Предатель. Я тебе не жена - Юля Шеффер

- Какие? - сразу спрашивает она, я усмехаюсь.

- Давай поедим спокойно, - купирую я ее энтузиазм. - Остальное обсудим вечером.

- Вечером мы снова встречаемся? - удивляется она.

- Ну да. Отношения - круглосуточная работа, - я прячу улыбку.

Она опускает глаза, а ее щеки заливаются румянцем. Я невольно любуюсь ей, а в голове сама по себе вспыхивает мысль: Безруков такой дурак, что упустил ее. Променял на паршивые деньги. Это же не девушка, а настоящий бриллиант. Неограненный. Искренняя, открытая, вся какая-то обезоруживающе наивная, паталогически честная и возбуждающе беззащитная. В ней ни фальши, ни подлости, ни позерства. Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы это понять. А Безруков не разглядел за год?..

Или все же разглядел?

Телефон звонит, и я вынужден ответить.

- По работе - извини. Да, Стас, - отвечаю своему коммерческому директору.

- Герман, где у тебя контракт с дубайцами? Не могу найти на столе.

Я зависаю, размышляя, куда мог его положить, и тут же с досадой втягиваю воздух, вспомнив, что брал его домой.

- Черт, - вырывается у меня. - Он дома.

По тому, что комм в выражениях еще менее сдержан, понимаю, что косяк серьезный.

- Срочно нужен?

- Ну конечно. У меня встреча с ними. У тебя, кстати, тоже…

Смотрю на часы и на Алину.

- Привезу в течение часа, - обещаю и сбрасываю вызов. Мой взгляд становится виноватым: - Надо ехать.

- Я слышала, - улыбается. - Удачно съездить. Я наконец-то доем салат.

Подъехав к дому, не глушу двигатель - пробки оказались серьезнее, чем я думал, и дорога сюда заняла у меня больше получаса. Значит, на обратный путь времени остается совсем мало.

Поднимаясь по ступенькам крыльца, я на автомате расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки, будто готовлюсь ее снять - рефлексы.

Когда подхожу к кабинету, вижу, что дверь в него приоткрыта, и невольно замедляю шаг. Гадаю: кто там? Маме понадобились какие-то документы в сейфе или она опять впустила ко мне уборщицу, что я категорически ей запретил?

Подойдя ближе, я останавливаюсь и осторожно заглядываю в щель.

А там… картина Репина…

Глава 30. Клин

Сгорбившись над столом, стоит мой никчемный братец и копается в моих документах.

Плечом Влад держит телефон, разговаривая с кем-то - видимо, получает инструкции или же сам что-то сообщает, - а в руках у него планшет, на который он фотографирует, скорее всего, тот самый контракт с дубайцами, ради которого я сюда пришел.

Младший Поланский своего не упустит…

Стоило мне единственный раз оставить контракт дома, и он тут как тут с инструментами заправского шпиона.

Вот почему я ничего действительно ценного домой давно не приношу.

Дышу глубже, пытаясь взять себя в руки, чтобы не ворваться в кабинет и навалять ему. Впервые в жизни мне реально хочется не просто наорать на него, а от души вломить.

Раньше я пытался понять его, придумывал оправдания - он ищет себя, он поймет, он исправится… Ни хрена.

Младший одержим властью и деньгами, и ему всегда будет мало.

- Да нашел я, нашел, - шепчет он в трубку достаточно громко, что слышно даже мне. - Сфоткал. Сейчас пришлю.

Он сбрасывает звонок, убирает телефон в карман и тычет пальцем в экран.

Дольше ждать я не могу. Еще секунда, и он все отправит неизвестному соучастнику.

Хотя почему неизвестному? У меня всего один вариант, с кем наш Иудушка сговорился и куда инсайды свои сливает.

Резким движением распахиваю дверь и вхожу в кабинет.

- Брось планшет и отойди от стола, - приказываю мрачно, борясь с тем, чтобы не кинуться к нему и не припечатать к стене, чтобы мозги никчемные встряхнуть.

Владлен вздрагивает и вскидывает на меня глаза. Кровь с его лица резко сходит, делая его смертельно бледным.

- Герман... я…

- Ты. Какого хрена ты шаришься на моем столе? - резко перебиваю я, пересекая комнату двумя шагами и оказываясь рядом с ним.

Планшет он, конечно, не положил, я не уверен, что он в данный момент знает, как это делается, и я забираю его у него сам. Выдергиваю из сжимающих его пальцев.

Он сразу отступает на шаг назад.

- Я просто... я искал… мне надо было...

- Я знаю, что тебе надо было. Я все слышал, - привираю я.

Зажигаю экран планшета и, зайдя в галерею, пролистываю для него последние фотки - сканы контракта.

- Скажи, что для себя фотографировал. На память…

Владлен пытается что-то сказать, возразить, но вместо слов издаёт сдавленный звук. Даже странно, что он настолько испуган, что дар речи потерял. Обычно он, даже когда косячит, и его поймают с поличным, никогда не мямлит, а нападает первым, чтобы не пришлось защищаться.

- Для Безрукова крысятничал?! - рявкаю я. - Отвечай!

- Нет! - выпаливает он в ответ, и взгляд его перестает быть затравленным, приобретая знакомый алчный блеск.

- Не лги мне, Владлен! - предупреждаю я. - Ты же знаешь, за вранье наказание в два раза суровее.

Он фыркает насмешливо:

- Зачетная попытка, Гера. Но на меня это давно не действует. Мне уже не пять и даже не семь.

- И это радует. Пять или семь ты получишь срок за мошеннические действия и промышленный шпионаж, - спокойно парирую я.

Мне даже беситься расхотелось. Какой же Владлен недалекий…

- Только про сроки мне не надо лепить, - вновь кривится презрительно. - Я, в отличие от тебя, учился на юридическом.

- Один год? - отбиваю резко. - И ничему, как вижу, не научился. Ты работаешь против собственной фирмы и семьи! Сливаешь информацию кому? - я снова чувствую, как закипаю изнутри, и каждое мое слово режет воздух, как нож. - Своему ушлоганистому другу?

Владлен хмурится, его губы поджимаются, а в глазах вспыхивает недовольство - ему не нравится, что его раскусили. Он не ожидал, что я знаю.

- Сливаю, да! Потому что этот друг хотя бы не считает меня полным дерьмом! - срывается он, наконец становясь тем Владленом, каким я его знаю. - Мы с тобой братья, Герман. Нам обоим отец оставил этот бизнес, но ты возомнил себя единоличным хозяином! Самопровозглашенным, - бросает с ненавистью. - Ты решил, что ты главный, а меня в хрен не ставишь!

- Хозяином? - я сжимаю кулаки, с трудом