукова.

- Алина, - произносит он, наклоняя голову чуть вбок, и его голос звучит мягче, чем я ожидала. - Привет. Рад встрече.

Шарахаюсь от него, как от чумного, а внутри мгновенно вспыхивает досада вперемешку с неприязнью. Он стоит слишком близко, появился слишком неожиданно, застав меня врасплох, и мне не удается сдержать эмоции.

Делаю шаг, чтобы обойти его и не упустить лифт, который вот-вот закроет дверь, но он заслоняет мне путь, а глаза внимательно изучают мое лицо.

- Пропусти, Иван, - сердито цежу я, демонстрируя ледяное равнодушие, и пытаюсь оттолкнуть его, но двери уже смыкаются.

Не успела…

- Может, поговорим? - спрашивает он, будто не слышит моих слов.

Я тоже его игнорирую, снова тычу пальцем в кнопку вызова на ушедшей кабине и смотрю местоположение остальных - черт, все мимо! Ушла бы пешком по лестнице, но тут ее нет, до ближайшей нужно возвращаться к кабинету отца через весь офис. Остаюсь ждать, встав к нему спиной.

- Алина, - не отстает Безруков.

Раздраженно выдыхаю:

- У нас нет ничего, о чем можно было бы поговорить.

- А я думаю, есть, - спокойно отвечает он, прожигая мою спину взглядом.

От его близости становится душно. В голове невольно вспыхивают воспоминания о том, как я чувствовала себя с ним рядом раньше, когда его глаза не казались мне раскаленным стержнем паяльника, пронзающим меня насквозь, а смотрели тепло и ласково. С любовью… как мне казалось.

Он делает шаг еще ближе. Яркий аромат его туалетки - той самой, что я дарила ему на день влюбленных, - окутывает меня, вызывая тучу воспоминаний. Они отзываются внутри одновременно болью и злостью. Перестаю дышать, чтобы не вдыхать этот запах.

- Ты все еще моя жена, - напоминает он.

- Тебе недолго осталось этим утешаться, - обещаю с уничижительной улыбкой.

- Может, прежде стоит хотя бы раз нормально поговорить? - неожиданно мягко просит он. - Без претензий и обид.

- Тебе не кажется, что уже слишком поздно для этого? - резко отбиваюсь вопросом на вопрос, не отрывая взгляд от лифтовых табло.

Кабины не едут. Ни одна! Как сговорились…

Цифры этажей над кабинами дразняще меняются, показывая, что все они либо идут выше, либо даже не доезжают до нас.

- Я только хочу сказать…

- Ничего не хочу слышать, - повернувшись к нему, затыкаю ему рот, всем видом демонстрируя, что разговаривать с ним не собираюсь. - Единственное, о чем мы можем поговорить - это о том, как ты отказываешься от всех своих угроз и притязаний на нашу компанию. Ничто другое меня не интересует, Иван. Тебе есть что сказать?

Смотрю на него испытующе, буквально пригвождаю взглядом.

Он качает головой, убирает руки в карманы брюк. Его взгляд сразу тухнет - ну, конечно. Он согласен говорить только на своих условиях и о том, что интересно ему.

- Это не разговор, Алина. Ты всё упрощаешь, сводишь к деньгам, а все гораздо сложнее.

Меня передергивает. Его слова звучат так фальшиво, что я чувствую горький привкус на языке.

- Я свожу к деньгам? Это я, узнав о перераспределении доли в фирме, уговорила тебя жениться до этой даты? Я пытаюсь отжать у тебя дело жизни твоего отца? Оставь свои речи для того, кто тебе еще верит. И это точно не я.

- Теперь ты веришь Поланскому? - его голос становится более резким.

- Что?..

- Ты была на их семейном празднике. Сегодня вы вместе пришли сюда. Ты встречаешься с ним? - он смотрит в упор, требуя ответа.

И меня поражает его повелительный тон - как будто у него есть право спрашивать меня об этом.

- Какое тебе дело, с кем я встречаюсь? - я настолько ошарашена, что даже не возражаю на его дурацкое предположение.

Я и Поланский! Надо же придумать…

- Ты все еще моя жена, - повторяет.

Я лишь фыркаю, закатывая глаза. И наконец слышу спасительный звуковой сигнал - лифт останавливается на нашем этаже. Даже сразу два. Я быстро шагаю в тот, что ближе ко мне, даже не глядя, вверх он или вниз. Пофик - лишь бы поскорее исчезнуть отсюда.

Повернувшись, смотрю на бывшего любимого, пока двери лифта не прячут меня от него. Только тогда я облегченно выдыхаю.

Его голос все еще звенит у меня в ушах, но его легко заглушить музыкой в наушниках, и я достаю их из сумочки.

Стеклянные двери бизнес-центра с тихим шипением раздвигаются передо мной, и я полной грудью вдыхаю теплый летний воздух, замещая им запах Ивана, который еще чувствуется. Но внезапно резкий порыв ветра уже не кажется теплым, едва не сбив меня с ног, и я, посильнее запахнув на себе пиджак, даже делаю шаг назад, чтобы скрыться от ветра.

И вдруг машина, нахально припаркованная прямо у входа, сигналит фарами.

Я оглядываюсь - вокруг ни души. Совершенно никого, кому бы могли сигналить. Это мне?..

Приглядываюсь к мужчине за рулем - Герман.

Озадаченная, почему он не уехал, подхожу.

- Ты меня ждешь? - мой голос звучит неуверенно, но это самая очевидная причина.

- Конечно, - отвечает с легкой ухмылкой. - Я тебя сюда привез. Не на такси же тебе возвращаться.

В его голосе, в отличие от моего, ни тени